Защита от нечистой силы
В русском народном костюме обычно чёрный цвет применялся мало: он использовался только на внутренних швах, потому что считалось, что все внутренние швы должны быть обязательно вышиты крестиком, чтобы в каждом крестике было движение. Если вдруг злая энергия проникнет под юбку, особенно к женщине, — желательно её «прокрутить» по кругу, чтобы она ушла.
Жемчуг — не просто украшение
Это был знак благодати. В древних обрядах жемчужина считалась каплей небесной росы, застывшей в воде, поэтому каждая женщина, надевая жемчуг, как бы соединялась с небом. Ведь жемчуг — это не камень, это живое создание моря, и, если вы заметите, в старинных русских кокошниках и ожерельях жемчуг никогда не был огранён — только натуральный, только целый.
Я много раз слышала от реставраторов, что, когда открывают старинные сундуки с одеждой, где всё уже рассыпалось, жемчуг — единственное, что сохраняет свет. Он не тускнеет. В старину женщины верили, что если жемчужина потускнела — значит, кто-то заболел или в доме беда. Это был живой оберег.
Лён: женщина не могла выйти замуж, если не умела прясть
Лён — это была метафора судьбы. Лён был сакральным растением: он очищал, защищал, лечил. Его сеяли, оберегая от дурного глаза, а нитки, из которых ткали рубахи, обязательно крестили перед ткачеством. Льняная рубаха считалась живым существом: она могла «пить» боль, забирать на себя болезни. Поэтому рубаху нельзя было просто выбросить — её сжигали, как живое существо.
В русской традиции всё, что носится ближе к телу, было не просто одеждой, а оболочкой духа. Помните, как у Пушкина: «И лён мой белый — жизнь моя чистая». У крестьян была особая поговорка: «Каков лён, такова и жизнь». Лён тянется к свету — и человек должен.
Сарафан — это мужская одежда
Сара — это персидская мужская одежда. «Сара» с фарси переводится как «одежда, которая застёгивается спереди» — та, что полностью закрыта. Это одежда, которую нужно надевать через рукава или застёгивать спереди. Это, конечно, изначально мужская одежда, которую у нас стали носить воеводы, бояре, цари. Одно из описаний гардероба Алексея Михайловича звучит так: «сарафан дорогой еринов цвета с зелёной поднизью». У него таких сарафанов было около ста.
Каждый элемент — это код
Не просто украшение, а рассказ о мире. Орнаменты на подоле — это земля, где растут злаки; на груди — солнце и птицы; на рукавах — знаки защиты. Весь костюм работал как молитва. Женщина, надевая его, как будто надевала на себя вселенную — землю, воду, небо.
Костюм — это не просто ткань, а философия, живая энергия. Одежда была картой мира. Каждая женщина знала, как устроен её костюм — сверху вниз, как иерархия: голова — небо, грудь — солнце, пояс — граница мира, подол — земля. И если женщина надевала пояс — она замыкала мир. Без пояса нельзя было выйти из дома, потому что ты как будто бы «распоясана», то есть открыта, не защищена. Вот почему у нас так и говорили — «распоясался» — потерял контроль, утратил меру. В старину снять пояс при чужих людях считалось позором.
Коса — это не просто причёска
Это ось мира. Когда девушка заплетала косу, она соединяла небо и землю. В день свадьбы косу расплетали — символ перехода из одного состояния в другое. Женщина с распущенными волосами — это либо невеста перед брачной ночью, либо вдова, либо безумная. Всё имело смысл.
Ничего случайного не было — даже цвета
Красный — «красивый». Белый — «светлый». Синий — «божественный». А чёрный не считался траурным — он был защитным. И когда я говорю о русской одежде, я всегда вспоминаю выражение: «Мы не носим одежду — одежда носит нас». В старину говорили именно так. Понимаете, какая штука — одежда формирует человека.
Когда я начала работать в театре, я стала замечать: актёр, надев правильно сделанный костюм, вдруг начинает говорить по-другому, даже стоять по-другому. Потому что одежда влияет на поведение. Попробуйте надеть сарафан с жемчужным венцом — вы не сможете резко повернуться, вы будете двигаться мягко и степенно. В этой одежде — всё: космос, психология, уважение к телу, знание пропорции.
Нам нужно не копировать старинные костюмы, а возвращать себе их смысл. Ведь это не музейные экспонаты — это инструкции, как жить в мире, не разрушая его. Я иногда думаю: может быть, поэтому нас так тянет к народной культуре — к песням, орнаментам, вышивке. Это ведь не ностальгия. Это зов крови. Это способ вспомнить, кто мы есть.
Я часто думаю, что русский костюм — это, наверное, одна из самых сложных и красивых систем визуального кода в мире. Там нет случайных элементов. Всё — осмысленно, всё — связано. Мне кажется, это и есть наша задача — вернуть себе чувство меры, красоты и уважения к телу. Тогда, возможно, и мир вокруг станет добрее. Понимаете, одежда — это не про ткань, это про человека.
На выходные 17–18 января вместе с театральным художником по костюмам и обладательницей «Золотой маски» Викторией Севрюковой мы отправляемся в путешествие в Коломну. Вместе с ней попробуем «прочитать» город через ткани и взглянуть на судьбы его женщин через их быт и одежду.
За два дня мы заглянем в музей «Бабья доля», узнаем о символике старинных нарядов, о том, что значил для женщины гардероб в XIX веке, и поговорим об одежде как о языке культуры. И, конечно, почаевничаем, как местные купчихи, закусывая свежими калачами и вкусной пастилой.
Обо всех поездках клуба — по ссылке в профиле.