Но появилась вдруг Манана,
Из Цхети - в Грузии села.
Была маняща и желанна,
Со мной и с ней была мила.
Она с Викторией дружила,
Ей наводила красоту:
Ресницы красила и стригла -
Заметно было за версту.
Ей мини-юбки подбирала,
И топы, нижнее бельё.
Её куда-то забирала,
Лишь утром приводя её.
И как-то раз, в пору ночную,
Когда остались мы вдвоём,
Призналась Вика мне, тоскуя:
"Я опозорила наш дом.
Гетéрой сделала Манана
Меня для разных богачей.
Прости меня!" И слезы плавно
Полились из её очей.
Что делать мне? Я сам не знаю.
Викторию ждал двадцать лет...
Любимая, не понимаю,
За что же нам такой сюжет?
Чего тебе недоставало?
Зачем так мучаешь меня?
Я сделал для тебя немало,
Но вот - тебя лишаюсь я...
Ушла Виктория к Манане,
На выезды теперь - вдвоём.
А я - в квартире на диване,
Один я ночью, как и днём.
Я снова плачу и тоскую,
Как будто в юности тогда.
Но Вику я - свою, родную -
Не позабуду никогда.
Опять я жду звонка ночного -
Её поехать и забрать.
Готовый снова я и снова
Свою любимую спасать.
А дни сплетаются в недели,
Недели - в месяцы, в года.
И мне совсем не надоело.
Я буду ждать тебя всегда...