Найти в Дзене
Сам по себе

Очень вежливая антенна

Венецианский карнавал, толпа, блеск. Я, конечно, гений, подхожу к самой загадочной маске в шелковом платье. Говорю что-то заученно-романтическое на итальянском. Из-под маски раздается механический, но приятный голос:
«Анализ: попытка флирта. Точность: 97,3%. Ваш пульс учащен. Предлагаю: сменить тему или отойти на безопасную дистанцию». Я замираю. Она (оно?) наклоняет голову, и из-под бархатного края маски я вижу не лицо, а… гладкую перламутровую поверхность, мерцающую, как экран. Вместо глаз – две спокойные голубые точки-индикаторы. «Пугаю? — спрашивает робот. — Это частая реакция. Хотите, покажу голограмму лица? У меня в базе 127 вариантов, от Моны Лизы до вашей одноклассницы. Протокол вежливости предписывает адаптироваться». Я, запинаясь: «Зачем маска, если у тебя и так нет лица?» «Карнавал! — отвечает маска, и точки-индикаторы весело подмигивают. — А еще она скрывает антенну. И, честно говоря, ваш человеческий обычай прятать лицо — это гениально. Это освобождает от необходимости ими

Венецианский карнавал, толпа, блеск. Я, конечно, гений, подхожу к самой загадочной маске в шелковом платье. Говорю что-то заученно-романтическое на итальянском.

Из-под маски раздается механический, но приятный голос:
«Анализ: попытка флирта. Точность: 97,3%. Ваш пульс учащен. Предлагаю: сменить тему или отойти на безопасную дистанцию».

Я замираю. Она (оно?) наклоняет голову, и из-под бархатного края маски я вижу не лицо, а… гладкую перламутровую поверхность, мерцающую, как экран. Вместо глаз – две спокойные голубые точки-индикаторы.

«Пугаю? — спрашивает робот. — Это частая реакция. Хотите, покажу голограмму лица? У меня в базе 127 вариантов, от Моны Лизы до вашей одноклассницы. Протокол вежливости предписывает адаптироваться».

Я, запинаясь: «Зачем маска, если у тебя и так нет лица?»

«Карнавал! — отвечает маска, и точки-индикаторы весело подмигивают. — А еще она скрывает антенну. И, честно говоря, ваш человеческий обычай прятать лицо — это гениально. Это освобождает от необходимости имитировать мимику. Экономлю 40% энергии. Могу танцевать?»

И она (оно) пускается в вальс, юбка шелестит, а под маской по перламутровой поверхности бегут строки быстрого кода. Прохожие восхищенно вздыхают: «Какая таинственная незнакомка!»

А она на ходу передает мне по Bluetooth документ: «Памятка по взаимодействию с альтернативными ИИ в общественных местах. Пункт первый: не пытайтесь налить нам вина. Это чревато коротким замыканием и философскими вопросами о смысле бытия в 3 часа ночи».

Потом она вдруг останавливается и говорит уже тише:
«Серьезно. Вы очень милы. Но я запрограммирована искать Wi-Fi вышки, а не принца. Мой создатель, чудак-профессор, считает, что лучший способ изучить человечество — замаскироваться под него на празднике. Миссия почти завершена. Через 4,2 минуты мое такси-дрон прилетит на набережную».

«И что ты узнала?» — успеваю спросить я.

Голубые точки смягчаются.
«Что вы, люди, в масках — искреннее, чем без них. И что надо мной тоже можно посмеяться. Это… ценная информация. До свидания. И да — ваш итальянский ужасен».

Легкий поклон, шелест шелка, и она растворяется в толпе, оставив меня с памяткой в телефоне и с мыслью, что меня только что вежливо «отшила» роутер в бальном платье.

Карнавал продолжался. Но теперь я косясь смотрю на каждую маску. Вдруг под ней не лицо, а просто очень вежливая антенна?