Периодически я даю новые определения гештальт-терапии. Скорее, для себя. Всякий раз эти определения разные, но суть одна. Вот очередной вариант. Скорее, для клиентов с опытом.
Гештальт-терапия не является инструментом изменения человека, починки, исправления, приведения к заранее известному результату. Скорее это пространство, где можно исследовать свой опыт, отношения и способы быть в мире.
Гештальт-терапия — это поиск способов быть в контакте, в неясности, не зная заранее, что правильно и как надо, выдерживая неопределённость, тревогу и живость совместного присутствия. Здесь изменения происходят не с человеком, а в отношениях между двумя людьми. Терапевт не чинит, не лечит, не учит, не ведёт и не управляет, а помогает увидеть, как можно быть иначе, если позволить себе внимательно исследовать ситуацию, отказываясь от оценок и интерпретаций, чувствовать и оставаться живым и внимательным к себе.
Терапевт не знает заранее, каким должен стать клиент, не стремится добавить ясности, а наоборот — приглашает в неясность, где происходит совместное исследование способов быть и смыслов, которыми описывается опыт.
Результатом терапии становится не исправленный человек и не достижение конкретной цели, а сдвиг в том, как именно человек живёт: как он относится к себе, другим и миру, какие выборы становятся возможными и как он признаёт авторство собственной жизни. То есть человек в терапии расширяет спектр, расширяет диапазон интенсивности и сложности переживаний, которые он способен чувствовать, не убегая ни из ситуации, ни из ситуации, ни от чувств. Также человек в терапии осваивает новые способы организации взаимодействия с другим человеком и с миром, всё лучше выдерживает, как неопределённость, так и определённость, которая не нравится. За счёт этого всего жизнь, действительно, меняется, цели достигаются, всё чаще возникает ощущение целостности и гармонии. Но предсказать, как именно изменится жизнь, какие цели человек будет выбирать и какими путями их достигать, а также в каких именно сборках будет ощущать целостность, равновесие и гармоничность, невозможно.
Гештальт‑терапия не ищет единственную внутреннюю правду о человеке, не помогает найти себя настоящего, но помогает научиться замечать себя разного в каждый момент времени, себя, который никогда не равен себе в другой момент. А ещё помогает в бесконечном количестве способов описать, понять и связать с реальностью себя и свой опыт находить наиболее актуальные.
Смыслы в терапии не находятся, а создаются, когда клиент и терапевт совместно пробуют новые слова, ракурсы, связки, в которых одно и то же переживание начинает звучать по‑другому. За счёт этого то, что вчера казалось «поломкой», сегодня может переживаться как часть истории, как выбор, как ответ на когда‑то невозможные условия, и из каждого нового совместного переописания, которое порождает новые телесные и чувственные отклики рождается новый способ быть собой.
Гештальт‑терапия — это процесс, в котором человек учится выдерживать свои чувства, признавать свой опыт, наделяя его разными смыслами, переживать близость, агрессию, утраты, фрустрации так, оставаясь при этом живым и в контакте с собой, средой и другими.
В итоге человек обретает:
Способность помнить и признавать свою историю — ранние отношения, амбивалентные чувства к родителям и не только, зависимость и бунт — как часть себя, не вытесняя и не обесценивая этот опыт, а осознавая, как он проявляется в сегодняшних отношениях.
Способность быть в телесном и эмоциональном контакте с другим человеком, переживать свою сексуальность, находить в близости с другим удовольствие, опору и взаимность, а не только выполнять интернализированные сценарии о том, как правильно и должно быть.
Способность выдерживать фрустрацию, нехватку и неопределённость, замечать свои чувства, признавать свои нужды и искать способы их удовлетворить, не разрушаясь, не проваливаясь в тотальную беспомощность и не действуя автоматически строго по инструкции.
Способность находить своё актуальное место в мире, брать на себя ответственность и завершать начатое, чтобы удовлетворить свои потребности, а в ситуации невозможности завершить или паузы не распадаться на кусочки, а переосмыслять, на что опираться и как дальше выстраивать свою жизнь.
Способность признавать свою агрессию и агрессию других как часть живого контакта, видеть в ней энергию, с которой можно по-разному обходиться.
Способность переживать утраты людей, отношений, возможностей, иллюзий, не замораживая себя и не обесценивая значимость связи, а постепенно признавая реальность потери, проживая боль, злость, опустошённость и позволяя себе со временем находить новый способ быть в мире после утраты.
Мы периодически ходим с детьми на VR-аттракционы. Так вот там младшие на каких-нибудь американских гонках, в зомби-апокалипсисе, на крутых виражах внутри летящей на сверхскоростях фуры вопят от восторга, а я со старшей — больше от ужаса, но в этом ужасе тоже много удовольствия, как и в восторге. В то же самое время моя подруга сидит в кресле молча, совершенно не понимая, в чём ужас или восторг, если всё же не по-настоящему. А ситуация-то одна. Если простыми словами, то гештальт терапия учит замечать, что одна ситуация может быть воспринята и описана, как разный опыт, что нет правильной реакции, есть только то, как что-то проживается тобой здесь-и-сейчас в контакте с миром. Терапия помогает исследовать этот уникальный опыт без осуждения, сравнения, спешки или желания исправить, и тогда появляется более широкий спектр восприятия и осмысления одного и того же крутого виража. Терапия создаёт пространство, где можно исследовать свой ужас, восторг, свою пустоту, прочее без спешки, оценивания и необходимости найти верный вариант. И тогда один и тот же крутой вираж может раскрыться новыми гранями, недоступными прежде.
А как же запрос?
С одной стороны, чем чётче запрос, тем мощнее невроз. Сам по себе запрос на изменение себя, жизни, достижение целей и прочее подобное, он является, скорее, способом избежать встречи с реальностью, которую невозможно проконтролировать, а также способом эксплуатации себя.
С другой же стороны, запрос в начале терапии даёт энергию, на которой можно куда-то приехать, обнаружить новое знание о своём устройстве. Это один из простейших способов добыть эту энергию. Одновременно это и один из простейших способов стравить избыто, и восполнить дефицит энергии. Кроме того, невротический тупик, созданный в том числе благодаря жёсткости запроса на конкретный результат, если не покидать этот тупик слишком рано, может стать точкой роста.
Если на бытовом языке: запрос может мотивировать к исследованию, побуждать быть внимательным, а также снижать тревогу от неопределённости, но по сути, скорее, укрепляет неспособность поддерживать контакт с актуальными потребностями здесь-и-сейчас, создавая внутреннее напряжение и блокируя подлинную жизнь, впрочем, в правильно организованных условиях, когда нет возможности выйти из тупика желанными и известными способами, находятся выходы альтернативные.
Именно в этом тупике запроса, где привычные пути закрыты, гештальт-терапия открывает путь к подлинному контакту — завершая незавершённые гештальты, проживая актуальный опыт и находя новые способы быть живым здесь-и-сейчас, без иллюзии контроля над непредсказуемым
