Продолжу: Для Иллариона и Антонины это было похоже на мгновенное погружение в ледяную, густую, как мёд, воду

Продолжу: Для Иллариона и Антонины это было похоже на мгновенное погружение в ледяную, густую, как мёд, воду. На миг охватило ощущение, будто пронзили насквозь тысячью холодных игл, а потом окунули в тёплую воду. Они вынырнули уже в другом небе. Над другим миром. Дверь захлопнулась за спиной, и назад пути не было. Только вперёд, в сердце сказки.

Пространство наполнилось новым хором звуков, могучим, глубоким шелестом листьев незнакомых деревьев, доносящимся снизу. Пронзительными, мелодичными криками невиданных ночных птиц и дальним, низким гулом, который шёл от самой земли, будто она дышала. Воздух ударил в лицо запахами: влажного мха, неземных цветов, старой древесины и чего-то сладкого, пряного, чего они никогда не знали.

Полёт продолжался, превратившись из путешествия в праздник для глаз. Антонина Петровна, окончательно отбросив остатки скованности, то и дело ахала и показывала пальцем, как заворожённый ребёнок. Мимо, разрезая лунный свет, проплывали стайки светящихся птиц, их перья переливались всеми цветами радуги, оставляя за собой короткие, дымчатые следы, похожие на следы падающих звёзд. Порхали феи, существа размером с ладонь, с крыльями из тончайшего ледяного кружева, которые звенели, как хрустальные колокольчики, при каждом взмахе. А однажды они обогнали неторопливую процессию гномов, важно восседавших на парящих сапогах-скороходах. Гномы, увешанные инструментами и с торчащими из-под шапок седыми бородами, недовольно заворчали и погрозили вслед кулачками, отчего Антонина не сдержанно рассмеялась.