Имя Фрунзика Мкртчяна для миллионов советских зрителей стало синонимом искреннего веселья, темперамента и неподражаемого национального колорита. Его герои были обаятельными, немного наивными и бесконечно живыми. Казалось, сам актёр никогда не выходит из образа – всегда улыбается, шутит, заражает окружающих оптимизмом. Но за этой маской весельчака скрывалась жизнь, полная боли, утрат и тяжёлых испытаний, о которых он предпочитал молчать.
Звезда экрана и любимец публики
Настоящая всесоюзная слава пришла к Фрунзику Мкртчяну в 1960-1970-е годы. Его невозможно было не запомнить: выразительное лицо, характерный нос, особая пластика и фирменный говор делали даже эпизод незабываемым. Роли в фильмах «Кавказская пленница», «Мимино», «Айболит-66», «Солдат и слон», «Тридцать три» превратили его в одного из самых узнаваемых актёров страны.
Он играл людей простых, поэтому был очень близок зрителям большой страны. Его персонажи могли быть смешными, но никогда – пустыми. Именно это чувствовал зритель: за юмором Мкртчяна всегда скрывалась человечность. В Армении он был национальным героем, своим любимчиком, в СССР у актёра было много фанатов.
Семейное счастье, которое оказалось хрупким
В личной жизни Фрунзик Мкртчян искал того же, что и его экранные герои, – тепла и простого счастья. Он был женат трижды. Первый студенческий брак быстро растворился, не оставив глубокого следа.
Настоящей любовью стала вторая супруга – актриса Донара Пилосян. Их союз начинался как светлая история двух талантливых людей, связанных театром, кино и общими мечтами. В этом браке родились дети – дочь Нунэ и сын Вазген. Казалось, судьба наконец улыбнулась актёру. Но семейная идиллия сменилась кошмаром. Поведение Донары стало непредсказуемым: вспышки необъяснимой ревности, истерики, внезапные запреты, за которыми следовали периоды полного спокойствия. Долгое время Мкртчян надеялся, что это временно, что всё пройдёт. Диагноз прозвучал как приговор – тяжёлая форма шизофрении. Болезнь быстро прогрессировала. Фрунзик боролся за здоровье жены до последнего: клиники в СССР, попытки лечения за границей, надежда на чудо. Но прежней Донары больше не существовало.
В какой-то момент актёр понял, что продолжать совместную жизнь невозможно. Последовал развод. Пилосян получила необходимое лечение. Донара так и не вернулась к нормальной жизни, последние годы она провела в психиатрической клинике. Фрунзик Мкртчян был очень близок с детьми в тот непростой период, однако, вскоре в его жизни появилась женщина, и он решился на третий брак – с Тамар Оганесян.
Повторение трагедии
Болезнь матери разрушила семью изнутри. Особенно тяжело это отразилось на дочери Нунэ. Их отношения с отцом со временем стали напряжёнными. Она рано вышла замуж, родила дочь Ирэн – единственную внучку Фрунзика Мкртчяна. В начале 1990-х семья уехала из Армении, надеясь начать новую жизнь вдали от старых ран. Но судьба оказалась беспощадной: Нунэ умерла в 39 лет после неудачной операции.
Ещё более трагично сложилась жизнь сына Вазгена. Фрунзик гордился им, видел в нём продолжение себя, но постепенно начал замечать пугающее сходство с матерью – те же тревожные признаки, те же странности в поведении. Диагноз подтвердился: болезнь Донары передалась сыну. Годы лечения, психиатрическая клиника, одиночество – и ранняя смерть в 31 год. Для Мкртчяна это стало ударом, от которого он так и не оправился.
Внучка – единственный луч света
Он потерял детей, но не семью. Внучка Ирэн, которую также называют Гаяне, запомнила деда добрым, внимательным и удивительно мягким человеком – совсем не тем шумным весельчаком, которого знала публика. Их общение было недолгим: Фрунзик Мкртчян ушёл из жизни в 1993 году, когда внучке было девять лет.
Сегодня Ирэн живёт в Буэнос-Айресе, пишет книги, свободно говорит на трёх языках и бережно хранит память о своём деде. Она мечтает рассказать о нём честно – без легенд и прикрас, показать человека, который дарил смех миллионам, но сам нёс в сердце непомерную боль. Медицинские обследования подтвердили: наследственное психическое заболевание обошло её стороной.
Фрунзик Мкртчян остался в истории как актёр, научивший зрителей смеяться от души. И, возможно, именно эта глубина личной боли сделала его комедийные роли такими живыми и яркими. Ведь так сложно обладать талантом дарить с экрана радость и смех, не имея их в собственной жизни.
К 80-летию со дня рождения актёра была опубликована книга воспоминаний «Фрунзик Мкртчян. "Я так думаю"», авторы которой подробно расскажут о непростой судьбе артиста.