Снова утро. Снова эти зеленые миски, которые я расставляю по полу дрожащими руками. За окном минус, а в приюте холодно не только от мороза. Холодно от страха, который живет во мне каждую секунду - а вдруг их больше не станет? А вдруг завтра кто-то не подойдет к своей миске? Матрёшка сидит рядом с кормом, но не ест. Просто сидит и смотрит на меня своими зелеными глазами, в которых столько недоверия, что сердце сжимается от боли. Она думает, что я могу забрать эту еду обратно. Что завтра ее может не быть. И я понимаю ее - ведь мы все живем на грани, когда дно кошелька видно так отчетливо, что хочется плакать. Переношу взгляд дальше по комнате, где на кресле устроилась другая душа, такая же настороженная. Люся так и не научилась доверять полностью. Даже сейчас, когда корм лежит прямо перед ней, она ждет. Ждет темноты, тишины, когда будет уверена, что никто не отнимет у нее этот шанс выжить. Мои руки трясутся не только от холода. Каждый день я считаю деньги, каждый день понимаю - их все ме