Жанр Киберпанк.
Автор Петрик Максим.
События протекают в России. Санкт Петербург во времена второй холодной войны.
21 Последний день с братом.
Вокруг дымились развалины города, который подвергся обстрелу со стороны НАТО. Вот буквально всего полчаса назад это был мирный осенний, на редкость солнечный день. Кленовые листья красивым ковром лежали на стриженых, всегда зелёных газонах. Антон с братом шли по Марсову полю, и тот убеждал его идти на факультет кибернетики.
- Антон, ну сам подумай, это перспективно и интересно.
- Да я не спорю, что интересно, но робототехника это же тоже классно.
- Просто любишь ты в железках копаться.
Брат дружески обнял Антона за плечо и потрепал за волосы.
- Ну перестань, как маленький, честное слово, — Антон капризно сбросил его руку, как будто не принимая проявляемых чувств брата. — Ну так и что? Да, роботы — это круто, это же не людей кибер-имплантами уродовать.
- Дурак ты. Идиоты и так найдут, как себя изуродовать и без имплантов. А вот помочь людям, которые в этом нуждаются, тем же протезированием — это круто. Помочь вернуть им хоть какую-то полноценность, понимаешь. К тому же, это направление дает безграничный простор для изучения и развития, подумай об этом.
Не успел он договорить, как по городу зазвучала воздушная тревога. Люди с улицы бросились в ближайшие укрытия. Удар пришелся в основном по противоположной стороне Невы, заработало ПВО, и не успели они добежать до ближайшего безопасного места, как Антон услышал рядом удар о землю, что-то тяжёлое отскочило, потом последовал сильный толчок. Когда Антона отшвырнуло в сторону, он потерял сознание.
Очнулся уже в больнице, здесь было много раненых, у него самого была загипсована рука. Придя в себя, он, как смог, встал с кровати, на это никто не обратил внимание, поскольку и без него было много людей, кому помощь была нужна больше.
Переходя от палаты к палате, Антон искал брата по всей больнице, конечно, была вероятность того, что его увезли в другое место.
Позже он всё-таки узнал, что брат погиб от обломков упавшей ракеты.
Смерть брата изменила всю его жизнь. Антон, как и обещал, поступил на кибернетику. Но не для того, чтобы помогать людям. Он решил создать цифровую копию своего брата. Это была безумная идея, Антон сам не верил в её реализацию. Но ему нужна была цель. Цель, которая давала бы смысл его жизни. Иначе он рисковал погрузиться в бессмысленное и безрадостное существование среди чужих людей, равнодушных к его судьбе..
А потом появился институтский проект по созданию «Технологии Копирования Личности». В котором он постарался принять участие, и это удалось. Но, к сожалению, проект шел в другом направлении, и финансирование не подразумевало создание аналитической сети сбора информации о личности и на их основе создания его цифровой копии. А потому пришлось приняться за свой личный проект.По началу,все шло неплохо, алгоритм сбора данных заработал . Но все уперлось в ограниченное количество этих самых доступных данных.
Его знакомство с Игорем Сергеевичем помогло решить и эту проблему. Сергеич имел связи с военными и занимался продажей для них протезов, и ему были нужны талантливые инженеры, так он переманил к себе Антона. По началу они разработали несколько успешных моделей, после чего пошли хорошие заказы, появились поставщики качественных деталей, открыли сеть выставок с продукцией. Через связи с военными Сергеич начал делать эксклюзивные протезы с двойным назначением.
Недавно Антон закончил уникальную модель протеза руки, позволяющую владельцу ощущать тактильные прикосновения. Но в протез были устроены системы самообороны, выдвижных игл с электрошокером, такие модернизации были запрещены для гражданского использования, зато востребованы.
Вместе с этим Антон воспользовался связями своего начальника и тайком получил доступ к некоторым серверам, где хранилась анонимно собираемая база данных. Это были бесконечные базы данных с камер, микрофонов, уличного наблюдения, копировались даже через друзей, знакомых, с рабочих компьютеров. Антон подключил свои алгоритмы к этой сети и продолжил работать над программой анализа и формирования цифровой личности на их основе.
Он сам не знал, что Игорь Сергеевич в курсе его проекта, что специально позволил ему получить доступ к серверам и что уже нашел хорошего заказчика на этот товар. Тайком от парня скопировал их, и в день гибели эта флешка была загружена в «Диану».
22 Подстава
К столику подъехал робот с заказами. Это был один из стандартных наборов «Точки». Бургер, картофель фри, холодный чай… Оценив порции, от которых ещё сильней разгорелся аппетит, через биофон режиссёр заказал ещё один бургер. С лёгким жужжанием робот отъехал, направляясь на кухню за очередной порцией для другого стола.
Неторопливо развернув булку с котлетами, режиссёр откусил сочный кусок..
Не успел он доесть этот кусок, как заказанная порция подъехала к столику. Прозрачный колпак открылся, и режиссер забрал её.
Биофон заиграл переливающейся мелодией. Режиссер ответил на громкую связь, аппетитно прожевывая бутерброд с жареным мясом.
- Никита привет.
- Привет Паша, что там случилось, не мог подождать, я обедаю.
Но собеседник на том конце был раздражен и не отреагировал на его доброжелательность.
- Ты новости смотрел?
- А должен был?
- Так посмотри!
Никита закатил глаза, Паша в очередной раз закатил старую пластинку, и теперь, если он не сделает, как просит, то будет гудеть. Ему захотелось поскорей отделаться от друга, пока не пропал аппетит.
- Давай потом, как поем.
- Нет, сейчас смотри!
Режиссер нехотя включил присланную ему трансляцию. Там сообщалось, что в африканской республике произошло нападение на здание парламента, где погибло много чиновников, в стране введено ЧС, а потом показана запись проведенной спецоперации по освобождению заложников. С этого момента у режиссера глаза полезли на лоб. Увиденные им кадры оказались слишком знакомыми, все до последнего. На экране штурмовая группа валькирий уничтожала террористов в широком коридоре здания.
Аппетит тут же исчез, и он выскочил из «Точки» на улицу, так и не прикоснувшись ко второй порции.
- Что это, блин, такое? — он на ходу переключил Павла на внутреннюю связь и старался говорить заговорщицки потише.
- Ты же видел, это наш фейк!
- Это я вижу, почему он в новостях, при чем тут теракт вообще.
- Я не знаю , но это плохо, мы похоже сильно вляпались!
Они совсем недавно сделали этот фейк для частного заказчика, якобы трейлер для игры, и ничего не указывало на подвох. Никита помнил случай с прошлым фейком и в этот раз не хотел подставить друга, а наоборот, дать ему раскрыться. Он любил делать шутеры, а потому подошел к заказу с душой, сделал так хорошо, как мог.
- Постой, может не всё так плохо, ведь никто же не знает. К тому же заказчик же серьезный был и заплатил хорошо. Мы работу сделали и всё, будем игнорировать…
- Понимаю, но тут другое! Ведь он может ещё что-то заказать… И не думаю, что нам получится теперь ему отказать. Я не хочу больше с этим связываться!
- Черт побери! Черт,черт… я еду в студию.
Режиссер через двадцать минут уже вбежал в студию, тяжело дыша от бега, он закрыл за собой дверь в кабинет, в которой уже сидел Павел, бледный как смерть, который держал в руках бутылку с коньяком.
Они молча уставились друг на друга.
Опомнившись, режиссер первым пришел в чувства.
- Ты исходники удалил?
- Да, я сейчас ещё раз все проверил, нигде ничего нет.
- Это хорошо, хорошо.
Никита прошёлся по комнате взад и вперёд, уставившись в пол, судорожно ища способ, как поступить, но в голове крутилось только одно: «Всё пропало! Всё пропало!»
- Так, что теперь. Кроме нас никто ничего не знает… Значит, и не было ничего…
- А как же лысый?
- Скажем , скажем... А может он сам на связь не выйдет…
- Не думаю, мы же свидетели…
Режиссер взял у друга бутылку коньяка и приложился из горла, сел напротив .
- Нет, и ничего же не случилось. Проклятие…
- А может, заявим в полицию? В конце концов, мы не нарушили закон, сделали заказ на видеоролик и всё.
Это была хорошая и здравая мысль и Никита готов был ухватиться за эту соломинку, но тут у него перед глазами встала страшная криво ухмыляющаяся рожа лысого, который сделал заказ. И режиссёр понял, что лучше плыть по течению в надежде , что пронесет.
23 Спасшийся.
Остап проснулся в холодном поту, его сердце колотилось, словно готовилось выпрыгнуть из груди. Он знал, что это был не просто сон. Уже несколько дней его преследовал один и тот же кошмар, но теперь он казался ещё более реальным.
Во сне они с братьями по оружию вломились в парламент Нигера. Но на этот раз всё пошло не так. В самый разгар операции робот прикрытия, который должен был защищать их, вдруг открыл огонь по своим. Вспышка света, грохот взрыва, и Остапа швырнуло в сторону.
От осколков его спасло то что один из побратимов взял на себя весь основной удар осколков. Остапу повезло больше, его швырнуло прямо в вентиляционную решетку, которая проломилась и он грохнулся куда то вниз по шахте.
Боевые стимуляторы всё ещё действовали, он не потерял сознание, хотя одна рука была сломана. Шахта вела куда-то в сторону, времени на раздумья не было. Остап пополз вперёд, чувствуя, как стены шахты давят на него. Сверху доносился шум штурмовой группы. Он нервно оглядывался, ожидая погони, но её не было. Казалось, что весь мир замер в ожидании.
Наконец, шахта упёрлась в тупик. Вверх на несколько метров поднималась лестница, ведущая куда то наверх. Переломная рука болталась на плече, но Остап всё-таки смог подняться. Он оказался в каком-то глухом дворе, окружённом высокими стенами. Вдали слышались звуки сирен и сигналы полиции. Ему пришлось вколоть себе ещё один стимулятор, а потом переодеться в одежду из рюкзака.
Оставалось одно: убраться подальше от этого места и затаиться.
Он не помнил, как выбрался из города, очнулся уже в лачуге где-то в пустыне. Вещей и снаряжения не было, только загипсованная и перевязанная рука. Документы и немного денег остались при нем.
Это было на окраине Нигера. В отличие от центральных регионов, здесь всё ещё царила отсталость, что было на руку. Если его ищут, спрятаться тут будет проще. За окном кипела обычная жизнь: чернокожие дети играли в футбол, матери прогуливались с детьми, привязав их за спиной. Когда-то здесь не хватало воды и часто был голод. Остап смотрел на эту бедную африканскую идиллию и чувствовал отвращение. Украины больше нет, а эти люди живут спокойно и беззаботно, что еще больше бесило.
Бандеровцы проиграли войну и потеряли страну. От них отвернулись даже союзники, и теперь они были международном розыске и вынуждены наемничать, мстить русским за унижение. Благо, желающих воспользоваться этими услугами было немало. Они скрывались, меняли документы и национальность, постоянно прятались, выжили и продолжают мстить москалям. Но в этот раз что-то пошло не так.
Ему понадобились несколько дней, чтобы как-то выйти на связь со связным из Азова. После случившегося, когда полегли все его побратимы. Обращаться к израильским связным не стал. И теперь, вот уже неделю, он отсиживается в гостинице Праги, пока побратимы пытаются разобраться в ситуации.
Известно только, израильский связной пропал, перевода оставшейся суммы денег за выполненный контракт не произошло. Подобное с евреями ранее не происходило, потому и взялись за контракт. Работать с жидами тоже было мерзко, но они были надежными союзниками, единственные, кто еще не предал.
Чехи от войны НАТО и Россией особо не потеряли, зарабатывали по полной, войска не посылали, имитировали нейтралитет, а потому чувствовали себя хорошо, страна не бедствовала, работали бары, в кварталах красных фонарей все так же был ажиотаж на бывших соотечественниц Остапа, тех, которые не смогли вернуться на родину.
Были у него и любимые девочки, в прочем новеньких он тоже не пропускал. Получив деньги, он всегда сними их проматывал . Так сказать, старался поддержать бабочек в тяжелом труде.
Только это все не помогало, он просыпался каждую ночь в холодном поту, видя каждый раз, как его побратимов разрывает на куски крупнокалиберный пулемет, а потом он летит в шахту. И так по кругу.
Петро подсел на кокаин.