– Мама, да ты пойми, я просто не могу… Над ним же все смеяться будут, надо мной будут смеяться… – Зина, сжимая в руках платок, готова была вот-вот расплакаться от несправедливости. Мир ополчился против её чувств, и даже самые близкие, казалось, не понимали.
– Бежать от своего счастья – последнее дело! Выходи, и на возраст не смотри. Потом ещё спасибо мне скажешь, – твёрдо, почти сурово отвечала мать. Она-то знала на собственном горьком опыте, каково это – связать жизнь с нелюбимым. И видела, как дочь светится, произнося его имя.
Эта история началась не с любви, а с имени. Вернее, с трёх имён сразу, как будто судьба с первых дней готовила актрисе роль в запутанной, многослойной драме.
Три имени для одной звезды
В свидетельстве о рождении было выведено чернилами: Зинаида. Но это была ошибка, самовольное решение растерянного отца. Мать, образованная и мечтательная Александра Ивановна, задумала назвать дочь Аидой – именем древнегреческой богини, звучным, театральным, сулящим сценическое будущее. В роддоме она была уверена: эта девочка станет звездой.
Но бюрократия внесла свои коррективы. Отец, Георгий Широков, выходец из состоятельной семьи, юнкер, побывавший даже в Британии, отправился в ЗАГС один. В списке предложенных имён «Аиды» не оказалось. Не долго думая, он согласился на вариант регистратора. Мать, узнав об этом, страшно обиделась. В отместку и в знак верности своей мечте она стала звать дочь сокращённо – Идой.
Так с самого начала в жизнь будущей актрисы вошёл конфликт и компромисс. Родители её не любили друг друга – брак был договорным, делом рук родителей шестнадцатилетней Александры. Когда Иде исполнилось три, они расстались. В девять лет девочка обрела отчима, который принял её как родную. В благодарность она навсегда взяла его фамилию – Кириенко. Она рано научилась приспосабливаться, выбирать, за что держаться, а что отпустить. Эта наука не раз спасёт её в будущем.
Детство, опалённое войной и страхом
Война застала их в станице на Ставрополье. Время было не просто голодное – оно было страшное. Едой часто служили лишь лепёшки, скудно пожаренные на вонючем рыбьем жире. Но настоящий ужас обрушился, когда за решётку забрали обоих – и мать, и отчима.
На хрупкие плечи подростка Иды легла забота о младших. Об этом эпизоде она не рассказывала никому и никогда, затаив боль глубоко внутри. Лишь спустя десятилетия, уже будучи взрослой женщиной, она доверит эту историю одному человеку – своему учителю, Сергею Герасимову.
А пока ей приходилось выживать. Она поступила в железнодорожный, затем в сельскохозяйственный техникум. Но душа рвалась к искусству. В двадцать лет, скопив немного денег и собрав невероятную смелость, она отправилась в Москву покорять ВГИК.
ВГИК: пельмешки, зависть и запретная любовь
Первый тур она провалила. Но вместо того чтобы смиренно уехать, Ида, проявив характер, потребовала у деканата место в общежитии и пошла на следующий этап. В суматохе педагоги не заметили промаха, и имя Кириенко оказалось в заветных списках.
Попасть на курс к легендарным Сергею Герасимову и Тамаре Макаровой считалось огромной удачей. Её однокурсницами были красавица Наталья Фатеева и яркая Людмила Гурченко.
С Гурченко их сначала связала тесная дружба: они делили комнату в общаге, кусок хлеба, самые сокровенные мысли. Но со временем Зинаида (теперь все звали её так) стала замечать, что подруга «всегда любила выделяться, стремилась, чтобы все смотрели лишь на неё». Обида подкралась незаметно, когда Люся вышла замуж, даже не поставив в известность соседку по комнате.
Но самой большой, запретной и мучительной тайной её студенческих лет была любовь к Герасимову. Он был мэтром, у него была жена, но это её не смущало – все знали о его романах на стороне. Однажды, набравшись духа, она призналась ему в чувствах.
Герасимов растерялся, а потом, стараясь перевести всё в шутку, сказал: «Вот и хорошо, а ушко у тебя как пельмешка. Но сдерживать себя всё-таки надо». И, поцеловав в щёку, закрыл тему навсегда. Эта детская, почти отцовская фраза навсегда осталась в её памяти – символ недосягаемости и нежности одновременно.
Слава пришла к ней после выхода на экраны «Тихого Дона». Зинаиду Кириенко узнала вся страна. Казалось, впереди – только взлёт.
Цена отказа: когда карьера становится заложницей чувств
Красивая, талантливая, она не могла не привлекать мужчин. За ней ухаживали красавец Василий Лановой, предлагал руку и сердце, но получил отказ. Долгие годы добивался её внимания Евгений Матвеев, ставший в итоге добрым другом.
Однако одна история оставила на её карьере глубокий шрам. Заместитель министра культуры СССР, Владимир Баскаков, был очарован актрисой. И, получив отказ, не простил. Зинаида долгое время не могла понять, почему её перестали приглашать сниматься. Она мучилась, думая, что разучилась играть, потеряла форму. Истину ей открыл случайно режиссёр Станислав Ростоцкий, уже после того, как опала миновала: виной всему был отвергнутый покровитель.
В этой истории она с ужасом увидела отражение судьбы собственной матери. Та, будучи редкой красавицей и директором элеватора, однажды отвергла домогательства проверяющей-чиновницы. В ответ та сделала всё, чтобы мать и отчим Зинаиды оказались в тюрьме.
Чудом их выпустили, но никто даже не извинился. Женщина в мире мужской власти всегда была уязвима. Кириенко выживала, как могла: ездила с творческими вечерами, выступала на концертах. Лишь когда Баскаков покинул пост, она смогла вернуться в кино.
Судьбоносная встреча: «Что ты будешь делать с этим ребёнком?»
В 1960 году на съёмках она познакомилась с ним. Ему было семнадцать. Он был студентом-экономистом и подрабатывал в массовке. Высокий, статный красавец-спортсмен, Валерий Тарасевский выглядел старше своих лет, но разница в целое десятилетие всё равно бросалась в глаза.
– Зина, тебе 27, ему 17! Что ты будешь делать с этим ребёнком? Ещё и содержать его придётся! – подшучивали коллеги.
Она и сама сомневалась, пыталась сопротивляться. Но именно мать, та самая, прошедшая через нелюбимый брак, уговаривала её не отказываться от счастья. Она видела, как дочь меняется рядом с этим молодым человеком, как расцветает. Родители Валерия также приняли выбор сына с пониманием.
Через два месяца после первой прогулки они поженились. Это был вызов обществу, усмешкам, предрассудкам. Они ютились в коммуналке, а отличник Тарасевский так и не окончил МГУ – на его плечи легла забота о новорождённом первенце. Зинаида стала главной кормилицей семьи, а Валерий – её надёжным тылом.
«Душа в душу»: негромкое счастье титана
Их брак не был похож на страстную драму её студенческого увлечения Герасимовым. Это была тихая гавань, построенная на взаимном уважении и преданности.
Пока Зинаида блистала на сцене и съёмочной площадке, Валерий целиком взял на себя дом, быт и воспитание двух сыновей. Он не просто «помогал» – он создал пространство, в котором её талант мог существовать без бытовых тревог. Их роли не были традиционными, но они идеально подходили именно этой паре.
Она, выросшая в многодетной семье и умевшая справляться с хозяйством, не любила эту рутину. И он освободил её от неё. Они прожили «душа в душу» почти сорок пять лет, вырастили двоих сыновей. Её карьера состоялась во многом благодаря этой тихой, но невероятно прочной поддержке.
Любовь длиною в жизнь
Валерий ушёл из жизни первым. Для Зинаиды это был сокрушительный удар. Она хотела забросить всё, уйти в тень от горя. Но коллеги уговорили её продолжать играть – в этом был смысл и спасение.
Она прожила долгую жизнь, полную труда и признания. В 88 лет её настиг коварный коронавирус, после которого организм уже не оправился.
Они доказали всем. Доказали, что любовь не измеряется паспортными годами. Что семья – это не про «как у всех», а про то, как вместе двоим. Она, которую в детстве звали тремя разными именами, нашла себя в одной-единственной роли – любимой жены.
А он, семнадцатилетний «ребёнок», на всю жизнь стал для неё самым мудрым и надёжным мужчиной. Их история – не о скандале, а о тихом подвиге ежедневного выбора друг друга. И в этом выборе они были абсолютно, безоговорочно правы.
Не забывайте ставить лайки и делиться понравившимися историями. Это помогает нам помнить о тех, чьи судьбы учат нас смелости и вере в чувства.