Екатерина Великая — имя, которое звучит как гром среди исторических титанов. Женщина, правившая империей, реформировавшая армию, собирающая в Эрмитаже шедевры Европы, ведущая переписку с Вольтером. Но за величием скрывались человеческие детали, о которых предпочитали молчать летописцы. Одна из них — её зубы. К 50 годам у императрицы осталось лишь несколько коренных зубов, а десны, измученные примитивной стоматологией XVIII века, источали запах, заставлявший самых преданных фаворитов изворачиваться, лишь бы избежать поцелуя. Даже для тех, кто рисковал жизнью ради её внимания, близость к трону порой означала испытание не только сердцем, но и обонянием.
«Стоматология» императрицы: пинцеты, плоскогубцы и горький опыт
В XVIII веке зубы были слабым местом даже у королей. Зубные врачи, чаще всего цирюльники или парикмахеры, лечили всё подряд — от гнилых корней до фурункулов. Екатерина, приехавшая в Россию в 15 лет с идеальным прикусом, к середине правления превратилась в постоянного клиента таких «мастеров». В её архивах сохранились записи о десятках визитов «зубных докторов», которые вырывали больные зубы без наркоза, промывали десны крепким вином и предлагали жевать кору дуба от кровоточивости.
«Лучше потерять зуб, чем терпеть боль», — писала она в письме к подруге, но последствия были печальны.
После одного из сеансов в 1775 году её фаворит Григорий Орлов, обычно не скрывавший восхищения, впервые отвернулся, когда императрица, улыбнувшись, поднесла к нему бокал с шампанским. Придворные шептались: «Государыня щедра на указы, но скупа на свежее дыхание». Екатерина, чувствуя насмешки, стала употреблять ликёры с мятой и мускатным орехом, но запах гнили пробивался сквозь самый сильный аромат.
Её личная горничная позже вспоминала, как по ночам императрица просила принести «уксусную воду» для полоскания. Но даже это не помогало — десны оставались воспалёнными, а оставшиеся зубы крошились от простого откусывания яблока.
Стратегии фаворитов: от нежных отговорок до дипломатических манёвров
Григорий Потёмкин, самый влиятельный из возлюбленных Екатерины, нашёл элегантный выход. Перед встречами он просил подать в её покоях корзины с полевыми цветами — их запах перебивал неприятный аромат. Если императрица склонялась к поцелую, он мягко отстранялся, целуя её руку дольше обычного, и шептал:
«Ваши губы созданы для указов, а не для моих грубых прикосновений». Такая тактичность подкупала — Екатерина ценила уважение больше страсти.
Моложавый Платон Зубов, ставший фаворитом под конец её жизни, пошёл дальше. Он придумывал предлоги устраивать ужины в саду, где ветер рассеивал запахи, а перед интимными моментами предлагал императрице отведать мятных леденцов, привезённых из Амстердама. Однажды, когда она спросила, почему он редко целует её в губы, Зубов ответил с обаятельной улыбкой: «Я боюсь, что мой восторг перед вашим умом перекроет все прочие чувства… Даже самые простые». Екатерина рассмеялась — ей льстило, что молодой человек боится быть «ослеплённым» её величием.
Но не все были так тактичны. Во время короткого романа с Сергеем Салтыковым в юности она ещё могла не замечать его лёгкого отвращения, когда он, целуя её шею, избегал лица. Позже она научилась читать эти знаки. «Мужчина, который не целует тебя в губы, целует твою власть», — написала она в дневнике, пряча обиду за циничной фразой.
Екатерина и власть запаха: духи, травы и горькая мудрость
Императрица не сдавалась. Её туалетный столик ломился от флаконов с одеколонами, настоянными на розмарине и можжевельнике. Она жевала листья петрушки перед аудиенциями и даже приказала вывести особый сорт мяты в царскосельских теплицах. Но самое главное — она научилась превращать слабость в силу. Когда Потёмкин однажды нечаянно отпрянул от её поцелуя, она не обиделась. Вместо этого подарила ему золотой флакон с надписью «Чтобы даже ветер завидовал твоему дыханию».
В её переписке с философами встречаются строки о том, что «истинная близость рождается не от прикосновений губ, а от слияния умов». Возможно, это была горькая отговорка. Но факт остаётся: даже с больными зубами она удерживала преданность самых амбициозных мужчин эпохи. Её секрет был прост — она давала им не только ласку, но и власть, земли, титулы. «Для тех, кто жаждет трона, запах изо рта — мелочь», — саркастично писал один из дипломатов, наблюдавший, как Зубов терпеливо слушает ночные монологи императрицы, отстраняясь лишь при попытке поцелуя.
Особенно трогательно вёл себя её сын Павел. Несмотря на напряжённые отношения, он никогда не позволял себе показать отвращения. Когда Екатерина в старости попросила его помочь пережевать твёрдую грушу, он сделал это без колебаний, а потом приказал своим поваром готовить еду «так, чтобы мать не уставала». В этом жесте сквозила не только сыновняя любовь, но и понимание: даже величайшие правители — всего лишь люди.
Екатерина ушла из жизни в 1796 году, не дожив до эпохи анестезии и антибиотиков. Её портреты, написанные при жизни, скромно скрывают улыбку — лишь намёк на то, что скрывалось за царственной осанкой. Но история сохранила и другое: её способность превращать слабости в оружие. Фавориты, избегавшие поцелуев, всё равно оставались рядом — не ради губ, а ради блеска трона.
Сегодня, читая мемуары того времени, понимаешь: за каждым гениальным решением, за каждым завоеванием стоял человек, который боролся с самыми обыденными проблемами. Но разве это умаляет её величие? Или, наоборот, делает историю живой — не идеальной, но настоящей?
А вы как думаете: важнее ли в отношениях внешняя привлекательность или сила духа? Могут ли сегодняшние лидеры быть по-человечески уязвимы, как Екатерина, и сохранять власть? Напишите в комментариях — возможно, ваша история о том, как мелочи влияют на большие чувства, станет откровением для других. Если эта статья напомнила, что даже великие — всего лишь люди, сохраните её, поставьте лайк и поделитесь с теми, кто верит: за каждым троном стоит живая душа. Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые истории о тех, кто правил миром, но не стеснялся своих слабостей.