Меня сократили. Как совершенно никчемную единицу коллектива. Но поскольку в трудовой книжке как-то не принято писать: «За полнейшую профнепригодность и гипернеусидчивость», меня мягко попросили «по собственному». Я не стала сильно огорчаться по поводу расставания со столь унылым заведением, как моя — уже бывшая — контора. По образованию я бухгалтер. Но бухгалтерское начало в моей голове сводится к одному: «А что я буду иметь с этой занудной работы?» То, что я имею, меня просто смешит, чаще — раздражает. И потом, я физически не в состоянии целый день сидеть как пришитая. И считать, считать… С ума можно сойти! Меня всегда тянуло к перемене обстановки, будням, когда дни не похожи один на другой, как картинки в калейдоскопе, каким-то приключениям. А какие могут быть приключения, если живешь от зарплаты до зарплаты и в замкнутом пространстве: дом — работа — дом?
Но удача всегда приходит неожиданно. Удачей посчитала я увиденное в газете объявление: «Требуются сотрудники в частное сыскное агентство». Вот это по мне! Встречи с разными людьми, слежка, погони, а может, и стрельба?! В тот момент я даже и не вспомнила о таком незначительном факте, что любое оружие — будь то гранатомет или же простейший газовый пистолет — я видела лишь по телевизору.
Пришла на собеседование. Работодатель — он же хозяин агентства — внимательно посмотрев на меня, подвел итоги: «Очень хорошо, вот такая серенькая нам и нужна». Оскорбиться за свою внешность я не успела, поскольку пришлось выслушивать, каким будет мое первое задание. Мне поручалось следить за молодым человеком (фото и адрес прилагались), который, как предполагала его любовница — обеспеченная, но весьма солидного возраста дама, — ей изменяет. Мне надлежало выследить молодого повесу и обязательно (!) сфотографировать его с дамой сердца или любой другой, подвернувшейся под руку. Я обрадовалась, услышав, что не должна заснять объект охоты непременно на пляже в обнимку с кем-то или в какой-то, напоминающей интимную, обстановке: годились фото из летнего кафе на улице.
— Все максимально просто, — сказал мой новый шеф и весьма недвусмысленно кивнул в сторону двери…
Утром я встала пораньше, добралась до точки «икс» (так мысленно я окрестила дом, где живет мой подопечный) и заняла удобную, на мой взгляд, позицию для наблюдения — возле соседнего подъезда. Чтобы в дальнейшем объект не смог опознать меня, на нос я водрузила солнцезащитные очки (жаль, что утро оказалось пасмурным) и шляпу из соломки с огромными полями, украшенную веточками сирени. Я купила ее на распродаже года два назад: она была единственной и, видимо, отпугивала всех своими размерами. Но сейчас главным было замаскироваться.
Но я, как видно, не учла ночной образ жизни клиента. Во всяком случае, на работу он не торопился. Хлопали подъездные двери, мимо меня проходили недовольные молодые мамаши, которым, судя по выражению лиц, надоело каждое утро таскать упиравшихся и невыспавшихся малышей в детский сад. На меня они не обращали ни малейшего внимания, словно я вся была кустом сирени. Затем наступил черед бабушек с бидончиками, спешащих занять очередь за молоком. Но они успевали подозрительно взглянуть в мою сторону. И у большинства взгляд был цепким, словно стоп-кадр при просмотре пленки. Это было еще терпимо. Совсем не сложились мои взаимоотношения с гуляющими псами. Я боюсь их до паники, до слабости в ногах и темноты в глазах. Буквально теряю сознание при виде слюнявой пасти и желтых клыков, если даже эта пасть, как утверждает хозяин, улыбается. Вот и сегодня каждая из этих породистых (так и хочется сказать — дряней) считала своим долгом подбежать и обнюхать меня, замирающую от страха. А один особо наглый кобель взял и помочился на ножку скамейки. Тоже, наверное, принял меня за куст сирени…
В первом часу дня, голодная, измотанная неподвижным сидением и любопытными взглядами, я увидела долгожданный объект слежки. Он неторопливо вышел из подъезда и направился к стоящей в глубине двора «ауди». Мысли заметались: где взять такси? И где взять деньги на такси? Через минуту металась я сама — в поисках этого проклятого такси. Его не оказалось. Объект спокойно завел машину и уехал. Мне же оставалось только вздохнуть: такой поворот событий не был предусмотрен…
Поплелась в офис с докладом. Зайдя в кабинет к шефу, решительно заявила:
— Ему удалось скрыться. Дайте денег хотя бы на такси. Не бегать же за машиной… — Потом выдохнула и добавила: — Или машину с водителем. Можно и без него.
Шеф долго смотрел на меня. И молчал. Не узнавал, наверное. Тогда я чуть приподняла поля шляпы, скрывающие мое лицо. Взгляд начальника стал более осмысленным. В какой-то момент мне показалось, будто бы он хотел сказать, что мы вряд ли сработаемся. Прошло еще несколько томительных секунд. Шеф продолжал пристально разглядывать шляпу. Особенно, по-моему, ему понравилась веточка сирени. Наконец, посмотрев мне в глаза, он задал, на мой взгляд, совершенно бестактный вопрос:
— Вы в таком виде и по городу ходите? — И, чуть помедлив, добавил: — А вот в салон машины в этой шляпе вы вряд ли поместитесь…
Я обиженно захлопала ресницами. Но шеф уже сменил тему. Откуда-то из-под стола он извлек дипломат и открыл его. О боже! Я никогда не видела столько денег. Небрежным жестом, но несколько стиснув зубы, глава сыскного агентства пододвинул ко мне небольшую пачку. Долларов. Я приготовилась услышать привычное: «Распишитесь за подотчетную сумму», но оказалось, что нынешним вечером я должна быть в казино «Буратино», где имеет дурную привычку бывать и молодой друг преуспевающей бизнес-леди.
— Только оденьтесь как человек, — напутствовал меня шеф, искоса взглянув на шляпу. — Не в баню — в казино идете.
Он начинал мне нравиться. И моя новая работа тоже…
К посещению казино я готовилась тщательно. Несмотря на июльскую сокрушительную жару не побоялась наклеить и ногти, и ресницы. А уж накрасилась так, что напоминала вышедшего на тропу войны индейца. Мой язвительный братец, наблюдая за моими приготовлениями, поинтересовался: «А челюсти запасной, покрытой лаком, у тебя нет?» — «Зубы у меня свои!» — отрезала я. «А ресницы и ногти отсутствуют?» — тут же отозвался он. Мы не ссорились, это было обычной словесной разминкой.
Попасть в казино оказалось непросто. Нет, бдительный охранник тут ни при чем. Просто сначала я никак не могла вписаться во вращающуюся дверь, затем дважды каким-то непонятным образом наступила на подол своего единственного вечернего платья и чуть не упала. А в довершение ко всему не поняла, что стены зеркальные, и слегка приложилась лбом к собственному изображению. В тот самый момент я и увидела своего подопечного, с улыбкой направлявшегося ко мне. «Все, он меня вычислил, — я была в панике. — Что делать?»
— Олег, — представился объект слежки.
«Спасибо шляпе», — чуть не сказала я вслух. И почему-то смущенно пробормотала:
— Ольга.
Через секунду, впрочем, ко мне вернулось обычное присутствие духа. Разве нельзя знакомиться с объектом слежки? Шеф ничего об этом не говорил.
— Новеньким всегда везет, это аксиома, — продолжал новый знакомый, уводя меня в глубь зала к столам. А я уже чисто машинально успела отметить, насколько приятен в общении этот молодой человек.
— Я буду играть, а ты просто сиди, — говорил он. Не успела я и глазом моргнуть, как Олег сделал ставку, назвал какие-то цифры и уже через несколько минут игра закончилась. Не в нашу пользу. А еще через пару минут выяснилось, что за столом я была не просто манекеном. Нужны были и мои деньги…
Расстроенная, без цента в кармане, я вышла из казино. Олег догнал меня.
— Поехали, — сказал он, открывая дверцу уже знакомой мне машины. — Я знаю место, где можно достать деньги.
— Банк, который легко грабить? — даже улыбалась я через силу, и это было вернейшим признаком того, что все идет не так, как надо.
«Я же слежу за ним, — успокаивала я себя. — Не могу же не попробовать вернуть деньги. И насчет совместных поездок в машине шеф тоже ничего не говорил…»
Мы припарковались возле какого-то офиса. Олега не было минут двадцать. От нечего делать занялась любимым делом: стала разглядывать себя в зеркало. Заметила, как невдалеке остановился «жигуленок», настолько обляпанный грязью, что его первоначальный цвет вообще не просматривался. Олег вышел из офиса с видом победителя, насвистывая какую-то мелодию. И мы снова отправились в казино. Вслед за нами тронулся и «жигуль»-неряха. Я бы не обратила на него внимания и возле сверкающего огнями казино, где припарковались иномарки всех мастей, если бы этот самый «жигуленок» не напоминал ободранную бездомную кошку рядом с чистыми и умытыми домашними…
На сей раз везло. Но чувствовала я себя почему-то неуютно, хотя и не делала больше попыток упасть, запутавшись в подоле. Ощущение было такое, словно в спину мне впивался чей-то враждебный взгляд. После очередного выигрыша я все-таки уговорила Олега остановиться. Это было непросто, но желание отметить удачный вечер тут же, в ресторане «Буратино», взяло верх. От легкой музыки и столь же легкого вина я почувствовала себя вполне комфортно. Новая жизнь в качестве агента мне определенно нравилась. К тому же шеф ничего не говорил, что с подопечными нельзя пить на брудершафт…
На следующее утро объект слежки сам заехал за мной. Выяснилось, что деньги во время вчерашнего ужина кончились. Они вообще имеют свойство быстро исчезать. Мы поехали в офис для доклада шефу. Правда, в чем он будет заключаться, я представляла себе весьма смутно. У главы агентства был какой-то странный цвет лица: землистый и в красноватых пятнах, словно кто-то старательно перепачкал его губной помадой. «Съел, наверное, что-то не то», — подумала я и бодрым голосом спросила:
— Шеф, а как насчет гонорара? — На миг мне показалось, что воздуха ему не хватает, а глаза закатываются. Он стал равномерно-багровым, словно переспелый помидор, а затем медленно достал из-под стола дипломат. Но не успела я обрадоваться, как увидела портфель совершенно пустым: не то, чтобы денег — клочочка обычной бумаги нельзя было в нем найти.
— Преогромнейшая тебе благодарность от фирмы «Аполлон» — наших конкурентов, — говорил шеф, все больше раскаляясь. Я очень некстати вспомнила рекламу сковородок «Цептер»…
— Вот твой гонорар, — он швырнул на стол пачку фотографий. Вот мы с Олегом, довольные, выходим из казино, вот за столиком пьем шампанское, а вот он нежно обнимает меня… Черт побери, ну какая необходимость была обниматься на глазах у всех? И кто мог подумать, что эта старая ведьма наймет сразу две фирмы? Но все равно на фотографиях мы смотримся очень и очень неплохо…
«Это я разорила шефа?» — стоило оказаться за дверью, как эта мысль пришла мне в голову. И тут же я вспомнила, что в прошлый раз глава агентства доставал дипломат-близнец не с левой стороны, а с правой.
«Надо запомнить этот фокус, — подумала я. — Пригодится, когда у меня будет свое собственное агентство. А пока попробую устроиться в «Аполлон» — возьмут, наверное. Они ведь теперь мои должники… Только вот машина у них больно уж грязная…»
…Из офиса, где мы были накануне, Олег вышел растерянным. Он молча сел в машину и также молча протянул мне пачку фотографий.
— Я уже успела их рассмотреть, — сказала, протягивая ему точно такую же.
— А может, правильно говорят, что все, что ни делается, — к лучшему? — произнес Олег, обнимая меня.
«Спасибо конкурентам», — хотелось ответить мне, но я подумала, что лучше иногда промолчать. И шеф ведь ничего не говорил, что целоваться в машине нельзя…
Автор: Наталья Мамаева
Журнал "Бельские просторы" приглашает посетить наш сайт, где Вы найдете много интересного и нового, а также хорошо забытого старого.