– Пап, конечно, приезжай! – Сергей прижимал телефон плечом к уху, одновременно помешивая макароны. – Какие вопросы? Живи сколько нужно.
Елена застыла в дверях кухни с пакетом продуктов в руках.
– Что случилось?
Сергей отключил телефон и повернулся к жене с виноватым видом.
– У отца трубу прорвало. Затопило всю квартиру, даже к соседям снизу протекло. Говорит, ремонт недели на две минимум.
– И он приедет к нам?
– Лен, ну куда ему деваться? Гостиницу снимать – дорого. Да и отец он мне все-таки.
Елена поставила пакет на стол. Конечно, отказать было нельзя. Николай Петрович овдовел три года назад, жил один в Саратове. Человек тихий, непритязательный. Две недели можно и потерпеть.
– Когда приезжает?
– Завтра утром. Я его с поезда встречу.
Елена кивнула и начала раскладывать продукты по местам. В конце концов, квартира у них просторная – три комнаты. Одна их с Сергеем спальня, вторая – комната восьмилетней Кати, третья использовалась как кабинет, где Елена работала удаленным бухгалтером. Можно будет временно перенести компьютер в спальню, а свёкра поселить в кабинете.
На следующее утро Николай Петрович появился на пороге с небольшой дорожной сумкой и пакетом гостинцев.
– Леночка, спасибо, что приютили старика, – он неловко обнял невестку.
– Что вы, папа, какие могут быть вопросы. Проходите, сейчас чай поставлю.
Первые дни все шло спокойно. Николай Петрович большую часть времени проводил в своей комнате, читал газеты, смотрел телевизор. За стол садились вместе, разговаривали о новостях, о Катиной учебе. Елена даже подумала, что зря волновалась – свёкор оказался идеальным гостем.
На четвертый день, вернувшись с работы, Сергей застал дома необычное оживление. Из кухни доносились громкие голоса и смех.
– Валька приехала! – радостно сообщил отец, выглядывая в прихожую. – С Артёмкой!
Сергей замер. Сестра Валентина жила в соседнем городе, работала в торговле. После развода пять лет назад воспитывала двоих сыновей одна. Старшему, Артёму, недавно исполнилось девятнадцать.
В кухне за столом сидела Валентина – яркая блондинка в леопардовой кофте, с массивными золотыми серьгами. Рядом развалился долговязый парень в наушниках.
– Сережка! – Валентина вскочила и повисла на шее брата. – Сто лет не виделись!
– Привет, Валь. Это неожиданно...
– Да у меня такая история вышла! Соседи совсем озверели. Представляешь, жалобы строчат, что я громко музыку слушаю. Я им говорю – живу как хочу, а они участкового вызвали! Короче, решила на пару дней к вам перебраться, пока страсти не улягутся.
Елена стояла в дверях, прижимая к себе Катю, которая с любопытством разглядывала неожиданных гостей.
– Здравствуйте, – сдержанно произнесла она.
– О, невестушка! – Валентина окинула Елену оценивающим взглядом. – Что-то ты неприветливая какая-то. Родственников не рада видеть?
– Рада, конечно. Просто неожиданно. Где вы... где планируете остановиться?
– Как где? У вас же комнат полно! Артёмке отдельную комнату надо – он к сессии готовится.
Елена почувствовала, как внутри поднимается раздражение. Отдельную комнату? Это значит, Катю придется выселить.
– У нас только комната Кати свободная...
– Ну и отлично! Катюша у вас маленькая еще, может с родителями поспать. Правда, солнышко? – Валентина потрепала девочку по голове.
Катя испуганно прижалась к матери.
– Мам, я не хочу из своей комнаты уходить...
– Вот избаловали ребенка! – всплеснула руками Валентина. – В наше время дети и не такое терпели. Артём, иди вещи заноси!
Парень нехотя поднялся и поплелся в прихожую. Елена бросила умоляющий взгляд на мужа, но Сергей отвел глаза.
– Валь, может, в гостинице остановитесь? Мы поможем финансово...
– Да ты что! – возмутилась Валентина. – Родную сестру в гостиницу? Папа, ты слышишь, что твоя невестка предлагает?
Николай Петрович покачал головой:
– Нехорошо, Елена. Семья должна поддерживать друг друга.
Вечером, укладывая заплаканную Катю на раскладушке в их спальне, Елена пыталась успокоить дочку:
– Это ненадолго, милая. Потерпи немножко.
– А почему я должна терпеть? Это моя комната!
Елена не знала, что ответить. Из комнаты Кати доносилась громкая музыка – Артём обживал новое пространство.
– Сережа, так не пойдет, – шепотом сказала она мужу, когда Катя заснула. – Ребенок плачет, а твой племянник музыку врубил на всю квартиру.
– Поговорю с ним завтра. Валька сказала – на пару дней всего.
Но прошла неделя, а Валентина и не думала съезжать. Более того, она вела себя так, словно эта квартира была её собственной. Утром занимала ванную на час, потом долго красилась на кухне, разложив косметику по всему столу. Готовить не предлагала, зато регулярно критиковала Еленину стряпню.
– Опять котлеты? – морщилась она за ужином. – Сережка, как ты это есть можешь? Я своим мужикам всегда разнообразие готовила.
– Твоим мужикам это не помогло остаться, – не выдержала Елена.
Валентина вспыхнула:
– Что ты себе позволяешь?
– Валь, успокойся, – вмешался Сергей. – Елена целый день работает, ей некогда изысками заниматься.
– Работает она, видите ли! Дома сидит за компьютером – это не работа. Вот я, когда в магазине стояла, по двенадцать часов на ногах была!
Артём тем временем чувствовал себя как дома. Приводил друзей, они сидели в комнате до полуночи, играли в приставку, громко разговаривали. Катя не высыпалась, стала хуже учиться.
– Мам, можно я у Маши переночую? – спросила она однажды.
– Почему, милая?
– У неё дома тихо. И своя комната есть.
Сердце Елены сжалось. Родной ребенок просится ночевать у подруги, потому что дома ему некомфортно.
Днем, работая в спальне за ноутбуком, Елена старалась сосредоточиться на отчетах. Но из гостиной доносился громкий голос свёкра – он обсуждал что-то с Валентиной. Прислушавшись, Елена поняла – они говорят о ней.
– Правильно ты говоришь, папа, – вещала Валентина. – Женщина должна дом держать в первую очередь. А она только и знает, что в компьютер пялится. Неудивительно, что Сережка такой бледный ходит – недокормленный.
– Да, в наше время женщины другие были, – поддакивал Николай Петрович. – Покойная Надя, царствие ей небесное, всегда к моему приходу горячий ужин готовила. А эта даже суп нормальный сварить не может.
Елена закрыла ноутбук. Руки дрожали от злости. Суп не может сварить? Да она каждый день готовит на всю эту ораву! А благодарности – ноль.
Вечером она попыталась поговорить с мужем:
– Сергей, сколько это будет продолжаться? Прошло уже десять дней!
– Потерпи еще немного. Валька квартиру ищет.
– Ищет? Она весь день на диване лежит и сериалы смотрит!
– Лена, ну что ты хочешь? Чтобы я родную сестру выгнал?
– Я хочу, чтобы моя дочь спала в своей комнате! Чтобы я могла спокойно работать! Чтобы по ночам не гремела музыка!
– Преувеличиваешь ты всё...
На следующий день Елена заметила, что не может найти свои беспроводные наушники. Искала везде – нет. Потом пропала зарядка от ноутбука. Мелочи, конечно, но неприятно.
– Кать, ты не брала мамину зарядку? – спросила она дочку.
– Нет, мам. А может, Артём взял? Он вчера заходил к нам в комнату, что-то искал.
Елена нахмурилась. Неужели парень берет чужие вещи без спроса?
Её подозрения подтвердились, когда она случайно увидела в прихожей раскрытый рюкзак Артёма. Среди учебников лежали её наушники.
– Артём, это мои наушники, – сказала она, доставая их из рюкзака.
Парень даже не смутился:
– А, это ваши? Думал, просто валяются.
– Они лежали у меня на столе в спальне.
– Ну извините, – буркнул он и ушел в комнату.
Елена рассказала об этом Сергею, но тот только отмахнулся:
– Ну взял по ошибке, с кем не бывает. Не делай из мухи слона.
Терпение Елены было на пределе. Но последней каплей стал другой случай. Вернувшись из магазина, она обнаружила, что гостиная полностью переставлена. Диван стоял у другой стены, кресло переехало к окну, а журнальный столик вообще исчез.
– Что здесь происходит? – ошеломленно спросила она.
Валентина, стоявшая посреди комнаты с довольным видом, обернулась:
– Решила навести порядок. У вас тут как в музее было – ничего не поменялось лет десять, наверное.
– Где столик? Где мои фотоальбомы, которые на нем лежали?
– А, тот старый хлам? Выбросила. Столик весь поцарапанный был, а альбомы пыль только собирали.
Елена почувствовала, как к горлу подступает ком. В тех альбомах были фотографии её покойных родителей, снимки с их свадьбы, первые фото Кати.
– Как вы могли? Это же память!
– Ой, да ладно тебе! Фотки в телефоне хранить надо, а не пыль разводить.
Елена выбежала из квартиры. На лестничной площадке остановилась, пытаясь успокоиться. Слёзы душили, но плакать она себе не позволила. Надо было срочно проверить мусорные баки – может, еще не вывезли.
Двадцать минут она рылась в контейнерах под удивленными взглядами соседей. Нашла столик – действительно старый, но такой родной. А вот альбомы... Только один удалось отыскать, весь в кофейной гуще.
Поднимаясь домой, Елена твердо решила – хватит. Это её дом, её семья, и она больше не позволит превращать их жизнь в кошмар.
Дома её встретил встревоженный Сергей:
– Лена, где ты была? Валька сказала, ты psychовать начала из-за какой-то мебели...
– Собирай всех в гостиной. Семейное собрание.
– Что? Зачем?
– Сергей, или ты сейчас соберешь всех, или я пакую вещи и с Катей уезжаю к подруге. Выбирай.
Муж испуганно посмотрел на неё. Елена за восемь лет брака никогда не говорила таким тоном.
Через десять минут все сидели в переставленной гостиной. Валентина демонстративно красила ногти, Артём не выпускал из рук телефон, Николай Петрович хмурился.
Елена встала посреди комнаты:
– Значит, так. Николай Петрович, я звонила вашему соседу снизу. Никакого потопа у вас не было. Труба подтекала, сантехник за час починил. Это было две недели назад.
Свёкор покраснел:
– Как ты смеешь проверять...
– Имею право знать правду в собственном доме. Валентина, ваши соседи не жаловались на музыку. Вас выселяет хозяйка квартиры за неуплату. Три месяца задолженности.
– Откуда ты...
– От вашего сына. Артём вчера разговаривал по телефону с приятелем, хвастался, что "предки лохи, можно жить на халяву". Я случайно услышала.
Артём уткнулся в телефон еще глубже.
– И последнее. Валентина, вы уже присматриваете школу в нашем районе для младшего сына. Я слышала ваш разговор с подругой. Цитирую: "Зачем съёмную искать, если у брата трёшка. Потеснятся".
В комнате повисла тишина.
– Что за допрос? – первой опомнилась Валентина. – Сережа, твоя жена с ума сошла!
– Нет, это вы обнаглели, – отрезала Елена. – У вас есть неделя, чтобы найти жилье и съехать. Обоим. Николай Петрович, я готова оплатить вам неделю в гостинице, но домой возвращайтесь. Ремонт стоит не так дорого, как вы думаете.
– Сережа! – взвизгнула Валентина. – Ты позволишь этой... своей жене нас выгонять?
Все посмотрели на Сергея. Он сидел, опустив голову, и молчал. Потом поднял глаза на сестру:
– Валь, а правда, что у тебя долги за квартиру?
– Ну... временные трудности...
– А у папы правда не было потопа?
Николай Петрович буркнул что-то невнятное.
Сергей встал:
– Лена права. Это наш дом. Мы вас приняли, думали – беда случилась. А вы... Папа, как вы могли врать? Валя, ты же видишь – Катя из-за вас в своей комнате спать не может!
– Подумаешь, ребенок! – огрызнулась Валентина. – Мы тоже люди!
– Вот именно. Люди, которые должны решать свои проблемы сами, а не за чужой счет. Давайте так – папа, я тебе помогу с ремонтом финансово, но домой возвращайся. Валь, дам денег на залог за новую квартиру. Но это в долг, напишешь расписку.
– Родному брату – расписку? Да вы совсем очумели со своей женой!
– Решай сама. Или расписка, или ищи деньги в другом месте.
Валентина вскочила:
– Артём, собирай вещи! Мы здесь больше не останемся! Гоните родную сестру...
Но Артём неожиданно сказал:
– Мам, хватит. Они правы. Мы и правда борзеем.
Валентина остолбенела:
– Что? Ты еще против меня?
– Я просто устал, мам. Устал переезжать, устал, что ты везде со всеми ругаешься. Тетя Лена нормально к нам относилась, а мы... Я верну ваши наушники, – повернулся он к Елене. – И зарядку. Простите.
Через три дня квартира опустела. Николай Петрович уехал первым – Сергей отвез его на вокзал, сунув в карман конверт с деньгами. Старик уезжал обиженный, но на прощание буркнул:
– Может, вы и правы. Зажился я что-то.
Валентина продержалась до конца недели. Взяла деньги, расписку писать отказалась. Уехала, хлопнув дверью:
– Больше ноги моей здесь не будет!
Вечером Елена зашла в Катину комнату. Дочка сидела на своей кровати, обнимая любимого мишку.
– Мамочка, я теперь всегда буду здесь спать?
– Конечно, солнышко. Это твоя комната.
Сергей появился в дверях:
– Лен, прости. Я должен был сразу...
– Проехали, – мягко сказала она. – Главное, что ты меня поддержал, когда это было важно.
Прошёл месяц. Жизнь вернулась в привычное русло. Елена снова работала в своем кабинете, Катя получала пятерки, Сергей приходил домой к ужину, а не сбегал допоздна "чтобы не слушать разборки".
Неожиданно позвонил Николай Петрович:
– Елена? Это я... Хотел поблагодарить. И извиниться. Вы правильно сделали. Я тут ремонт затеял, соседи помогают. Оно и к лучшему вышло.
– Рада за вас, папа. Приезжайте в гости. В гости, – подчеркнула она.
– Понял, понял. Спасибо.
А еще через полгода появилась Валентина. Как ни в чем не бывало.
– Привет, родственники! Я тут мимо проезжала, дай думаю – загляну!
Елена встретила её в дверях:
– Валентина, рады вас видеть. Чай будете? У нас как раз есть час до того, как нужно забирать Катю с английского.
– Час? Всего час?
– Да, потом у нас планы. Но за чаем поболтать успеем.
Валентина поняла намек. Села за стол, выпила чаю, рассказала, что устроилась на новую работу, сняла квартиру поближе к центру. Через сорок минут засобиралась:
– Ну, побегу я. Дела.
На пороге обернулась:
– Лен, ты это... не держи зла.
– Не держу. Живите хорошо.
Закрыв за ней дверь, Елена улыбнулась. Научиться говорить "нет" оказалось не так сложно. Главное – вовремя понять, что твой дом – это твоя крепость. И только ты решаешь, кого в неё пускать.
– Мам, а правда к нам тетя Валя переезжать хотела? – спросила Катя за ужином.
– Были такие планы.
– Хорошо, что не переехала. Она громкая очень.
Сергей и Елена переглянулись и рассмеялись. Да, хорошо, что не переехала. И хорошо, что в их семье теперь есть четкие правила – гостям рады, но жить каждый должен у себя.