– Мам, я же сказала, что мы уезжаем пятнадцатого! Ты что, не можешь перенести свою поездку? – голос Алины в трубке звучал раздраженно.
Елена перевела взгляд на билеты, лежащие на кухонном столе. Санаторий "Долина нарзанов", Кисловодск. Две недели покоя и лечения. Целый год она откладывала деньги, отказывая себе во многом.
– Алина, я предупреждала тебя еще в ноябре, что еду в санаторий. Путевка оплачена, билеты куплены.
– Ну и что? Сдай билеты! Мам, у Виктора такой шанс – контракт с турецкими поставщиками. Это очень важно для его карьеры. А я так устала, мне необходимо сменить обстановку.
Елена почувствовала знакомое чувство – смесь вины и раздражения. Алина всегда умела преподнести свои желания как жизненную необходимость.
– Дочь, почему ты решила, что я могу все бросить? У тебя было время найти няню или договориться с кем-то еще.
– Няню? Ты серьезно? Чужому человеку я должна доверить своих детей? Мам, это же твои внуки! Или тебе наплевать на них?
Елена закрыла глаза. Вот он, коронный прием дочери – обвинить в черствости и эгоизме.
– Алина, я люблю Максима и Соню. Но это не значит, что я должна отменять свои планы всякий раз, когда тебе это удобно.
– Удобно? – голос дочери стал визгливым. – Мы с Виктором работаем как проклятые! Неужели мы не заслужили отдохнуть? Ты же на пенсию собираешься через три года, будешь сколько хочешь по санаториям ездить!
– Я еще не на пенсии. И у меня тоже есть право на отдых.
– Мам, ну что ты как маленькая! Подумаешь, санаторий! Съездишь весной или летом. А у нас горящая путевка, Виктор уже с начальством договорился.
Елена устало опустилась на стул. Как всегда – сначала все решили, потом поставили в известность.
– То есть вы уже все спланировали, не спросив меня?
– А что тут спрашивать? Ты же всегда рада помочь. Или это Ирка тебя настраивает? Она вечно лезет не в свое дело!
Елена поморщилась. Ирина была ее лучшей подругой и коллегой, но Алина почему-то всегда видела в ней врага.
– Ирина тут ни при чем. Я сама принимаю решения.
– Ой, да ладно! Знаю я эти ваши посиделки в бухгалтерии. Она тебе все время что-то нашептывает. Мам, я привезу детей завтра вечером. Максиму нужно делать уроки, у Сони садик. Все как обычно.
– Алина, я не смогу...
– Мам, я не могу сейчас это обсуждать. У меня совещание. Целую!
Короткие гудки. Елена смотрела на погасший экран телефона. Как обычно. Алина приняла решение за всех.
На следующее утро в бухгалтерии Елена рассказала Ирине о разговоре. Подруга слушала, покачивая головой.
– Лен, сколько можно? Она же на шее сидит! Помнишь прошлое лето? Ты отпуск потратила на то, чтобы с детьми на даче сидеть, пока они по Европам катались.
– Но это же внуки...
– Внуки внуками, но у тебя тоже жизнь есть! Слушай, а что если Павлу позвонить?
Елена вздрогнула:
– С ума сошла? Мы пять лет не общаемся.
– Ну и что? Он же отец Алины, дед детям. Пусть тоже участвует.
– Ира, ты не понимаешь. У него новая жена, своя жизнь. Да и Алина...
– А что Алина? Она тебя спросила, когда планы строила? Давай я позвоню, как будто по работе. У нас же фирмы сотрудничают.
Елена хотела возразить, но Ирина уже набирала номер. Через десять минут подруга положила трубку с довольным видом.
– Представляешь, они со Светкой как раз собирались внуков навестить! Подарки к Новому году купили, да не успели приехать. Павел очень удивился, что Алина в Турцию собралась.
– То есть она отцу даже не сообщила?
– Конечно нет! Зачем ей лишние варианты? Вдруг он согласится детей взять? Тогда ты можешь отказаться.
Елена задумалась. Действительно, странно. Павел любил внуков, часто звонил, спрашивал. Но Алина всегда находила причины, почему "сейчас неудобно".
– И что он сказал?
– Сказал, что готов приехать пятнадцатого утром. Они со Светланой с радостью проведут время с детьми. Кстати, она очень милая, эта Светлана. Говорит, давно хотела познакомиться с Максимом и Соней.
Елена почувствовала укол ревности. Глупо, конечно. Сама ушла от Павла, сама подала на развод. Но слышать о "милой Светлане" было неприятно.
Вечером, как и обещала, Алина приехала с детьми. Максим тащил рюкзак с учебниками, Соня прижимала к себе любимого зайца.
– Бабушка! – девочка бросилась к Елене. – Мама сказала, мы у тебя две недели жить будем!
Елена обняла внучку, вдыхая запах детского шампуня. Сердце сжалось. Как объяснить пятилетнему ребенку, что бабушка уезжает?
Алина деловито закатила в прихожую два чемодана.
– Я все собрала. Форма Максима в синей сумке, там же сменка. Соне в садик фиолетовое платье не надевай, оно ей мало. Таблетки от аллергии в косметичке.
– Алина, подожди. Нам нужно поговорить.
– Мам, давай быстрее. Виктор внизу ждет, мы в ресторан опаздываем.
Елена взяла дочь за руку:
– Алина, я не отменила поездку. Завтра утром приедут твой отец со Светланой. Они останутся с детьми.
Лицо дочери вытянулось:
– Что? Какая еще Светлана? Ты с ума сошла?
– Это жена твоего отца. Они давно хотели познакомиться с детьми поближе.
– Папа? Но... но он же... Ты ему звонила? – Алина покраснела. – Ты специально! Специально все подстроила!
– Я ничего не подстраивала. Ирина позвонила узнать по работе, разговорились.
– Ирка! Я так и знала! Эта змея...
– Алина! Прекрати оскорблять моих друзей. Ты поставила меня перед фактом, я нашла решение.
– Решение? Отдать моих детей какой-то чужой тетке?
– Светлана не чужая. Она жена твоего отца уже четыре года. И Павел будет с ними.
Алина схватилась за телефон:
– Я ему сейчас позвоню! Отменю все!
В этот момент в дверь позвонили. Елена удивилась – кто это может быть в девять вечера?
На пороге стояли Павел и миловидная женщина лет сорока восьми с большими пакетами.
– Добрый вечер, – Павел выглядел немного смущенным. – Мы решили приехать сегодня, чтобы утром не спешить. Это Светлана.
– Здравствуйте, – женщина улыбнулась. – Извините за поздний визит. Просто я так волнуюсь – наконец-то познакомлюсь с ребятами!
– Дедушка! – Максим выскочил в прихожую. – Ты приехал!
Павел подхватил внука на руки:
– Привет, чемпион! Как ты вырос!
Соня выглядывала из-за ноги Елены. Светлана присела на корточки:
– Привет, красавица. Меня зовут тетя Света. Я принесла тебе подарок. Хочешь посмотреть?
Девочка кивнула и протянула руку за ярким пакетом.
Алина стояла, прислонившись к стене, и смотрела на эту сцену с выражением полного шока.
– Папа, что ты здесь делаешь?
– Как что? Ты же уезжаешь, мама сказала. Мы со Светой рады помочь.
– Мама сказала? – Алина метнула в Елену злобный взгляд. – А меня спросить?
Павел нахмурился:
– А ты маму спросила, когда планы строила? Алин, что за манеры?
В прихожей стало тесно. Дети уже распаковывали подарки, визжа от восторга. Светлана помогала Соне достать куклу из коробки. Павел все еще держал на руках Максима.
Снизу раздался автомобильный сигнал. Алина дернулась:
– Это Виктор. Мам, мы еще поговорим!
– Алина, подожди...
Но дочь уже выскочила за дверь, хлопнув ею так, что задрожали стекла.
Павел опустил Максима на пол:
– Эх, характер весь в мать.
Елена хотела обидеться, но поймала его взгляд и неожиданно улыбнулась:
– Скорее в отца. Упрямство семейное.
Светлана поднялась с пола:
– Елена, извините за вторжение. Может, мы завтра приедем?
– Нет-нет, оставайтесь. Дети, покажите деду с тетей Светой свою комнату. Я чай поставлю.
На кухне Елена достала чашки, стараясь унять дрожь в руках. Странно было видеть Павла в этой квартире. Они прожили здесь двадцать лет, здесь выросла Алина.
– Лен? – Павел заглянул на кухню. – Можно?
Она кивнула. Он сел за стол – на свое прежнее место.
– Спасибо, что позвонила. Точнее, Ирина позвонила. Я рад помочь.
– Я не хотела тебя беспокоить. Просто Алина...
– Знаю. Она и мне не говорит о планах. Я уже полгода прошу привезти детей на выходные, все время отказ.
Елена удивилась:
– Но она говорила, что ты не интересуешься внуками.
Павел покачал головой:
– Она много чего говорит. Лен, я понимаю, после развода все сложно. Но дети тут ни при чем. Я хочу быть дедом, хорошим дедом.
В кухню вошла Светлана:
– Простите, не хотела подслушивать. Елена, у вас чудесные внуки. Максим такой серьезный, уже рассказывает про школу. А Соня – просто ангелочек.
Елена внимательно посмотрела на нее. Нет, не красавица. Обычная женщина с добрым лицом и усталыми глазами.
– Садитесь, сейчас чай будет готов. Светлана, вы точно справитесь? Двое детей – это непросто.
– У меня племянники есть, привыкла. И Паша поможет, правда?
Павел кивнул. Елена поймала себя на мысли, что давно его никто не называл Пашей. Она всегда говорила полное имя.
Пили чай, обсуждали расписание детей. Максим принес дневник, гордо показывал пятерки. Соня устроилась на коленях у Светланы и что-то шептала ей на ухо.
В дверь снова позвонили. Елена пошла открывать, гадая, что еще случилось.
На пороге стоял Виктор. Высокий, широкоплечий, он выглядел растерянным.
– Елена Сергеевна, добрый вечер. Можно Алину?
– Она уехала. Разве не с вами?
– Нет, высадила меня у дома и уехала. Сказала, что вы... что тут отец ее приехал. Я не понял, в чем дело.
Елена вздохнула:
– Проходите, Виктор. Сейчас все объясню.
На кухне стало совсем тесно. Виктор поздоровался с Павлом – они были знакомы, изредка встречались на детских праздниках. Светлану он видел впервые.
– Так в чем дело? – Виктор принял чашку чая. – Алина сказала, что вы отказались сидеть с детьми?
Елена спокойно рассказала о путевке, о звонке дочери, о решении позвать Павла.
Виктор слушал, хмурясь:
– Но она сказала, что вы сами предложили... Что рады будете с детьми время провести.
– Виктор, я люблю внуков. Но у меня оплачен санаторий. Я предупреждала Алину еще осенью.
– Она не говорила, – Виктор потер лоб. – Извините. Я бы никогда... Мы бы няню нашли или еще что-то придумали.
Павел хмыкнул:
– Витя, ты же знаешь мою дочь. Она всегда так – сначала решит, потом всех в известность ставит.
– Знаю, – Виктор вздохнул. – Но обычно это по мелочам. А тут... Елена Сергеевна, правда, извините.
Зазвонил его телефон. Виктор глянул на экран:
– Алина. Алло? Да, я у мамы твоей. Нет, никуда не поеду. Приезжай сама.
Он отключился:
– Едет. Злая как черт... простите, как очень злая.
Светлана поднялась:
– Может, нам уйти? Чтобы не накалять обстановку.
– Сидите, – твердо сказала Елена. – Никто никуда не пойдет. Пора расставить все точки.
Алина ворвалась в квартиру через двадцать минут. Глаза красные, макияж смазан.
– Виктор! Мы уезжаем! Немедленно!
– Сядь, – муж говорил спокойно, но твердо. – Сначала поговорим.
– О чем тут говорить? Они сговорились! Все против меня!
Из комнаты выглянул Максим:
– Мама, ты чего кричишь?
– Иди к себе! – рявкнула Алина.
Мальчик испуганно юркнул обратно. Светлана поднялась:
– Я к детям пойду. Они не должны это слышать.
Алина проводила ее злым взглядом:
– Вот! Уже хозяйничает! В моем доме!
– Это дом твоей мамы, – напомнил Павел. – И тон смени. Что за истерика?
– Истерика? Я узнаю, что мои родители сговорились за моей спиной, и должна радоваться?
Елена встала:
– Алина, хватит. Никто ни с кем не сговаривался. Ты решила, что я брошу все и буду сидеть с детьми. Я сказала, что не могу. Нашла замену. В чем проблема?
– Проблема? Ты отдаешь моих детей этой... этой женщине!
– Светлана – моя жена, – холодно сказал Павел. – И я буду с детьми, не только она.
– Ты? – Алина рассмеялась. – Ты за пять лет...
– За пять лет я сто раз предлагал взять внуков. Ты всегда отказывала. То неудобно, то некогда, то еще что-то.
– Потому что ты бросил нас!
– Я не бросал. Мы с мамой развелись. Это разные вещи.
Виктор взял жену за руку:
– Алин, успокойся. Ты неправа. Надо было заранее все обсудить.
– Ты тоже против меня? – она вырвала руку.
– Я не против. Но ты действительно не права. Твоя мама имеет право на отдых.
– Право? А я не имею права?
– Имеешь. Но не за счет других.
Елена смотрела на дочь и не узнавала. Красивая, успешная женщина превратилась в капризного ребенка.
– Алина, – мягко сказала она. – Давай спокойно. Папа с детьми две недели побудет. Ты отдохнешь, я подлечусь. Всем хорошо.
– Хорошо? Мне не будет хорошо! Я не хочу, чтобы они жили у отца!
– Почему? – Павел наклонился вперед. – Объясни. Я плохо с ними обращаюсь? Обижаю?
Алина молчала, кусая губы.
– Ты просто не хочешь, чтобы они привязались к нам со Светой, – понял Павел. – Боишься конкуренции.
– Бред!
– Не бред. Ты пять лет держишь их подальше от меня. Встречи на час-два, не больше. Ночевать – никогда.
Елена удивилась. Она не знала этих подробностей.
– Алина, это правда?
Дочь отвернулась:
– Ну и что? Это мои дети!
– Наши дети, – поправил Виктор. – И Павел Михайлович их дед. Имеет право общаться.
– Ты не понимаешь! – Алина всплеснула руками. – Они... они ее полюбят! Эту Светку! Будут сравнивать!
Вот оно. Елена поняла – дочь ревнует. Боится, что окажется не единственной.
– Алиночка, – Павел встал, подошел к дочери. – Глупая ты моя. Светлана не заменит тебя детям. Ты их мама. Но почему они не могут любить еще и ее?
– Потому что... потому что...
Алина расплакалась. Виктор обнял жену:
– Все, хватит. Поехали домой.
– Я не оставлю тут детей!
Елена решительно встала:
– Алина, послушай меня. Завтра утром я еду в Кисловодск. Дети остаются с дедом и Светланой. Это не обсуждается. Ты можешь остаться дома, можешь ехать в Турцию. Решай.
– Мама! Как ты можешь!
– Могу. Знаешь, сколько раз я отменяла планы ради тебя? Меняла отпуск, брала отгулы, сидела на больничных с твоими детьми? Я не считала, не предъявляла счет. Но это не значит, что у меня нет своей жизни.
Из комнаты вышла Светлана:
– Извините, дети хотят спать. Где им постелить?
Алина смотрела на нее с ненавистью. Светлана спокойно выдержала взгляд:
– Алина, я понимаю ваши чувства. Но поверьте, я не враг. Я просто хочу подружиться с детьми мужа. Это нормально.
– Нормально? Влезть в чужую семью?
– Я не лезу. Но Павел – часть моей семьи. А значит, и его внуки тоже. Хотите вы или нет.
Павел кивнул:
– Умница. Алин, прекрати цирк. Дети устали, им спать пора.
Виктор решительно поднялся:
– Все, едем. Алина, дети в надежных руках. Мы съездим отдохнем, вернемся – заберем их.
– Я никуда не еду!
– Едешь. Билеты куплены, отель оплачен. И хватит истерик.
Елена удивилась. Обычно мягкий Виктор проявил характер.
Алина еще пыталась сопротивляться, но муж был непреклонен. Наконец они ушли. Елена закрыла за ними дверь и прислонилась к ней спиной.
– Устала? – Павел стоял в прихожей.
– Жутко. Не ожидала такого скандала.
– Я ожидал. Она всегда была собственницей. Помнишь, в детстве игрушками не делилась?
Елена улыбнулась:
– Помню. Ты тогда говорил – вырастет, изменится.
– Не выросла, видимо.
Они постояли молча. Странно было – пять лет не виделись, а говорить легко, как будто вчера расстались.
– Дети уснули, – сообщила Светлана, выходя из комнаты. – Соня просила зайца рядом положить.
– Спасибо, – Елена была искренне благодарна. – Вы точно справитесь?
– Справимся, – Павел кивнул. – Список там, на холодильнике? Телефоны врачей?
– Да, все есть. Продукты в холодильнике, деньги на карточке, пин-код в блокноте.
Они еще полчаса обсуждали бытовые детали. Потом Павел со Светланой ушли – решили в гостинице переночевать, чтобы утром приехать со своими вещами.
Елена долго не могла уснуть. Завтра в семь утра такси, потом аэропорт, самолет. Две недели покоя. Заслуженного покоя.
Телефон пиликнул – сообщение от Алины: "Мама, прости. Я погорячилась. Хорошего отдыха."
Елена усмехнулась. Виктор постарался, видимо. Ну что ж, может, и правда дочке полезно будет отдохнуть. И понять, что мир не вертится только вокруг нее.
Утром, пока Елена собиралась, дети еще спали. Она тихо зашла в их комнату, поцеловала каждого. Максим приоткрыл глаза:
– Баб, ты уезжаешь?
– Да, милый. Но с тобой дедушка будет.
– Я знаю. Он классный. И тетя Света тоже. Она сказала, в зоопарк сводит.
Елена улыбнулась:
– Вот и хорошо. Слушайся их, хорошо?
– Конечно!
В дверь тихо постучали. Павел с Светланой пришли, как договаривались.
– Успеешь? – спросил бывший муж.
– Да, такси уже внизу.
– Счастливого пути. Отдыхай, лечись. Мы тут справимся.
Светлана протянула пакет:
– Тут бутерброды на дорогу и термос с чаем. В аэропортах такие цены!
Елена растрогалась:
– Спасибо. Вы очень добры.
– Да ладно вам. Мы теперь вроде как родственники. Надо друг другу помогать.
В такси Елена отключила телефон. Все. Две недели она будет недоступна. Пусть решают проблемы сами.
Кисловодск встретил морозным солнцем и чистым горным воздухом. Санаторий оказался уютным, номер – небольшим, но комфортным. Елена распаковала вещи и впервые за долгое время почувствовала себя свободной.
Первую неделю она честно отключилась от всего. Процедуры, прогулки по терренкуру, легкая диета. Вечерами – книга или концерт в санаторном зале. Никаких звонков, сообщений, проблем.
На восьмой день любопытство победило. Елена включила телефон. Двадцать пропущенных от Алины, десяток сообщений. Она открыла последнее:
"Мама, как ты там? Мы вернулись вчера. Папа говорит, дети вели себя прекрасно. Они ходили в театр, в музей, в зоопарк. Соня не отходит от Светланы. Я... я не знаю, что делать."
Елена набрала номер дочери:
– Алло, Алина?
– Мама! – голос дочери звучал растерянно. – Как ты? Как отдыхаешь?
– Прекрасно. Что у вас?
– Мам, тут такое... Я приехала забирать детей, а они не хотят уходить! Говорят, у деда интереснее!
Елена улыбнулась:
– И что тут странного? Павел всегда умел с детьми.
– Но... но они Светку полюбили! Соня ее мамой называет!
– Не мамой, а тетей Светой. Не преувеличивай.
– Мам, что делать? Я ревную! Честно ревную!
Елена вздохнула:
– Алин, а ты попробуй не соперничать, а сотрудничать. Детям хорошо, когда их любят многие люди.
– Но она... она печенье им печет! Сказки читает! У меня времени нет на это!
– Вот и хорошо, что у нее есть. Пусть печет и читает. А ты будь мамой – самым главным человеком. Этого у тебя никто не отнимет.
Алина помолчала:
– Мам, прости меня. Я дура. Испортила тебе отдых, папу обидела, Виктора довела.
– Как отдых в Турции?
– Хорошо. Мы с Виктором много разговаривали. Он сказал, что я эгоистка. Что пора взрослеть.
– Умный у тебя муж.
– Мам, когда вернешься, давай все вместе соберемся? Ты, я, папа, Светлана. Как семья.
Елена удивилась:
– Ты уверена?
– Да. Знаешь, Максим рассказывал, как папа с ним роботов собирал. У них целый город получился. Я так не умею. А Соня... она Светлане косички заплетать дает. Мне не дает, говорит, что дергаю.
– Потому что спешишь всегда.
– Да. Мам, я много думала. Ты права. У тебя должна быть своя жизнь. Прости, что я...
– Все, проехали. Отдыхай, набирайся сил. Скоро в школу, сама знаешь.
Закончив разговор, Елена вышла на балкон. Горы были прекрасны в закатном свете. Она думала о странных поворотах жизни. Кто бы мог подумать, что ее отказ сидеть с внуками приведет к воссоединению семьи? Не в прежнем виде, конечно. Но в новом – расширенном, сложном, но живом.
Оставшуюся неделю Елена отдыхала с легким сердцем. Звонила домой каждый вечер. Павел рассказывал о проделках внуков, Светлана делилась рецептами, дети щебетали о своих приключениях.
Вернулась Елена обновленной. В аэропорту ее встречали всей толпой – Алина с Виктором, дети, даже Павел со Светланой приехали.
– Бабушка! – Соня повисла на шее. – Мы тебя ждали! У меня новая кукла, тетя Света подарила!
– А у меня робот! – не отставал Максим. – Дед научил программировать!
Алина смущенно улыбалась:
– Мам, прости за встречу толпой. Дети настояли.
– Да и мы хотели убедиться, что ты отдохнула, – добавил Павел.
Елена смотрела на них всех – такие разные, но связанные невидимыми нитями. Ее семья. Странная, лоскутная, но настоящая.
Дома ждал накрытый стол. Оказывается, Светлана с Алиной готовили вместе. Сидели, разговаривали, смеялись. Дети показывали поделки, фотографии из зоопарка.
– А знаешь, – тихо сказала Алина, садясь рядом с матерью. – Светлана классная. Она психолог по образованию, много интересного рассказывает.
– Вот как?
– Да. И знаешь что? Она сказала, что я молодец. Что не каждый может признать ошибки и измениться. Что у меня получится стать лучше.
Елена обняла дочь:
– Конечно, получится. Ты же моя девочка. Упрямая, но умная.
За столом шумели. Виктор с Павлом обсуждали какие-то рабочие вопросы – оказалось, их фирмы могут сотрудничать. Светлана учила Соню правильно держать ложку. Максим взахлеб рассказывал Ирине, которая тоже пришла, про музей техники.
Елена откинулась на спинку стула. Две недели назад она уходила из дома, полная обиды и раздражения. Возвращалась – в дом, полный тепла и смеха. Иногда нужно уметь сказать "нет", чтобы получить гораздо больше, чем теряешь.
– Мам, – Алина тронула ее за руку. – Спасибо.
– За что?
– За урок. За то, что не прогнулась. За то, что заставила меня подумать. Я... я хочу быть такой, как ты. Сильной.
Елена улыбнулась:
– Ты уже сильная. Просто иногда забываешь об этом.
Вечер тек неспешно. Говорили о планах на лето – может, съездить всем вместе на дачу? У Светланы есть домик в деревне. Павел предложил свозить старшего внука на рыбалку. Алина робко предложила устроить детям совместный день рождения – у Сони в марте, у Максима в апреле.
Когда гости расходились, Павел задержался в прихожей:
– Лен, спасибо.
– За что?
– За эти две недели. Я столько времени провел с внуками. Узнал их по-настоящему. И... и Алина оттаяла. Мы вчера долго говорили.
– Вот и хорошо.
– Светка тоже рада. Говорит, всегда мечтала о большой семье.
Елена кивнула:
– Она хорошая. Тебе повезло.
– И тебе повезло, – неожиданно сказал Павел. – Ты свободна. Можешь жить для себя.
Провожая последних гостей, Елена думала об этих словах. Да, она свободна. Но свобода – это не одиночество. Это возможность выбирать. И она выбрала – быть частью этой странной, сложной, но такой живой семьи.
На следующий день на работе Ирина требовала подробностей:
– Ну и как? Помирились все?
– Вроде того. Спасибо тебе. Если бы ты не позвонила Павлу...
– Да ладно! Я же видела, как ты мучаешься. Алинка твоя совсем обнаглела. Хорошо, что осадили.
Елена рассказывала о санатории, о процедурах, о горах. Ирина слушала с легкой завистью:
– Вот бы мне так! Но у меня мама болеет, не могу оставить.
– Знаешь что? Давай летом вместе поедем? Я проверила – там есть двухместные номера.
– Серьезно? А как же внуки?
Елена улыбнулась:
– Теперь есть кому с ними остаться. Целых четверо желающих.
Жизнь входила в новое русло. Спокойное, размеренное, но не скучное. Алина стала чаще звонить просто так – поболтать, посоветоваться. Иногда приезжала одна, без детей. Пили чай, говорили о женском.
Павел со Светланой стали брать внуков на выходные. Возвращались дети счастливые, полные впечатлений. Алина сначала ревновала, потом привыкла. И даже стала советоваться со Светланой по поводу воспитания.
В марте отмечали день рождения Сони. Собрались все – уже привычной расширенной семьей. Испекли огромный торт, Светлана сделала фигурки из мастики. Алина призналась, что никогда бы так не смогла.
– Научу, если хочешь, – предложила Светлана.
И Алина согласилась. Елена смотрела, как они вместе возятся на кухне, и думала – а ведь могло быть иначе. Если бы она тогда сдалась, отменила поездку. Не было бы этих выходных у деда, совместных праздников, нового общения.
В апреле Елена получила премию – годовой отчет прошел блестяще. Ирина предложила отметить, но Елена покачала головой:
– Давай лучше путевки на лето присмотрим. Обещала же тебе совместный отдых.
Купили путевки на июнь. Алина, узнав, только порадовалась:
– Правильно, мам! Отдыхай! Мы с Виктором сами справимся. И папа поможет, если что.
Весна пролетела незаметно. Работа, семейные ужины, выходные с внуками. Елена заметила, что стала спокойнее. Исчезло вечное чувство вины – что мало помогает, что недостаточно хорошая бабушка. Теперь она делала ровно столько, сколько хотела и могла. И этого было достаточно.
В мае позвонила Татьяна Павловна – мама Елены:
– Дочка, что-то ты давно не приезжала.
Елена спохватилась – действительно, месяц не видела маму.
– Прости, мам. Завтра приеду.
– С внуками приезжай. Соскучилась.
На следующий день Елена с детьми поехала к бабушке. Татьяна Павловна жила в своей квартире, категорически отказываясь переезжать. В свои семьдесят пять была бодра и самостоятельна.
– Ба-булечка! – Соня бросилась к прабабушке.
– Внученьки мои! Как выросли!
Пили чай с пирогами. Татьяна Павловна расспрашивала о новостях. Елена рассказала о примирении с Павлом, о Светлане.
– Вот и правильно, – кивнула мама. – Чего злобу держать? Жизнь короткая. Лучше в мире жить.
– Мам, а ты не считаешь, что я эгоистка? Что в санаторий поехала?
Татьяна Павловна рассмеялась:
– Ой, дочка! Да я в твои годы вообще в Крым на месяц уезжала! И ничего, ты выжила. И Алинка твоя права здорова. Нечего на шее сидеть.
Елена улыбнулась. Мудрая у нее мама.
Вечером, возвращаясь домой, думала о том, как все изменилось. Полгода назад она жила в постоянном напряжении – работа, внуки, дочкины проблемы. Теперь все встало на свои места. Работа осталась, но появилось время для себя. Внуки – радость, а не обязанность. Дочь научилась ценить помощь, а не требовать ее.
Дома ждало сообщение от Светланы: "Елена, добрый вечер! Хотела спросить – может, организуем совместную поездку на дачу в июле? Пока вы с Ириной в санатории, мы бы с Павлом и детьми там отдохнули. А потом вы приедете?"
Елена набрала ответ: "Отличная идея! Давайте обсудим детали."
Вот так, шаг за шагом, выстраивалась новая жизнь. Где у каждого было свое место, свое пространство. Где помощь предлагалась, а не требовалась. Где умели и давать, и брать, и – что самое главное – отказывать, когда это необходимо.
Перед сном позвонила Алина:
– Мам, не спишь? Хотела сказать – люблю тебя.
– И я тебя люблю, доча.
– И еще... спасибо, что научила меня важному.
– Чему?
– Что любовь – это не значит жертвовать всем. Что можно любить и оставаться собой.
Елена улыбнулась в темноте:
– Рада, что ты это поняла. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, мам. И... готовься. Мы на твой день рождения такое устроим!
День рождения был в августе. Елена представила всю их расширенную семью за праздничным столом и улыбнулась. Да, будет шумно. Да, будет хлопотно. Но это будет праздник любви и принятия. Праздник семьи, которая научилась быть вместе, оставаясь свободными.
А началось все с простого "нет". С отказа принести себя в жертву чужим планам. Иногда именно отказ становится началом чего-то большего. Надо только иметь смелость произнести это короткое слово.