Пару лет назад на канале вышла статья об иваново-вознесенском промышленнике и меценате Иване Васильевиче Небурчилове. Весьма любопытная о нем приводилась информация. Но, как недавно для меня выяснилось, я смешал в кучу сведения о двух полных тёзках и родственниках: двух Иванах Васильевичах Небурчиловых, живших в одно время. Один из них был «ивановский», а второй – «шуйский». «Шуйский» Иван Васильевич являлся фабрикантом, владел фабрикой в Шуе. Таких фабрикантов в наших краях было предостаточно, и ничего особо примечательного о нём не расскажешь. Разве что представляет интерес дача – терем, которую он построил на реке Теза в лесу неподалёку от Шуи.
А вот «ивановский» Иван Васильевич вызывает куда больший интерес, и стоит о нем рассказать подробнее. Родился Иван Небурчилов в 1848 г. в купеческой семье. О его детстве и юности почти ничего неизвестно. А вот в зрелом возрасте некоторое время он был членом правления «Товарищества Куваевской мануфактуры» и пайщиком этой фирмы. Затем он перебрался в Москву и представлял торговые интересы иваново-вознесенских фабрикантов, т.е занимался коммерцией, и, по некоторым данным, ростовщичеством – давал деньги под проценты. В Иваново-Вознесенске он был мало известен. Был не женат, жил скромно, и по свидетельству современников, Небурчилов производил впечатление средней руки торговца. Он не принадлежал к числу видных городских фабрикантов и не имел даже собственного дома в Иваново-Вознесенске, живя в скромной съемной квартире. Довольствовался только самым необходимым и обходился без излишеств.
Тем невероятней выглядит сумма, оставленная им городу на благотворительные цели по завещанию после кончины 27 апреля 1910 г. на 63-м году жизни. Это произошло в доме, в котором он снимал небольшую квартиру и здесь же составил завещание.
Завещанная сумма выглядела фантастической - порядка 2 миллионов царских рублей. Если перевести по курсу на наши деньги, то это будет около 2 млрд. рублей.
Душеприказчиками, которых назначил сам Небурчилов, были известные фабриканты города – братья Дмитрий и Николай Бурылины, Николай Зубков, Александр Гарелин и Сергей Полушин. Был подсчитан оставленный капитал – почти 1 миллион 900 тысяч рублей. Практически всё состояние Небурчилов передавал Иваново-Вознесенску на благотворительные цели. Часть денег завещалась Введенской и Владимирской церквям. «Товариществу Куваевской мануфактуры» выделялось 300 тысяч рублей для выплаты с процентов этой суммы пособий перед Пасхой и Рождеством бедным рабочим и служащим, утратившим работоспособность. Остальные средства (почти миллион рублей) предназначались для строительства и содержания лечебных и благотворительных учреждений. Весть о грандиозном даре городу вскоре разнеслась не только по Иваново-Вознесенску, но и по всей стране. Правда, репортеры тех лет, не вдаваясь в подробности, величали его одним из виднейших фабрикантов, вероятно, путая с "шуйским" Небурчиловым, который был на слуху.
Городская Дума распорядилась оставшимися деньгами следующим образом: учредила в учебных заведениях города 16 именных стипендий для учащихся, выстроила городскую богадельню на 70 мест и комплекс детской и «заразной» (инфекционной) больницы (ныне 1-я городская клиническая больница).
23 апреля 1913 года состоялась торжественная закладка нового больничного комплекса. В 1913-1914 годы возвели 8 каменных больничных корпусов и предполагали открыть больницу весной 1915 года (к 5-летию со дня смерти И.В. Небурчилова). Но вмешалась Первая мировая война. Только в 1929 году сбылось постановление гордумы девятнадцатилетней давности — открылась первая горбольница, увы, так и не получившая имя Ивана Небурчилова. Правда, в те годы народ еще помнил о Небурчилове, и больницу называли «небурчиловской».
В одном из этих корпусов мне довелось полежать лет 30 назад.
Богадельня на деньги Небурчилова была возведена на улице Всесвятской (ныне – улица Ермака, 47). Ее открытие состоялось во вторую годовщину смерти благотворителя (27 апреля 1912 года).
Священник Александр Охотин при погребении Ивана Васильевича Небурчилова отметил нравственное значение поступка покойного. Он сказал: «Всем известно, какое отношение существует у фабричных, а особенно в последние годы, к богачам и капиталистам. Зависть, злоба и ненависть. И вот теперь фабричные увидят, что богачи заботятся не только о себе, но думают и о них, думают в самые последние дни своей жизни — перед смертью, оставляя на их пользу всё своё богатство. Не послужат ли подобные жертвы средством к примирению бедных с богатыми, не смягчат ли людскую зависть и ненависть...». Как мы знаем, примирение бедных с богатыми не случилось.
Внешний облик здания Богадельни изменился за счет надстройки третьего этажа.
Скромного, и незаметного при жизни И.В. Небурчилова похоронили на главной площади города (ныне пл. Революции) у Крестовоздвиженской церкви. Над его могилой поставили мраморную часовню со словами благодарности. В 1915 году в Иваново-Вознесенске появились Небурчиловская и Задняя Небурчиловская улицы. В советское время их переименовали в улицы Парижской Коммуны и Дмитрия Морозова.
Мне не удалось в сети найти фотографию И.В. Небурчилова. Возможно, в городском архиве она и существует.
Стоит отметить, что из завещанной суммы до революции городским властям удалось освоить только половину, остальные средства реквизировала Советская власть. Надеюсь, что и они пошли на благо города.
Есть еще одна черта личности Ивана Небурчилова, вызывающая интерес. Речь идет о том, что он, якобы, был скопцом. На вид странный старик, малоизвестный городскому деловому миру, ведущий скромную незаметную жизнь, проживающий большей частью в Москве, не владеющий промышленными предприятиями, вдруг жертвует городу колоссальную сумму. Поневоле возникает вопрос об источниках ее накопления. По одной из версий это были не его личные средства, а деньги, которые ему доверили на хранение секта скопцов, к которой он принадлежал. Лично мне в это верится с трудом. За несколько десятков лет удачной коммерческой деятельности при умеренном образе жизни скопить пару миллионов рублей вполне представляется возможным.
Но вернемся к теме скопцов. В ее пользу может говорить странное безбрачие благотворителя. Иван Васильевич, как известно, не имел ни жены, ни детей. В то время наличие семьи для взрослого дееспособного мужчины было практически обязательным. Отсутствие ее намекало на некие умственные или физические недостатки.
В этой связи любопытными представляются воспоминания известного журналиста того времени И.А. Волкова о скопчестве «фамилии Небурчиловых». В статье 1928 года он писал: «Я помню одного из этих небурчиловских скопцов-изуверов. Это был (не помню теперь его имя) огромного роста мужчина, могучего телосложения и с каким-то бабьим дряблым лицом, и к тому же он имел чисто бабий, визгливый и тонкий голос. Говорят, что его ещё в ранней молодости кастрировали чадолюбивые родители».
Соответствует это действительности или нет, сейчас это уже не столь важно. А важно совсем другое. Ничего не осталось от памяти нашего удивительного земляка, не сохранилось даже могилы с памятником со словами благодарности иваново-вознесенцев И.В. Небурчилову. Сегодня имя этого выдающегося благодетеля в народе практически забыто, знают о нем только историки и краеведы. Хочется верить, что когда-нибудь эта несправедливость будет исправлена, и ивановцы вернут долг памяти феноменальному меценату.
Источники информации.
Тихомиров А. М. Иваново. Иваново-Вознесенск. Путеводитель сквозь времена. – Иваново: ИД «Референт», 2011.
Семененко, А.М. Иваново-Вознесенск и иваново-вознесенцы / А.М. Семененко. – Иваново: Филиал РГГУ в г. Иваново, 2011.
Сайт Государственного архива Ивановской области ivarh.ru
Сайт ok.ru/vsepoistor/topic/68072662174699