• Зима. Звенит хрусталь фонтана. Цвет неба синий. Подсчитывает трамонтана иголки пиний. Что год от февраля отрезал, он дрожью роздал, и кутается в тогу цезарь (верней, апостол). • В морозном воздухе, на редкость прозрачном, око, невольно наводясь на резкость, глядит далеко на Север, где в чаду и в дыме кует червонцы Европа мрачная. Я в Риме, где светит солнце! • Я, пасынок державы дикой с разбитой мордой, другой, не менее великой приемыш гордый, я счастлив в этой колыбели Муз, Права, Граций, где Назо и Вергилий пели, вещал Гораций. • Попробуем же отстраниться, взять век в кавычки. Быть может, и в мои страницы как в их таблички, кириллицею не побрезгав и без ущерба для зренья, главная из Резвых взглянет Эвтерпа. • Не в драчке, я считаю, счастье в чертоге царском, но в том, чтоб, обручив запястье с котлом швейцарским, остаток плоти терракоте подвергнуть, сини, исколотой Буонаротти и Борромини. • Спасибо, Парки, Провиденье, ты, друг-издатель, за перечисленные деньги. Сего подат