– Ларис, тут такое дело... У нас неприятности. Мне зарплату урезали.
Владимир сидел на краю кровати. Лариса отложила книгу и подсела к нему, коснулась руки.
– На сколько?
– На двадцать пять. Типа оптимизация, новая структура отдела... – он потер переносицу. – Козлов сказал, что это временно, но сама понимаешь, как у нас «временно» работает. И нет ничего более постоянного, чем временное...
Лариса покачала головой. Козлов, начальник Владимира, был из тех руководителей, что умеют красиво говорить и ничего не делать. Вечные обещания, вечные отсрочки.
– Вот же... – она не договорила, сдержалась. – Ты там пашешь больше всех, а они вот так с тобой поступают? Серьезно?
– Ну а что делать. Не увольняться же сейчас.
Владимир выглядел потерянным. Лариса редко видела его таким, обычно он держался, шутил даже в сложных ситуациях, но сегодня в нем словно что-то сломалось.
– Слушай, – она развернулась к нему, заглянула в глаза. – Ну и ладно. Я сейчас нормально зарабатываю, проект большой, премии идут. Перекроем эту разницу, не переживай.
– Лариса, ну как это...
– Вот так это. Мы же семья, Володь. Или как?
Он помолчал. Потом притянул ее к себе, обнял крепко, уткнулся носом в ее волосы. Ничего не сказал, но Лариса и не ждала слов. Просто сидела, прижавшись к его груди, и тепло разливалось внутри от того, что она может вот так – взять и поддержать. Не только словами, но и делом.
...Через две недели Лариса вышла в отпуск. Первые дни просто отсыпалась, отъедалась нормальными завтраками, а не кофе на бегу, смотрела сериалы до трех ночи. Но к среде накопившийся бардак в квартире начал раздражать. Полки в шкафах, заваленные непонятно чем, пыль за диваном, коробки с вещами, которые они так и не разобрали после переезда три года назад.
Лариса натянула старую футболку, собрала волосы в хвост и принялась за генеральную уборку.
Шкаф в гостиной поддавался с трудом. Там было все: старые журналы, сломанный пульт от кондиционера, которого у них давно не было, зарядки от телефонов, снятых с производства давным давно. Лариса методично сортировала вещи на три кучки: выбросить, оставить, спросить у Володи.
На нижней полке, под стопкой каких-то инструкций, она нащупала плотный конверт. Вытащила, повертела в руках. Обычный белый конверт, без подписей. Внутри оказались документы.
Кредитный договор...
Лариса пробежала глазами по строчкам. Дата – три месяца назад. Сумма... Она перечитала еще раз, потому что с первого раза цифра не уложилась в голове.
Два миллиона рублей.
Какой кредит? Они никакого кредита не брали. Они вообще старались жить без долгов, это было их правило еще с первых лет брака.
Лариса опустилась на пол прямо посреди разбросанных вещей. Бумаги подрагивали в руках. Может, это какая-то ошибка? Может, Володя кому-то помогал документы оформить и забыл отдать?
Она поднялась, прошла в спальню. Тумбочка Владимира – он просил туда не лезть, типа там его рабочие бумаги, ничего интересного. Лариса никогда и не лезла. Но сейчас открыла верхний ящик и начала перебирать содержимое.
Визитки, какие-то чеки, ручки...
Чек. Ювелирный салон «Рубин». Дата – две недели назад.
Серьги – сто двадцать тысяч. Кольцо – двести десять тысяч. Браслет – сто двадцать тысяч. Итого четыреста пятьдесят.
Лариса перестала дышать на несколько секунд. Потом медленно опустилась на край кровати – на то самое место, где Владимир сидел, когда рассказывал про урезанную зарплату.
Ее день рождения через три недели.
Она закрыла глаза и выдохнула. Господи, она уже успела такого себе напридумывать за эти пять минут – и кредит непонятный, и ювелирка на полмиллиона... А это просто подарок. Муж взял кредит, чтобы сделать ей сюрприз. А оставшуюся сумму, наверное, чтобы перекрыть эту разницу в зарплате, чтобы не сидеть у нее на шее, иметь свои деньги.
Лариса аккуратно положила чек обратно, задвинула ящик. Документы на кредит вернула в конверт и засунула под инструкции, как было.
Глупая. Развела панику на пустом месте.
Она вернулась к уборке, но теперь улыбалась, раскладывая вещи по полкам...
Три недели тянулись медленно, но Лариса не жаловалась. Каждый раз, когда Владимир возвращался с работы, она ловила себя на том, что улыбается ему чуть теплее обычного. Знала ведь, какой сюрприз он готовит. Видела списания с их общего счета – те самые, странные, которые муж раньше объяснял невнятным «да это по работе, потом разберусь». Теперь все встало на свои места. Ежемесячный платеж по кредиту. Ради нее. Ну и пусть она тоже платит по этому кредиту. Зато Владимир думал о ней, заботился.
...День рождения отмечали в небольшом кафе недалеко от дома. Уютное место с приглушенным светом, свечи на столах, негромкая музыка. Собрались только свои: родители Ларисы, родители Владимира, пара близких друзей.
Мама подарила сертификат в спа-салон на двоих, со значением посмотрела на Владимира – мол, своди жену, отдохните. Свекровь протянула бархатную коробочку, внутри оказалась тонкая серебряная цепочка. Лариса поблагодарила, примерила, все заохали.
А потом Владимир поднялся со своего места.
Лариса затаила дыхание. Вот оно. Сейчас.
Он нагнулся под стол и достал коробку.
Большую коробку.
Слишком большую для ювелирного набора...
Лариса моргнула, пытаясь сохранить улыбку на лице. Может, там внутри еще одна коробка? Так иногда делают, прячут маленький подарок в большой упаковке для эффекта.
Она открыла крышку...
Степпер. Тренажер. Компактный такой, складной.
– Я видел, ты в интернете смотрела, – Владимир сиял от гордости. – Все присматривалась, сравнивала модели. Ну вот, решил порадовать тебя.
– Спасибо, – Лариса услышала собственный голос как будто со стороны. – Давно хотела. Правда.
Остаток вечера прошел как в тумане. Лариса смеялась шуткам, задувала свечи на торте, фотографировалась с гостями. А внутри что-то медленно сжималось, скручивалось в тугой узел.
В такси домой она молчала, смотрела в окно на проплывающие огни города. Наверное, он дома подарит. Логично же – не везти с собой украшения на полмиллиона, мало ли что. Дома, в спокойной обстановке, без посторонних глаз.
Дома Владимир чмокнул ее в щеку, пожелал спокойной ночи и ушел в душ.
Лариса просидела на кровати до полуночи, ожидая. Ничего не произошло.
Она прождала день. Два. Неделю.
На восьмой день не выдержала.
– Володь, – она остановила его в коридоре, когда он собирался на работу. – Я хочу тебя кое о чем спросить.
– Да?
– Чек из ювелирного. «Рубин». Серьги, кольцо, браслет. Для кого они?
Владимир застыл с курткой в руках. Лицо его изменилось мгновенно – краска схлынула, оставив какую-то серую бледность.
– Ты... ты рылась в моих вещах?
– Это сейчас не важно. Кому ты купил украшения на четыреста пятьдесят тысяч?
– Лариса, это не то, что ты думаешь...
– Тогда объясни, что это такое.
Молчание затянулось.
– У меня... – он опустил взгляд. – Есть другая женщина.
Мир не рухнул. Странно, но Лариса думала, что будет именно так – земля уйдет из-под ног, потолок обвалится, что-то в этом роде. А вместо этого просто тишина и какая-то звенящая пустота в груди.
– И когда денег стало не хватать, ты взял кредит? – она говорила спокойно, почти механически. – Два миллиона. На нее?
– Я хотел... Это несерьезно, Ларис. Глупость, ошибка...
– Несерьезно? – Лариса сама удивилась тому, как быстро накрыла ее ярость. Мгновенно, как цунами. – Ты подарил какой-то бабе украшения за полмиллиона! А мне – степпер за пять тысяч! Ты издеваешься?!
– Я думал, тебе понравится...
– Я тебя жалела, Володь! Ты сидел и ныл про урезанную зарплату, а я – я говорила «не переживай, я заработаю»! И все это время платила за твои подарки любовнице?! Оплачивала этот кредит, который ты взял ради нее?
Слезы хлынули сами, против воли. Лариса ненавидела плакать, особенно вот так – от злости и бессилия, когда слова застревают в горле и выходит только какой-то сдавленный хрип.
Владимир шагнул к ней, попытался взять за руку.
– Не трогай меня!
– Давай поговорим нормально...
– Нормально?! – она отшатнулась от него, как от чумного. – О чем теперь говорить, Володь? О том, как ты врал мне три месяца? Или о том, что я сидела и умилялась, какой заботливый у меня муж? А этот самый замечательный муж мне изменял?
Лариса развернулась и пошла в спальню. Достала из-под кровати дорожную сумку, начала швырять туда вещи. Руки тряслись, молния заедала, какой-то свитер никак не хотел помещаться.
– Ты куда? – Владимир стоял в дверях.
– К маме. К подруге. Куда угодно, только подальше отсюда.
– Лариса, подожди, давай обсудим...
– Нечего обсуждать. Квартира твоя, – она наконец справилась с сумкой, закинула ее на плечо. – Меня тут ничего не держит. Разведусь – от фамилии твоей избавлюсь с удовольствием. Хватит с меня такой семьи. Нажилась...
Она прошла мимо него к выходу, не оглядываясь.
Дверь за спиной закрылась тихо. Почему-то именно эта тишина показалась Ларисе громче любого крика. И в этой тишине началась ее новая жизнь. С новыми надеждами...
Дорогие мои! Если вы не хотите потерять меня и мои рассказы, переходите и подписывайтесь на мой одноименный канал "Одиночество за монитором" в тг. Там вам предоставляется прекрасная возможность первыми читать мои истории и общаться лично со мной в чате) И по многочисленным просьбам мой одноименный канал в Максе. У кого плохая связь в тг, добро пожаловать!