Ранне утро, вы открываете глаза не от мелодии смартфона, а от вкрадчивого шепота раба и отдаленного гула просыпающегося Вечного города. На дворе 71 год до нашей эры.
Рим на пике своего республиканского величия, но воздух наэлектризован: где-то на юге легионы Марка Красса зажимают в тиски армию Спартака, а на улицах шепчутся о грядущем триумфе Помпея.
Вы - сенатор, один из шестисот "отцов", в чьих руках сосредоточена судьба ойкумены. Но так ли сладка эта жизнь на самом деле?
Рассвет на Палатине: завтрак без бодрости
Ваше утро начинается рано, с первыми лучами солнца. В Риме не принято нежиться в постели, статус обязывает быть деятельным. Вы живете на Палатинском холме. Здесь, вдали от смрадных низин Субуры, воздух чище, а соседи - сплошь элита.
Ваш завтрак, именуемый ientaculum, разочаровал бы любого современного гурмана. Никакого ароматном кофе или плитки шоколада. Эфиопские кофейные зерна еще веками будут расти дикарями, а какао-бобы ждут своего часа за океаном.
Ваш стол - это торжество калорий и прагматизма: грубый ячменный хлеб, лепешки, обильно политые медом, сыр и, возможно, кусок холодного мяса со вчерашнего пира. Всё это запивается разбавленным вином. Да, утро сенатора начинается с алкоголя, но не ради опьянения, а ради дезинфекции воды и калорий.
Гигиена по-римски: шокирующая белизна
После еды пора привести себя в порядок. У римлян не было пасты в тюбиках, но зубы должны были сиять. В ход идет зубной порошок из толченого оленьего рога или соды. Но если вы приверженец "радикальной белизны", ваш раб может предложить вам полоскание... мочой.
Аммиак отлично отбеливает эмаль - этот факт подтверждают даже античные поэты, подшучивавшие над "сияющими улыбками" выходцев из Испании, где этот метод был особенно популярен.
Затем - облачение. Быть сенатором - значит страдать физически. Ваша тога praetexta с широкой пурпурной полосой - это не легкий халат, а пятиметровый кусок тяжелой, грубой шерсти. Надевать её в одиночку невозможно. Раб долго драпирует ткань вокруг вашего тела так, чтобы складки лежали идеально. Под тогой нет туники, ведь аристократы старой закалки носят её на голое тело, наслаждаясь тем, как шерсть колет кожу в тридцатиградусную жару.
Довершают образ красные кальцеи - особая закрытая обувь, по которой любой прохожий сразу поймет: перед ним идет власть.
Служба: шепот в Курии и тень Спартака
Вы выходите из дома, и вас тут же окружает свита - клиенты, просители, вольноотпущенники. Чем больше толпа вокруг вас, тем выше ваш политический вес. Вы спускаетесь к Форуму, проталкиваясь сквозь вонь нечистот, крики торговцев и грохот телег.
Перед вам здание Сената - Курия, который встречает вас прохладой кирпичных стен. Здесь нет демократии в нашем понимании, здесь царит авторитет.
Сегодня прения жаркие. На повестке не скучное благоустройство дорог, а вопрос жизни и смерти: армия рабов Спартака всё еще представляет угрозу. Сенаторы спорят, кто должен получить чрезвычайные полномочия - расчетливый богач Красс или амбициозный Помпей? Вы слушаете, голосуете, переходя на сторону того или иного оратора, и понимаете: за каждое слово здесь можно поплатиться головой.
В мире, где Гракхов забили скамьями, а Цезарь (пока еще молодой жрец) только начинает свой путь, политика - это игра без правил.
Полдень: время "перезагрузки"
К двенадцати часам официальная часть дня завершена. Римляне считали, что после полудня заниматься делами грешно. Наступает время prandium - второго завтрака. Это легкий перекус: горсть оливок, несколько сушеных инжиров и хлеб.
Но главное событие дня впереди - термы. Для сенатора баня - это не про мытье, а про нетворкинг. В огромных залах с мраморными колоннами вы раздеваетесь и отдаете себя в руки рабов. Вас натирают оливковым маслом, а затем соскребают его вместе с грязью и потом специальным костяным скребком - стригилем. В горячем зале (кальдарии) под куполом вы обсуждаете последние сплетни: кто из коллег купил новую виллу в Байях и чья жена завела любовника-гладиатора.
Пир: павлины, соловьи и рвотные перья
Закат - время главного ритуала, cena (ужина). Если вы пригласили гостей, это должно быть незабываемо. Римский ужин - это гастрономический театр. Сначала закуски (яйца, улитки, зелень), затем - "главное действие".
На столах появляются блюда, способные вызвать ужас у современного эколога: жареные павлины, аисты и даже паштет из языков соловьев. Считалось, что чем экзотичнее птица, тем больше "силы" она передает едоку. Вы едите полулежа, опираясь на левый локоть. Рабы постоянно подносят воду для омовения рук, ведь вилок нет - вы берете жирное мясо пальцами.
Если еда не лезет, а стол ломится от десертов в форме рыб и зверей, некоторые гости используют перо, чтобы вызвать рвоту и продолжить пиршество. Это не считалось неприличным - это был способ выразить почтение щедрости хозяина.
Когда глубокой ночью гости расходятся, забирая с собой остатки еды в своих салфетках (mappa), вы, наконец, остаетесь один. Завтра снова рассвет, снова колючая тога и снова борьба за власть. Быть сенатором в 71 году до н.э. - значит жить в вечном напряжении, между роскошью павлиньих языков и страхом получить удар кинжалом в спину. Но разве не за этот адреналин вы отдали бы всё свое золото?
А вы бы смогли променять свой утренний кофе на разбавленное вино и "ослепительную" улыбку по-римски ради безграничной власти над миром? Какой из фактов показался вам самым диким - специфическая гигиена сенаторов или деликатесы из соловьиных языков? Пишите в комментариях.