— Ирочка, с днём рождения! Вот мы все к тебе!
Нина Фёдоровна, свекровь, стояла в дверях ресторана с букетом, за ней толпилось человек восемь. Её сестра Валентина с мужем, племянница Кристина с парнем, два соседа по даче, чья-то подруга. Все улыбались, протягивали руки для объятий.
Я стояла у своего столика, держала бокал шампанского. Мы с Сергеем отмечали мои сорок лет. Заказали столик на десять человек — мы вдвоём, наши двое детей, моя сестра с мужем, две подруги, Серёжины друзья-однокурсники. Все уже сидели, подняли бокалы для тоста.
Нина Фёдоровна прошла к столу, обняла меня. Запах её духов ударил в нос.
— Серёженька говорил, что у вас тут небольшой праздник, ну мы и решили присоединиться. Всё равно семья же!
Сергей сидел с застывшей улыбкой, смотрел на мать.
— Мам, я не говорил, что можно прийти...
Она отмахнулась.
— Да ладно, Серёж, не жалко же. Потеснимся. Официант, подвиньте нам столик побольше!
Официант посмотрел на меня вопросительно. Я кивнула, сжала бокал в руке. Он ушёл, вернулся с менеджером. Через десять минут нас пересадили за большой стол на двадцать персон.
Свекровина родня расселась, заказала напитки. Валентина громко обсуждала меню, Кристина делала селфи. Соседи по даче рассказывали истории про урожай.
Я сидела на своём месте, смотрела на стол. Мы заказывали банкет на десять человек — горячее, салаты, закуски, торт, напитки. Меню на тридцать две тысячи рублей. Сейчас за столом сидело восемнадцать человек. Нина Фёдоровна с компанией уже заказывали дополнительные блюда.
Моя подруга Лена наклонилась ко мне, прошептала:
— Ир, ты в курсе, что они сейчас счёт в два раза поднимут?
Я кивнула, допила шампанское. Встала, прошла к администратору. Мы говорили минут пять, тихо, он что-то записывал в планшете. Я вернулась к столу, села. Лицо горело, сердце колотилось, но руки были спокойными.
Праздник продолжался. Нина Фёдоровна произносила тосты, Валентина пела песни, Кристина снимала сторис. Официанты носили блюда, подливали вино. Мои приглашённые гости сидели тихо, переглядывались.
К десерту на стол вынесли торт. Красивый, трёхъярусный, с ягодами и золотыми фигурками. Я заказывала его месяц назад, на десять порций. Нина Фёдоровна хлопнула в ладоши:
— Какая красота! Давайте всем по кусочку!
Официант разрезал торт на восемнадцать частей. Маленькие, тонкие кусочки. Я съела свой молча, запила водой.
В конце вечера все начали собираться. Благодарили за праздник, обнимались, уходили. Нина Фёдоровна взяла меня за руку:
— Ирочка, спасибо, что не прогнала. Знала же, что ты добрая. Вот поэтому и пришли всей семьёй.
Я улыбнулась, кивнула. Она ушла, увела свою компанию. Сергей стоял у выхода, провожал гостей.
Я подошла к администратору. Он протянул мне две папки со счетами. Я открыла первую — тридцать две тысячи рублей, как заказывали изначально. Наш банкет на десять человек. Открыла вторую — сорок одна тысяча шестьсот рублей. Дополнительные блюда, напитки, увеличенные порции. Всё, что заказали незваные гости.
Я расплатилась картой за свой счёт. Вторую папку положила в сумку.
Дома Сергей долго извинялся. Говорил, что не ожидал, что мать придёт, что он действительно просто упомянул про ресторан. Я кивала, пила чай, молчала.
На следующий день позвонила Нина Фёдоровна. Благодарила за прекрасный вечер, говорила, как всем понравилось.
Я слушала, смотрела на папку со счётом на столе.
— Нина Фёдоровна, приезжайте сегодня. Хочу кое-что обсудить.
Она приехала через два часа. Села на кухне, я заварила кофе. Поставила перед ней папку со счётом.
— Это что?
Я села напротив.
— Счёт из ресторана. Сорок одна тысяча шестьсот за ваших гостей. Всё, что вы заказали сверх моего банкета.
Она открыла папку, пробежала глазами. Лицо побледнело.
— Ира, ты шутишь?
Я достала телефон, открыла калькулятор.
— Не шучу. Я заказывала банкет на десять человек. Вы пришли восьмером без приглашения. Администратор выделил отдельный счёт на всё, что заказали вы и ваши гости. Вот детализация — каждое блюдо, каждый бокал.
Она захлопнула папку, посмотрела на меня.
— Но мы же семья! Как можно требовать деньги за семейный праздник?!
Я убрала телефон, сложила руки на столе.
— Нина Фёдоровна, семейный праздник — это когда приглашают. Вы пришли сами, без спроса. Я не могла выгнать вас при гостях. Но я не обязана оплачивать ваш ужин в ресторане, который вы устроили за мой счёт.
Она встала, начала ходить по кухне.
— Я не буду платить! Это абсурд какой-то! Серёжа, ты слышишь?!
Сергей стоял в дверях, молчал. Смотрел то на мать, то на меня.
Я достала из папки детализацию, положила на стол.
— Вот список: горячее для восьми человек — четырнадцать тысяч, салаты и закуски — девять тысяч, напитки — двенадцать тысяч, десерты — шесть тысяч шестьсот. Каждый чек с временем заказа. Всё, что вы и ваши гости заказали после того, как пришли.
Нина Фёдоровна схватила листы, скомкала, бросила на стол.
— Да как ты смеешь?! Я мать Серёжи, я имею право прийти на день рождения невестки!
Я поднялась, собрала скомканные листы, расправила.
— Имеете право прийти, когда пригласят. Но вы пришли сами, привели восемь человек и устроили банкет за чужой счёт. Я хочу, чтобы вы оплатили то, что заказали. Всю сумму или частями — как удобно.
Она схватила сумку, развернулась к двери.
— Ни копейки! И ты пожалеешь, что так со мной разговариваешь!
Хлопнула дверью, ушла. Я села обратно, допила остывший кофе. Сергей стоял неподвижно, руки в карманах.
— Ир, ты правда хочешь, чтобы мама заплатила?
Я посмотрела на него.
— Хочу. Она испортила мой день рождения, привела толпу незнакомых мне людей, съела половину торта, который я заказывала для близких. И заказала еды на сорок тысяч, думая, что я оплачу. Да, я хочу, чтобы она заплатила.
Он провёл рукой по лицу.
— Но она же не знала, что будет отдельный счёт...
Я встала, подошла к нему.
— Серёж, твоя мать не спросила, можно ли ей прийти. Не уточнила, удобно ли нам. Просто явилась с толпой и расселась за столом. Она привыкла, что я промолчу, улыбнусь и оплачу. Но не в этот раз.
Он опустил глаза.
— Что теперь будет?
Я прошла мимо него в комнату.
— Либо она платит, либо мы с ней не общаемся, пока не заплатит. Это мои границы.
Неделю Нина Фёдоровна не звонила. Потом позвонила Сергею, плакала в трубку, говорила, что у неё таких денег нет. Он предложил оплатить счёт вместе, пополам.
Я покачала головой.
— Серёж, если ты заплатишь за неё — она поймёт, что можно делать что угодно, а ты покроешь. Нет. Пусть платит сама или частями, но сама.
Он позвонил матери, сказал, что платить придётся ей. Она повесила трубку.
Через три дня пришло смс от Валентины, свекровиной сестры: "Ира, ты совсем совесть потеряла? Из-за каких-то денег сестру мою довела до слёз. Жадная бессовестная."
Я удалила сообщение, заблокировала номер.
Ещё через неделю на карту пришло пятнадцать тысяч. От Нины Фёдоровны. С комментарием: "Первый взнос. Остальное буду переводить по пять тысяч в месяц."
Я показала перевод Сергею. Он обнял меня.
— Ты довольна?
Я кивнула.
— Довольна. Потому что она поняла — просто так пользоваться мной больше не получится.
Следующий платёж пришёл через месяц. Потом ещё через месяц. Нина Фёдоровна не звонила, на семейные праздники не приглашала. Сергей ездил к ней сам, я оставалась дома.
Через полгода долг закрыли. Сорок одна тысяча шестьсот рублей вернулись на счёт. Я перевела эти деньги на накопительный вклад. Мои деньги за испорченный день рождения.
Нина Фёдоровна начала звонить снова. Осторожно, редко. Приглашала на чай. Я приходила, мы сидели на кухне, разговаривали о погоде и здоровье. Она больше не упоминала тот вечер. И ни разу не пришла к нам без предупреждения.
Потому что "мы же семья" не даёт права приходить без приглашения. "Ну потеснимся" работает, когда тесниться согласны все. И "не жалко же" означает, что платит тот, кто решил устроить праздник за чужой счёт.
Один раз выставила счёт с детализацией — и все незваные гости поняли, что гостеприимство имеет цену и границы.
Любопытно, как отреагировали остальные родственники на эту историю?
Валентина, свекровина сестра, три месяца не здоровалась при встрече и рассказывала всем знакомым: "Невестка оказалась жадной, из-за денег свекровь унизила". Кристина, племянница, написала в семейном чате: "Тётя Ира, вы конечно жёстко, но по делу, мама Серёжи реально перебрала". Соседи по даче, которые были на том ужине, начали обходить нас стороной и шептаться за спиной. А моя подруга Лена сказала: "Ир, ты молодец, я бы так не смогла, но ты научила меня, что можно отстаивать границы даже с родней".