— Хотела бы очутиться в СССР?
— Да, но именно когда мама родилась, в 1972-м…
Мне 55, я застал конец 70-х и все 80-е. Ностальгия по СССР у меня есть, но она приходит редко, например когда вспоминаю молодость, друзей, первую любовь. Больше ни о чём.
Давно подметил странную вещь. Молодёжь, которая ни дня не прожила в Союзе, вдруг стала интересоваться советской эстетикой, вещами тех лет. Дошло до того, что стали на Новый год покупать бабушкины тележки для продуктов в современном стиле. Предметы быта, стилизованные под СССР. Я сначала подумал, ну мода, пройдёт. Всё ж циклично. Потом присмотрелся внимательнее.
Разговаривал недавно с тремя знакомыми — все студенты, лет по 20 с небольшим. Обсуждали работу, завод, обычные темы. Спросил между делом, почему они гонятся за предметами той эпохи? Ответы удивили.
Они говорили не про СССР, а скорее рассуждали про дефицит спокойствия, смысла и завершённости. Поймал себя на мысли, что моё поколение в 80-х хотело нового, яркого, западного. Мы хотели вырваться из той серости, что ли. Молодые же, наоборот, ищут что-то попроще среди того бесконечного выбора, который сейчас есть.
Проще говоря, они видят в советской эстетике то, чего я никогда не замечал. Да и вы тоже, скорее всего. Решил записать их объяснения, пока не забыл.
Первым ответил Андрей, 23 года. Учится на инженера и одновременно увлекается играми. Написал мне в Телеграме потом скинул голосовое где-то минуты на 3.
— Я вам про Atomic Heart расскажу. Если не играли, там про альтернативный СССР, где технологии развились по-другому. Роботы, заводы, лаборатории. Графика шикарная, музыка вообще огонь. Но меня зацепило другое.
Он помолчал секунду, будто подбирал слова.
— Там всё выглядит законченным. Интерьеры, плакаты, шрифты на стенах, эти лампы, бетонные колонны. Всё на своих местах. Целостность какая-то. Вот я хожу по этим локациям и чувствую, что мир не разваливается на части и его не надо обновлять каждую неделю. Просто стоит и работает.
Я спросил:
— А реальный СССР тебя привлекает?
— Нет, конечно. Я не хочу туда попасть, жить при той системе. Мне нравится заглядывать, смотреть. Ну типа как в музей сходить. Там красиво, интересно, но выходить надо обязательно.
Андрей прислал скриншот из игры — солнечная улица с советскими лозунгами. Действительно эффектно.
— У меня ощущение, что тогда вещи создавали надолго, как будто не для соцсетей, чтобы сфоткать и завтра выбросить. А сейчас всё временное. Купил телефон — через год устарел. Я когда комп себе собирал, то ориентировался на то, что он прослужит хоть бы пять лет. И максимум, что я в нём буду менять, так это видеокарту. По советским меркам ни о чём, тогда всё измеряли десятилетиями, даже цены годами не меняли.
Он замолчал, потом добавил:
— Короче, мне нравится визуальный мир СССР. Музыка, плакаты, шрифты, архитектура. Там своя эстетика. Я когда открываю фотку, мне сразу понятно, откуда она. Сейчас так не бывает. Всё смешалось, границы стёрлись. А там был стиль.
Итак, у Андрея нет никакой ностальгии, зато есть тяга к «завершённости» и к миру, который не рассыпается на глазах. Всё это он дополняет фиксацией на компьютерной игре про альтернативную действительность. Подход спорный, что скажете?
Через день ответила Катя, 25 лет, вроде бы оператор на каком-то производстве, но я не уточнял. Прислала длинное сообщение в голосовом, потом ещё одно — короче.
— Вы сейчас будете смеяться [засмеялась], но меня зацепили авоськи. Вот серьёзно, увидела на Озоне, купила. Хожу с ней за продуктами, подружки у меня смеются, а мне нравится. Там нет бренда, понтов, логотипов. Просто сетка, ты её берёшь, кладёшь туда, что тебе нужно, несёшь домой.
Мне тоже авоськи нравились, но чтобы сейчас с ними в Перекрёсток… Хм. Я написал ей:
— Ого, интересно. А что в ней особенного-то?
— Простота. Вещь без принадлежности. Она ничего не выражает, кроме своей функции. Любая сумка сейчас — заявление какое-то, дорогая или дешёвая, экологичная или нет, из какой коллекции. Устаёшь выбирать, сравнивать, оправдываться. Авоська — ну просто авоська.
— Ещё бумажные пакеты, ну помните, раньше в них всё заворачивали, семечки там? Аккуратно, уголками, а сейчас пластик, целлофан, фасовка везде. А тогда бумага, которую использовали для разных нужд, потом её выбрасывали или использовали для чего-то ещё. Никакого мусора не оставляли после себя, про то что не было тогда столько пластика, я вообще молчу.
Наверное, девушка подразумевает вот такие пакеты, которые сейчас в самом деле популярны:
— Но ведь выбора не было, — написал я.
— Ну наверное, но сейчас другая крайность. Вот вижу я в Пятёрочке 10 марок, видов йогурта, если я не знаю, какой лучше, то могу простоять минут 10, прежде чем выбрать. Потом я ещё про себя думаю: а правильно ли я выбрала, а полезный ли он или вода какая-то? От этого устаёшь, если честно.
Катя замолчала на пару минут, потом добавила в голосовом:
— У меня ощущение, что раньше люди не тратили столько времени, сил, чтобы выбрать что-то. Купил мой папа свитер, он носит его годами. Моя мама взяла сумку себе и не парится, пользуется, пока не порвётся. Сейчас постоянно думаешь, модно ли, актуально ли, что обо мне подумают. Хочется иногда выдохнуть.
Разговор закончился. Катя побежала на вокзал встретить родителей, я перечитал, переслушал её сообщения. Усталость от избыточности — вот что я услышал.
Последний диалог про советскую эстетику у меня получился с Леной. Ей 24 года, работает в библиотеке, изучает филологию на заочке
— Я недавно переехала в другую квартиру и когда я её обставила, повесила ковёр на стену. Современного производства, не подумайте ничего. Родителям показывала, они удивлялись, а мне уютно. Ковёр тёплый, мягкий, создаёт ощущение защищённости. Как будто комната обнимает тебя.
Я ответил:
— Но ковры вешали из-за холода, стены промерзали, ещё без них слышали всё, что у соседей происходит.
— Да, понимаю, у меня мама в такой хрущёвке жила, там стены как будто картонные. Но для меня ковёр — символ размеренности, я не вижу в нём бедность, они недешёвые всё-таки. Вещь, которая просто есть, вот, и я на пол себе тоже хочу похожий ковёр, на ВБ присматриваю.
Лена прислала фото. Ковёр с геометрическим узором, под ним диван, на диване подушки, белый плюшевый мишка.
— Свитера с оленями, вот ещё одна вещь, пока не забыла. Купила такой на Авито, ношу зимой. Тёплый, не растянулся за год, я деликатной стиркой его стираю. Когда надеваю его, уютно так, спокойно. Олени, узоры, мне всё это нравится очень.
— Ты бы хотела оказаться в том времени, очутиться в СССР? — решил я прямо её спросить.
— Да, вот честно, хотела бы, но в определённый период, потому что я понимаю, что разное всё. Мама родилась в 72-м, в Саратове, вот именно тогда хотела бы. Она рассказывала про своё детство, как во дворе общались со всеми, играли.
Всё знакомое, понятное, она своих соседей знала по именам, а я не знаю, кто вообще тут на лестничной площадке, хотя я в 16-этажке вообще-то. Конечно, я понимаю, что идеализирую. Но мне кажется, тогда люди меньше тревожились и не знали вообще, что такое депрессия и хандра.
Работу люди находили проще, а не тыкались месяцами по подработкам, маме квартиру дали, она могла строить планы на годы вперёд, а сейчас я работаю и не знаю, что случится со мной завтра.
Лена замолчала, потом добавила:
— Я не говорю, что хочу вернуть тот строй, потому что я его на себе не прочувствовала. Просто хочется той… устойчивости [она долго подбирала нужное слово], которая, как мне кажется, существовала в то время. Мне показывали фотки старые, так люди такие дружные, искренние, весёлые. Я понимаю, да, что сейчас тоже всё зависит от коллектива, от того, как мы сами будем готовы дружить, общаться, но тогда как будто всё вокруг тебе говорило — у тебя ничего не получится, если ты сам, в одиночку.
Разговор завершился. Лена ушла на работу, я закрыл Телеграм. Мне показалось, Лена рассказывала не про эстетику, но лучше вы скажите в комментариях.
Удивляюсь, как молодёжь умеет среди вот того идеологизированного шума найти визуальную красоту. Они видят то, чего я не замечал 40 лет назад. Мелочи, которые для меня тогда пустышка, для них целая эстетика.
А как ваши дети или внуки воспринимают СССР? Умеют ли они находить радость в тех вещах, мимо которых мы проходили? Или какие слова вы бы сказали молодёжи, которые идеализируют ту эстетику и время?