— Катюш, ну ты же понимаешь, у нас традиция. Вся семья собирается.
Свекровь Тамара Ивановна стояла в прихожей с кульками продуктов. Тринадцатое января, три часа дня.
Я открыла дверь шире, пропустила её.
— Тамара Ивановна, здравствуйте. Какая традиция?
Она прошла на кухню, начала выкладывать продукты на стол.
— Старый Новый год же. Ты на Новый год так хорошо всех приняла, все остались довольны. Вот я и подумала, повторим.
Я закрыла дверь, прошла следом.
На столе лежали три курицы, пять килограммов картошки, капуста, морковь, лук, зелень. Килограмм сала. Бутылка водки.
Тамара Ивановна улыбнулась.
— Я продукты купила, ты готовить будешь. В семь вечера все придут — мы с Петром, сестра Люда с мужем, брат Коля с семьёй. Десять человек. Как в прошлый раз, помнишь?
Я посмотрела на продукты, потом на неё.
— Тамара Ивановна, я не приглашала никого на Старый Новый год.
Она помахала рукой.
— Катюш, ну что ты. Семья же. В прошлый раз ты так старалась, всем понравилось. Значит, и сегодня справишься.
Достала телефон, набрала номер.
— Люда, да, я у Кати. Продукты привезла, она готовить начнёт. В семь приезжайте.
Положила трубку, посмотрела на меня.
— Ну всё, я побежала. Вечером вернусь с Петром. Ты тут управишься, ты же хозяйка хорошая.
Ушла, закрыв дверь.
Я стояла на кухне, смотрела на три курицы. Десять человек. Семь часов вечера. Четыре часа на готовку, накрытие стола, уборку.
Никто не спросил, хочу ли я принимать гостей. Просто решили, что раз на Новый год согласилась, значит, теперь это традиция.
Новый год я провела у них. Игорь, мой муж, уговорил:
— Кать, ну мама просит. Один раз. Давай к ним поедем, встретим там, а дальше как хочешь.
Я согласилась. Думала, встретим и уедем домой.
Но Тамара Ивановна сказала иначе:
— Катенька, ты же молодая, энергичная. Помоги мне с готовкой, а я тебя научу, как правильно оливье делать.
Я помогала. Резала салаты, жарила мясо, накрывала на стол. Тамара Ивановна сидела в комнате, давала указания: «Катюш, селёдку почисти», «Катюш, картошку подай», «Катюш, стол протри».
Я чистила, подавала, протирала. Гости пришли в одиннадцать вечера. Десять человек. Я не знала, что будет столько народу.
Они ели, пили, смеялись. Я подавала блюда, убирала грязные тарелки, мыла посуду. В три ночи последние гости разошлись. Я мыла кухню до пяти утра.
Игорь спал. Тамара Ивановна спала. Все спали, кроме меня.
Утром свекровь обняла меня:
— Катюш, спасибо. Ты молодец, всех накормила, всё прибрала. Вот это настоящая хозяйка.
Мы уехали домой. Я спала весь следующий день.
А сейчас, тринадцатого января, Тамара Ивановна принесла продукты и объявила, что вечером придут десять человек. Просто решила, что я снова приму всех, накормлю, уберу.
Потому что один раз согласилась.
Я взяла телефон, написала Игорю:
«Твоя мать принесла продукты, сказала, что в семь вечера придут десять человек на Старый Новый год. Ты в курсе?»
Он ответил через минуту:
«Да, мама говорила. Кать, ну ты же в прошлый раз нормально всё сделала. Повторим?»
Я посмотрела на сообщение. «Повторим». Даже не «согласна ли ты», а «повторим». Решили за меня.
Я позвонила Игорю.
— Игорь, я не соглашалась принимать десять человек сегодня вечером.
Он удивился:
— Кать, ну мама же продукты привезла. Ты что, откажешь семье?
Я сжала телефон.
— Я откажу людям, которые не спросили моего согласия. Твоя мать решила, что раз я один раз согласилась, значит, теперь это моя обязанность.
Он вздохнул.
— Кать, ну не устраивай драму. Один вечер. Приготовишь, примем гостей, всё.
Я посмотрела на три курицы.
— Нет, Игорь. Я не буду готовить на десять человек, которых не приглашала.
Он помолчал.
— Хорошо. Тогда я позвоню маме, скажу, что ты против.
Положил трубку.
Я села на стул, открыла заметки в телефоне. Написала: «План на вечер».
Через десять минут позвонила Тамара Ивановна.
— Катя, Игорь сказал, ты не хочешь готовить. Что случилось?
Я включила громкую связь, положила телефон на стол.
— Тамара Ивановна, меня никто не спрашивал, согласна ли я принимать гостей сегодня. Вы просто решили, что я должна.
Она засмеялась.
— Катюш, ну ты же в прошлый раз согласилась. Значит, и сейчас не против.
Я посмотрела на телефон.
— Один раз согласилась не значит, что теперь это моя обязанность.
Она перестала смеяться.
— Катя, семья собирается. Ты же понимаешь, как это важно?
Я встала, начала складывать продукты обратно в кульки.
— Понимаю. Но семья может собраться у вас. Или у Люды. Или у Коли. Не обязательно у меня.
Она возмутилась:
— Катя, ты что, серьёзно? Я уже всех пригласила, все настроились!
Я сложила последнюю курицу в пакет.
— Тамара Ивановна, вы пригласили людей без моего согласия. Это ваша ответственность, не моя.
Она повысила голос:
— Игорь мне сказал, что ты не против! Что вы вместе обсудили!
Я посмотрела на телефон.
— Мы не обсуждали. Игорь написал «повторим», не спросив, хочу ли я повторять.
Тамара Ивановна замолчала, потом сказала тише:
— Катюш, ну пожалуйста. Ну неудобно же теперь всех отменять.
Я сложила руки на груди.
— Тамара Ивановна, я заберу продукты и отвезу их вам. Встречайте гостей у себя.
Она всхлипнула.
— Ты хочешь, чтобы я в шестьдесят пять лет на десять человек готовила? После операции на ноге?
Я вспомнила, как на Новый год она три часа сидела в кресле, а я одна готовила, накрывала, убирала.
— Хотите, закажите доставку. Или попросите Люду помочь. Или Колю.
Она заплакала в трубку.
— Катя, я думала, ты семью понимаешь. А ты эгоистка.
Положила трубку.
Я выключила громкую связь, посмотрела на записанный разговор. Голосовая запись сохранилась автоматически.
Игорь позвонил через пять минут.
— Катя, мама плачет. Говорит, ты отказалась помогать семье.
Я взяла пакеты с продуктами.
— Игорь, я отказалась готовить на десять человек, которых не приглашала. Это разные вещи.
Он раздражённо выдохнул.
— Катя, ну какая разница, приглашала или нет. Семья же.
Я открыла дверь квартиры.
— Игорь, я сейчас отвезу продукты твоей матери. Если хочешь встретить гостей — встречайте у неё. Я не буду.
Он повысил голос:
— Катя, ты ставишь меня в идиотское положение! Мама всем сказала, что у нас будет праздник!
Я вышла на лестничную площадку.
— Твоя мама сказала без моего согласия. Пусть теперь объясняет, почему передумала.
Положила трубку.
Заказала такси, довезла продукты до дома свекрови. Позвонила в дверь. Открыл Пётр Васильевич, свёкор.
— Катюша, что случилось?
Я протянула пакеты.
— Пётр Васильевич, Тамара Ивановна оставила продукты у нас. Возвращаю.
Он взял пакеты, растерянно посмотрел.
— Но... мы же договорились на вечер...
Я покачала головой.
— Вы договорились без меня. Я не соглашалась принимать гостей.
Развернулась, ушла.
Дома включила ноутбук, открыла документ. Написала: «Новый год 31 декабря – 1 января».
Вспомнила и записала всё по пунктам:
— 10 человек гостей (не предупредили о количестве)
— готовила одна 5 часов
— накрывала на стол одна
— убирала, мыла посуду до 5 утра одна
— Тамара Ивановна сидела в кресле, давала указания
— Игорь спал с 2 ночи
— никто не помогал
— никто не спросил, устала ли я
— утром Тамара Ивановна сказала «спасибо» и ушла
Добавила ниже: «Старый Новый год 13 января»:
— Тамара Ивановна привезла продукты без согласования
— объявила, что в 7 вечера придут 10 человек
— решила, что раз один раз согласилась, теперь это традиция
— Игорь сказал «повторим», не спросив моего мнения
— когда отказалась — назвали эгоисткой
Сохранила документ.
Игорь пришёл в шесть вечера. Лицо хмурое, губы поджаты.
— Катя, мама отменила праздник. Все обижены. Люда сказала, что ты возомнила из себя принцессу.
Я открыла ноутбук, показала документ.
— Игорь, вот что произошло на Новый год. Прочитай.
Он посмотрел на экран, пробежал глазами.
— Ну и что? Ты помогла семье.
Я ткнула пальцем в строчку «убирала до 5 утра одна».
— Я не помогла. Я одна работала на десять человек, пока все веселились.
Он пожал плечами.
— Кать, ну мы же праздновали. Не до уборки было.
Я закрыла ноутбук.
— Вот именно. Вам было не до уборки. Зато мне было. Пять часов готовки, три часа уборки. Восемь часов работы, пока вы отдыхали.
Он сел на диван.
— Катя, к чему ты клонишь?
Я села напротив.
— К тому, что я не согласна повторять это на Старый Новый год. И на восьмое марта. И на любой другой праздник, куда меня не спросили.
Он потёр лицо.
— Мама говорит, ты семью не уважаешь.
Я открыла телефон, включила запись разговора с Тамарой Ивановной. Он слушал молча.
Когда запись закончилась, я сказала:
— Твоя мама назвала меня эгоисткой, потому что я отказалась готовить на десять человек без предупреждения. Это она меня не уважает.
Игорь встал, прошёлся по комнате.
— Что теперь делать? Мама обиделась. Люда обиделась. Коля звонил, говорит, ты семью разрушаешь.
Я положила телефон на стол.
— Игорь, я ничего не разрушаю. Просто не хочу, чтобы меня использовали как бесплатную прислугу.
Он остановился.
— Прислугу? Катя, серьёзно? Это же семья!
Я встала, подошла к нему.
— Семья спрашивает согласия. Семья помогает друг другу. А не сваливает всю работу на одного человека и называет его эгоистом, когда он отказывается повторять.
Игорь ушёл в спальню, закрыл дверь.
Я открыла чат с Тамарой Ивановной, написала:
«Тамара Ивановна, я не против семейных встреч. Но прошу предупреждать заранее и спрашивать моего согласия. И не рассчитывайте, что я буду готовить и убирать одна».
Она ответила через час:
«Катя, я не думала, что ты такая. Всегда казалась доброй девочкой».
Я ответила:
«Добрая не значит безотказная».
Она больше не писала.
Следующие дни Игорь был молчаливым. Тамара Ивановна не звонила. Люда написала мне:
«Катя, зря ты так с Тамарой. Она старалась для тебя, хотела семью сплотить».
Я ответила:
«Люда, Тамара старалась для себя, а работать должна была я. Без предупреждения и согласия».
Люда не ответила.
Через неделю позвонил Коля, брат Игоря.
— Катя, мы с Людой хотим поговорить. Приезжай к маме в воскресенье, обсудим ситуацию.
Я посмотрела на календарь. Воскресенье, двадцатое января.
— Коля, о чём обсуждать?
Он откашлялся.
— Ну, ты же понимаешь. Мама расстроена. Семья в напряжении. Давай соберёмся, поговорим по-человечески.
Я включила громкую связь.
— Хорошо. Я приеду. Игоря возьму.
Коля обрадовался.
— Отлично! Мама будет рада. В два часа?
Я согласилась.
Положила трубку, открыла заметки. Написала: «Семейный совет 20 января. Подготовить документ с пунктами».
В воскресенье мы приехали к двум. Сидели Тамара Ивановна, Пётр Васильевич, Люда с мужем Геннадием, Коля с женой Оксаной.
Тамара Ивановна встретила меня прохладно.
— Катя, проходи. Садись.
Я села на стул. Игорь сел рядом.
Коля начал:
— Так. Мы собрались, чтобы обсудить ситуацию. Катя, мама считает, что ты неправильно поступила. Отказалась помогать семье.
Я достала телефон, открыла документ.
— Могу я зачитать, что именно произошло?
Люда нахмурилась.
— Зачем зачитывать? Мы всё знаем.
Я посмотрела на неё.
— Знаете со слов Тамары Ивановны. Хочу рассказать со своей стороны.
Тамара Ивановна кивнула.
— Ну давай. Послушаем.
Я начала читать:
— Новый год, тридцать первое декабря. Игорь сказал, что мы встретим праздник у родителей и уедем. Я согласилась. По приезду Тамара Ивановна попросила помочь с готовкой. Я согласилась.
Подняла глаза.
— Я не знала, что придут десять человек. Не знала, что буду готовить одна пять часов. Не знала, что буду убирать до пяти утра одна.
Тамара Ивановна поджала губы.
— Катя, я не заставляла тебя убирать до пяти утра.
Я кивнула.
— Не заставляли. Но и не помогли. Сидели в кресле, пока я мыла посуду на десять человек.
Люда вмешалась:
— Катя, ну мама уставшая была. У неё нога болит.
Я посмотрела на Люду.
— Люда, а ты помогла?
Она замолчала.
Я продолжила:
— Никто не помог. Все веселились, пили, ели. Я одна готовила, подавала, убирала. Восемь часов работы на праздник, который я не планировала.
Коля покачал головой.
— Катя, ну семья же. Нормально помочь.
Я перевернула страницу в телефоне.
— Тринадцатое января. Старый Новый год. Тамара Ивановна приехала к нам с продуктами. Объявила, что в семь вечера придут десять человек. Не спросила, согласна ли я. Просто сказала: «В прошлый раз справилась, и сейчас справишься».
Тамара Ивановна покраснела.
— Я думала, ты не против!
Я показала телефон.
— Вы не спросили. Решили за меня. А когда я отказалась, назвали эгоисткой.
Оксана, жена Коли, тихо сказала:
— Тамара Ивановна, вы правда не спрашивали Катю?
Тамара Ивановна отвела взгляд.
— Я думала, Игорь с ней договорился.
Я посмотрела на Игоря.
— Игорь написал мне «повторим?», когда мать уже купила продукты и всех пригласила. Это не договорённость.
Игорь съёжился на стуле.
Люда раздражённо махнула рукой.
— Катя, ну к чему эти подробности? Можно было просто согласиться, не устраивать драму.
Я убрала телефон в карман.
— Люда, а почему никто не предложил встретить Старый Новый год у тебя? Или у Коли?
Люда замолчала.
Я продолжила:
— Потому что вы знали: Катя один раз согласилась, значит, теперь будет постоянно соглашаться. Можно сваливать на неё праздники, готовку, уборку. А она не откажет, потому что семья.
Коля нахмурился.
— Катя, ты утрируешь.
Я встала.
— Не утрирую. Проверим. Коля, давай следующий праздник у тебя? Оксана будет готовить на десять человек, убирать до утра. Согласна, Оксана?
Оксана покачала головой.
— Нет, у нас маленькая квартира.
Я посмотрела на Люду.
— Люда, у тебя?
Люда развела руками.
— У меня ремонт скоро.
Я села обратно.
— Вот видите. Никто не хочет. Но все решили, что я должна. Потому что один раз согласилась.
Пётр Васильевич, свёкор, откашлялся.
— Катенька, может, ты слишком остро реагируешь? Мы не хотели тебя обидеть.
Я посмотрела на него.
— Пётр Васильевич, вы не хотели обидеть. Но хотели, чтобы я работала на всех без согласия и благодарности.
Тамара Ивановна всхлипнула.
— Я говорила спасибо!
Я кивнула.
— Говорили. Один раз. Утром, когда уходили. После того как я восемь часов работала.
Она заплакала в платок.
Игорь положил руку мне на плечо.
— Кать, ну хватит уже.
Я убрала его руку.
— Не хватит. Я хочу, чтобы все поняли: я не бесплатная прислуга для семейных праздников. Хотите собраться — спрашивайте моего согласия. Заранее. И не рассчитывайте, что я одна буду готовить и убирать.
Люда фыркнула.
— Принцесса нашлась.
Я посмотрела на неё.
— Не принцесса. Просто человек с границами.
Встала, взяла сумку.
— Я согласна на семейные встречи. При условии, что меня предупреждают минимум за неделю, спрашивают согласия, и обязанности распределяются на всех. Если нет — не приглашайте.
Игорь встал следом.
— Катя, подожди.
Я открыла дверь.
— Игорь, я устала объясняться. Или вы принимаете мои условия, или я больше не участвую в семейных праздниках.
Вышла из квартиры.
Игорь догнал меня на лестнице.
— Кать, ты поставила ультиматум семье.
Я спустилась на площадку ниже.
— Я обозначила границы. Которые должны были быть с самого начала.
Он шёл следом.
— Мама теперь обижена насмерть. Люда говорит, ты испортила семью.
Я остановилась, обернулась.
— Игорь, я не испортила семью. Я просто перестала делать то, что мне не нравится, без моего согласия.
Он опустил руки.
— А что мне теперь делать? Мама плачет, родня обсуждает.
Я спустилась дальше.
— Можешь поддержать жену. Или поддержать маму. Выбирай.
Вышла на улицу, заказала такси.
Игорь вышел через минуту, сел рядом в машину. Молчал всю дорогу.
Дома он лёг на диван, уткнулся в телефон. Я села за ноутбук, открыла документ. Дописала:
«Семейный совет 20 января:
— объяснила свою позицию
— зачитала хронологию событий
— обозначила границы: предупреждать за неделю, спрашивать согласия, распределять обязанности
— Люда назвала принцессой
— Тамара Ивановна плакала
— никто не признал, что использовал меня
— никто не извинился»
Сохранила документ.
Вечером Игорь сказал:
— Мама просит прощения. Говорит, не хотела тебя обидеть.
Я закрыла ноутбук.
— Пусть скажет мне сама.
Он помолчал.
— Ей стыдно.
Я посмотрела на него.
— Мне тоже было стыдно отказывать семье. Но я отказала. Потому что не хотела повторения.
Он кивнул, ушёл в спальню.
Тамара Ивановна позвонила через два дня.
— Катя, я не хотела, чтобы ты чувствовала себя прислугой. Просто привыкла, что молодые помогают старшим.
Я включила громкую связь.
— Тамара Ивановна, помогать и работать одной на десять человек — разные вещи.
Она вздохнула.
— Ты права. Прости. В следующий раз спрошу заранее. И попрошу всех помогать.
Я улыбнулась.
— Спасибо. Тогда приду.
Она положила трубку.
Праздники прошли. Восьмое марта Тамара Ивановна предложила отметить в кафе. Пасху — у Коли, причём Оксана сразу сказала: «Я готовлю основное, остальное пусть каждый своё принесёт». День рождения Игоря в мае справили у нас, но на этот раз Люда помогала с салатами, Коля жарил шашлык на балконе, Тамара Ивановна накрывала на стол.
Я мыла посуду не одна. Убирались вместе. В десять вечера гости разошлись, и я не работала до пяти утра.
Один раз установила границы — и жизнь изменилась. Потому что семья должна уважать, а не использовать.
И когда в следующий раз кто-то скажет: «Ты же в прошлый раз согласилась», — я отвечу: «Один раз не значит навсегда».
Думаете, все восприняли это спокойно?
Люда три месяца не здоровалась и говорила подругам: «Катька возомнила из себя невесть что, семью не ценит». Коля сначала поддержал мать, но после того как Оксана сказала ему: «А ты попробуй один на десятерых приготовь», замолчал и больше не лез.
Тамара Ивановна полгода при каждой встрече вздыхала: «Вот раньше молодые старших уважали», но готовить и убирать меня одну больше не заставляла. А Игорь наконец спросил: «Кать, а чем я могу помочь по дому?» — и я поняла, что граница сработала не только со свекровью, но и с мужем.