Сегодня третий выпуск "Год спустя" и еще одна порция книг для разбора.
Татьяна Мастрюкова «Болотница»
Было: 7/10. Стало: 3/10.
После «Приоткрытой двери» я сразу взяла «Болотницу» — самую популярную книгу Мастрюковой на тот момент.
Тогда, в 2024-м, я поставила ей 7/10. Я оценила: автор мастерски, не говоря напрямую, показывает поступки взрослых, от которых бегут мурашки. Однако уже в том первоначальном обзоре прозвучали сомнения: сюжет показался мне шаблонным, а некоторые сцены вызвали стойкое чувство дежавю — они напрямую перекликались с рассказами из «Жутких быличек», что в моменте навевало скуку.
Год спустя я столкнулась с удивительным феноменом. Книга, заставившая тогда задуматься, полностью стерлась из моей памяти. От неё не осталось ни страха, ни напряжения сюжета — лишь самые расплывчатые образы лиц и места. Мысль не обрела опоры в уникальной истории; шаблонность и повторения со временем размыли даже самые яркие наблюдения.
Тогдашняя 7/10 — это была оценка уважения к идее и авторскому усилию. Нынешняя 3/10 — это честная цена за полное забвение. Оценка книге-призраку, которая не отстояла в моём сознании права даже на смутное воспоминание.
Татьяна Мастрюкова «Кошачья голова»
Было: 8/10. Стало: 9/10.
Если «Болотница» бесследно стёрлась из памяти, то с «Кошачьей головой» случилось обратное. Помню, как тогда скептически смотрела на «детское» название и обложку, а в итоге получила добротную порцию страха, со времён подросткового чтения Кинга. (Нет, тут я не сравниваю Мастрюкову и Кинга, я сравниваю свои ощущения, когда любила читать страшные книги и пугаться от сюжета)
Тогда, в 2024-м, я поставила 8/10, за идеальную "пугалку" на основе родной хтони, где фольклор сплетается с городскими легендами. За рационального, но открытого к чуду героя Егора, который мне внутренне близок. И главное — за ту самую "жуть", которая берет разгон с первых страниц.
Спустя полтора года детали сюжета слегка потускнели, но сила основного впечатления — нет. Эмоциональный отпечаток, оставленный книгой, оказался настолько прочным, что он не просто сохранился — он вырос в цене. Я понимаю, что именно эта особенность вызывать стойкий, почти физический отклик и есть главная ценность книги.
Поэтому оценка поднимается до 9/10. Один балл удерживает лишь системное, для творчества Мастрюковой, ощущение повторяемости некоторых историй-быличек, которое стало мне очевидно со временем. Но в случае «Кошачьей головы» все эти истории сработали гармонично, создав хороший образец жанра.
В моём личном рейтинге автора эта книга — безусловный лидер. Та самая «страшная сказка на ночь», которая работает безотказно и оправдывает все потраченные на неё нервы.
Роман Папсуев и др. «Битва за Лукоморье. Книга 1»
Было: 9/10. Стало: 10/10.
Эта книга сама себя отстояла. Сначала я случайно купила её, потом надолго спрятала в шкаф, и только чужой восторженный обзор заставил меня достать и открыть её. Так началось моё большое погружение в мир, где русский фольклор становился эпической и мрачной сагой.
Тогда, в 2024-м, я поставила 9/10. Оценка отражала чистый восторг от новизны: от очаровательного стиля, мастерски переосмысленных сказочных архетипов и того чувства, что за каждой историей кроется одна большая канва. Но один балл я удержала. Не из-за книги — из-за себя. Мне казалось, что такой мой неприкрытый восторг должен быть чем-то скомпенсирован, что я, возможно, не вижу скрытых изъянов в пылу первого впечатления.
Год спустя ситуация кардинально изменилась. Я прочла продолжения, и первая книга предстала передо мной в новом свете — не как отдельный роман, а как портал в мир Лукоморья. Её ценность не уменьшилась, а, напротив, кристаллизовалась. Она оказалась тем случаем, когда начало гарантирует качество всей грандиозной истории.
Поэтому сегодня я снимаю свою прошлую читательскую осторожность и ставлю 10/10. Это уже не оценка-открытие, а оценка-признание. Признание того, что первое впечатление было верным, а книга — абсолютно выполнила свою задачу: зацепить, погрузить и заставить полюбить. Я не только не жалею о своём первоначальном восторге, но и планирую вернуться к этой книге перед выходом финала цикла, чтобы заново пережить путь от случайной покупки — к осознанной любви.
Лия Арден, Антонина Крейн, Джезебел Морган и др. «В Питере НЕжить»
Было: 8/10. Стало: 8/10.
Случай этой книги — особый. Цифра оценки не изменилась, но её внутреннее содержание совершило полный оборот.
Тогда, в 2024-м, я поставила 8/10. Это была оценка-обида. Обида на то, что каждая история из этого сборника была для меня хороша, атмосферна и пропитана духом Петербурга, что её конца не хотелось. Мне недоставало продолжения, развития, большей завершённости. Два балла я сняла именно за эту прекрасную, дразнящую недосказанность.
Год спустя я совершила неожиданное открытие. Конкретные сюжеты и имена героев — всё это почти полностью стёрлось из моей памяти. Но осталось ощущение. Чувство промозглой романтики дворов-колодцев, тоска по Адмиралтейской набережной, живое, почти физическое желание увидеть этот город. Атмосфера книги пережила собственные сюжеты.
Поэтому сегодня я снова ставлю 8/10 — но это уже оценка другого порядка. Это не балл за текст, который я могу пересказать. Это дань уважения феномену: книге, которая сумела стать не сборником рассказов, а машиной по генерации чувства и мечты.
Возможно, в этом и есть предназначение подобных сборников-посвящений городу. Их можно забыть, но невозможно разлюбить. И лучшим доказательством тому служит моё намерение перечитать «В Питере НЕжить» — не чтобы вспомнить сюжеты, а чтобы вновь испытать тот же чистый восторг.
Саша Степанова, Надя Хедвиг, Ульяна Черкасова и др. «Девять кругов мкАДА»
Было: 7/10. Стало: 4/10.
Эта книга — антипод своей блестящей предшественницы. Если «В Питере НЕжить» оставила после себя тоску по городу, то «Девять кругов мкАДА» оставила лишь недоумение.
Тогда, в 2024-м, я поставила 7/10. Эта оценка была актом читательской лояльности. Я сразу признавала: рассказы неровные, многие — пустые или незавершённые, атмосфера Москвы не захватила так, как питерская. Но я делала скидку — потому что это часть полюбившейся серии, потому что в ней всё же были пара сильных историй. Семь баллов были скорее вежливостью, чем отражением истинного впечатления.
Год спустя вся эта конструкция вежливости рухнула. Книга, которую я и тогда критиковала за поверхностность, прошла проверку временем с катастрофическим результатом. От неё не осталось ни атмосферы места, ни сожалений о недосказанности, ни даже чёткого воспоминания «что было плохо». Осталось лишь стойкое ощущение дискомфорта и подозрение, что это было не органичное развитие цикла, а коммерческое продолжение, лишённое души первой книги.
Поэтому сегодня я ставлю 4/10. Её главный грех — не в слабых сюжетах, а в неспособности создать эмоцию, образ, ощущение.
Татьяна Мастрюкова «Блошиный рынок»
Было: 7/10. Стало: 7/10.
На фоне эмоциональных американских горок этого выпуска «Блошиный рынок» оказался тихой и стабильной гаванью. Это тот редкий случай, когда переоценка лишь подтверждает изначальную справедливость взгляда.
Тогда, в 2024-м, я воспринимала эту книгу как честный договор. Не как откровение или шедевр, а как гарантированный рецепт для уютно-жуткого осеннего вечера, с нулевыми претензиями на переворот сознания. Мои 7/10 были платой за ожидаемое.
Год спустя я с удивлением обнаружила, что этот договор всё ещё в силе. Книга не открыла новых глубин, но и ни в чём не обманула. Я по-прежнему помню её ровную, ненавязчивую структуру и тот самый эффект качественного «развлечения в моменте». Она не вознеслась в моих глазах, как «Кошачья голова», и не рассыпалась в прах забвения, как «Болотница». Она просто осталась собой.
Поэтому я оставляю оценку 7/10. Это не комплимент гениальности, а знак уважения к редкому в современном книжном поле качеству — предсказуемой, профессиональной честности. Его задача была на время занять и развлечь. И с этой задачей он справился безупречно. Перечитывать его не тянет, но и жалеть о потраченном времени — абсолютно не за что.
Смысл подобных разборов для меня - напомнить себе о прочитанном, разобрать свой книжный багаж. От чего-то избавится на книжных полках и к чем-то вернутся что бы снова перечитать.
Надеюсь, этот разбор не только вдохновит вас на ревизию полок, но и поможет прислушаться к тому, что остаётся от книг в памяти. Ведь это и есть их истинная оценка — не наша сиюминутная реакция, а след, который они способны оставить в нас с течением времени