11 января 1986 года вершины «неприкосновенной» Канченджанги достигла двойка польских альпинистов в составе Кшиштофа Велицкого и Ежи Кукучки. Это было первое зимнее восхождение на третью по высоте вершину мира - выдающееся достижение. Восхождение далось польским альпинистам крайне тяжело и успех был омрачен смертью их товарища Анджея Чока.
Поляки были пионерами зимнего альпинизма в Гималаях. После успеха на Эвересте 1980 года им удалось также достичь в холодное время года вершин Манаслу, Дхаулагири и Чо-Ойю. И это делалось даже не в рамках национальных команд, экспедиции организовывали отдельные клубы. Для оплаты валютных расходов привлекались иностранные участники. А клубы обеспечивали остальное: питание, бивачное и пуховое снаряжение. Деньги зарабатывались на промышленном альпинизме. Так и было с экспедицией на Канченджангу зимой 85/86. Организатором выступил один из сильнейших альпклубов – из города Гливице. Руководителем назначили Анджея Махника. Экспедиция была очень большой по составу – 20 участников: 15 поляков и 5 иностранцев (США, ВБ, Западный Берлин).
Началось всё не слушком удачно, точнее слишком неудачно. Все предварительные планы экспедиции рухнули из-за двухмесячной (!) задержки отправленных морским путем грузов. Зная непростые условия трека к базовому лагерю Канченджанги, руководство экспедиции планировало заброску грузов осуществить в начале октября, получив его в сентябре. А груз пришёл в Бомбей только в самом конце ноября! Пришлось прибегнуть к экспромту, который, впрочем, для поляков был совсем не новым делом. Наспех собрали передовую группу, которая ушла вперед и занялась подготовкой базового лагеря. И тщательно поработали с организацией каравана. Оказалось, что в дальнейшем всё начало складываться более чем удачно. Сухая теплая погода позволила носильщикам добраться без проблем до ледника. На леднике не было много снега, усилиями всего 10 экипированных непальцев груз был переброшен на базу. Почти весь декабрь стояла хорошая погода и команда быстро начала строить промежуточные лагеря и заносить грузы. Шерпы-носильщики выше базового лагеря не работали. Экспедиция в принципе отказалась от использования дополнительного кислорода. Баллоны были в лагере только в медицинских целях. А следовало бы их поднять по лагерям! Об этом потом писали, как об основной ошибке.
10 декабря был поставлен передовой базовый лагерь (АВС) на высоте 5000 метров. 15 декабря – Лагерь 1 на 6100 выше первого ледопада, 19 декабря выше второго ледопада Лагерь 2 – 6600 метров. Накануне в базовый лагерь поднялись опоздавшие к началу экспедиции самые опытные её участники Ежи Кукучка и Кшиштоф Велицкий. Они едва успели отдохнуть немного в кругу семей после очень тяжелой и неудачной экспедиции на Южную стену Лхоцзе. Они сразу включились в работу.
На Рождество на несколько дней погода испортилась, но сильных снегопадов не было и маршрут оставался в хорошем, близком к идеальному состоянию. 1 января был установлен Лагерь 3, который на следующий день ударная тройка перенесла выше, на высоту 7400 м. Эту ударную тройку составили Кукучка, Велицкий, а также Анджей Чок и Пшемыслав Пясецкий. 3 января они поднялись выше, до 7800 метров и установили там штурмовой, Лагерь-4, у основания большого кулуара, выводящего на гребень Канченджанги. Велицкий и Кукучка остались ночевать в надежде утром выйти уже на штурм вершины. Однако с утра ураганный ветер заставил их отказать от этого плана. Следующие дни семь участников экспедиции провели на горе, не спускаясь ниже второго лагеря. Они отдыхали и улучшали проходы через ледопады, в некоторых местах пришлось вешать веревки заново.
Наконец настало время решительной атаки. 10 января в Лагерь 4 на 7800 поднялась «ударная» четверка, а в Лагерь 3 еще пятеро альпинистов (Хайзер, Пробульский, Вилчинский, Панкевич и Скорупский). Однако уже вечером стало ясно, что Анджей Чок не готов к выходу на штурм, плохое самочувствие и сильный кашель. Но это не казалось страшным. Решили, что в ночь Велицкий и Кукучка уйдут на штурм. А Пясецкий поможет Чоку спуститься. В 5:45 вышел Кукучка, а Велицкий еще какое-то время отогревал ноги. Холод, мрак и ветер, и очень длинный крутой кулуар. Иногда были видны обрывки старых перильных веревок, они служили ориентиром. На гребне Велицкий обогнал своего товарища и первым поднялся на вершину. Было около часа дня. Кшиштоф хотел дождать партнера, тот был виден, но шёл слишком медленно. Так что Велицкий оставил на вершине бамбуковый трасер и поторопился вниз, мимо поднимающегося Кукучки. Тот достиг вершины через примерно 45 минут. Однако Ежи был мастером скоростного спуска и к палатке восходители спустились вместе. Узнали по связи, что Анджею Чоку потребовалась помощь, но он уже в Лагере 3 и «вырубились». Чтобы утром услышать сообщение, что их товарищ Анджей Чок умер накануне в 22-30. Ушёл тихо, сказав напоследок: «Всё будет хорошо, утром спустимся вниз». Заснул, чтобы уже не просыпаться. На этом экспедиция решила свернуть свою работу. Чока похоронили в ближайшей трещине. Настроение было не праздничным. Но достижение осталось достижением, вполне себе выдающимся, достойным места в истории альпинизма.
Для Кукучки это была третья подряд экспедиция, в которой происходили НС со смертельным исходом. Лето (Нанга-Парбат) – осень (Лхоцзе) – зима, он немного утомился. Но гонку с Месснером за 14 восьмитысячников нужно было продолжать. Для поляка Канченджанга стала десятым восьмитысячником. Но его ждала К2, которую к тому же нужно было идти оригинальным путем. Ведь Кукучка взял за правило: на восьмитысячники либо новым маршрутом, либо зимой. Требовался отдых, весенний сезон он пропустил.
Анджей Чок (1948 – 1986). Родом из Забже. Образование высшее, инженер-электронщик. Начал заниматься альпинизмом в 20 лет. Прошёл период татранский с летними и зимними восхождениями, альпийский (Эйгер, Су-Альто зимой), памирский (Ленина, Корженевская и Коммунизма в скоростном режиме). 1979 год - Лхоцзе без кислорода, 1980 - Эверест с Е. Кукучкой по новому пути с очень ограниченным кислородом. 1982 – Макалу по новому маршруту. Зимой 1985 года поднялся на Дхаулагири с Кукучкой. На спуске у него было две холодных ночевки, у партнера – даже три. Но Чок вернулся с обморожениями, а Кукучка отправился на второе восхождение, на Чо-Ойю. В результате целый год Анджей лечился и это, наверное, сказалось на его здоровье. Тем не менее, на Канченджанге он по привычке брал на себя роль лидера и держал её до последних двух дней. К сожалению, такие случаи в высокогорье происходят регулярно, понять и объяснить их объективно, возможности нет.