Когда ты говоришь «я издал книгу в самиздате», в глазах собеседника мелькает что-то среднее между сочувствием и снисхождением. Будто ты признался, что твой ресторан — это фудтрак у метро. Но давайте честно: а что, если традиционные издательства — это не храм литературы, а просто очередной бизнес, который десятилетиями решал, кому можно говорить, а кому — заткнуться?
История самиздата — это история сопротивления. И нет, я не только про диссидентов с их машинописными копиями Солженицына. Уолт Уитмен в 1855 году сам набрал, сам напечатал и сам продавал «Листья травы». Ни одно издательство не хотело связываться с этим странным типом, который писал про тело и душу так, будто они — одно целое. Сегодня его изучают в каждом американском университете. Марсель Пруст заплатил из своего кармана за издание первого тома «В поисках утраченного времени» — издатели посчитали, что 700 страниц о том, как мужик макает печенье в чай, никто не купит. Нобелевскую премию Пруст не получил только потому, что умер слишком рано.
А теперь перемотаем в наше время. Э. Л. Джеймс начала публиковать «Пятьдесят оттенков серого» как фанфик в интернете. Энди Вейер выкладывал «Марсианина» на своём сайте бесплатно, потому что агенты дружно отказали. Хью Хауи продавал «Бункер» на Amazon, пока традиционные издательства не прибежали с чемоданами денег. Эти люди не были неудачниками — они просто не вписались в чьё-то представление о том, «что сейчас покупают».
Вот вам грязная правда об издательском бизнесе: редактор крупного издательства получает в среднем 300-500 рукописей в месяц. На каждую он тратит примерно три минуты. Три минуты решают, достоин ли твой роман, над которым ты работал два года, хотя бы ответа. И знаете, по каким критериям отбирают? «Похоже ли это на то, что уже хорошо продавалось». Инновации? Эксперименты? Новый голос? Риск слишком велик. Издательства — это корпорации, а корпорации не любят рисковать.
Стигма самиздата родилась не на пустом месте. В девяностые и нулевые Amazon и подобные платформы заполонили миллионы текстов, которые физически невозможно читать. Плохая грамматика, отсутствие редактуры, обложки из Paint — всё это создало образ самиздата как помойки, куда сбрасывают то, что не взяли «настоящие» издательства. И да, значительная часть самиздата — это мусор. Но знаете что? Значительная часть того, что выпускают традиционные издательства — тоже мусор. Просто мусор отредактированный и с красивой обложкой.