Жанр Киберпанк.
Автор Петрик Максим.
События протекают в России. Санкт Петербург во времена второй холодной войны.
8.Допрос пацана
Сергей неторопливо взял планшет с собранными данными. Главная его цель была понять пацана, который сейчас сидел в досмотровой капсуле посередине участка. Материала о его причастности к делу было немного, и потому стоило парня расположить к разговору. Но, судя по его виду, парень к этому готов не был.
По сути, кроме того, что он выбежал со двора незадолго после преступления, и то, что у него был полиэтиленовый сверток было единственной зацепкой. Что было в свёрке - неизвестно. Вероятней всего, это был украденный протез, хотя, доказать это нельзя, так как ни при нем ни у него дома сверток обнаружен не был.
Пацан вел себя достаточно уверенно, незаметно было и то, чтобы он паниковал. И даже наоборот вполне вальяжно откинулся на спинку кресла.
Дальше тянуть было незачем, и Андрей зашёл в капсулу.
- Здравствуйте, Дмитрий. Меня зовут Андрей Петрович.
- Привет, а хорошо у вас тут всё устроено, никогда еще не был.
Андрей демонстративно оглянулся в сторону выхода, за стенами капсулы всё кишело работой, и никто на них не обращал внимания.
- Рад что тебе нравится. Да, у нас много работы. Послушай, Дмитрий, мне нужна твоя помощь.
- Да? Курьером приглашаете поработать?
Парень дерзил, но Андрей проигнорировал укол в свою сторону, подобное поведение допрашиваемых было не редкостью, некоторые старались храбриться, выдавая тем самым свое волнение.
- Вчера ночью ты вышел со двора на Невском проспекте и спешно удалился. Вполне вероятно, что ты, кого-то там мог увидеть.
- А да, было такое. Ну понимаете, такое дело, я гулял, значит, и меня приспичило, просто терпеть уже не мог, вот и забежал во двор, там было темно, и я, как нужду справил, убежал, так вы меня за это задержали? Признаю, виноват, выпишите штраф.
Парень понимал, что говорить, ведь, камеры включились только, когда он вышел со двора. И так получается, не зафиксировали, что происходило во дворе: ни то, кто входил, ни то, что делал.
- Скажи, а что это у тебя был за полиэтиленовый сверток?
- Это? Я штатив домой нес, погода мокрая, вот в полиэтилен и завернул.
К такому объяснению придраться было сложно, и, вероятно, Дмитрий сможет доказать что у него есть дома штатив.
- Да,вероятно, штатив у тебя есть. Скажи, а откуда ты его нес?
А вот этот вопрос немного парня вывел из равновесия, и он забегал глазами, стараясь как можно быстрее найти объяснение. Но это Андрею было не нужно и он стал дожимать, не дожидаясь ответа на предыдущий вопрос.
- А ещё курьерский дрон с пиратской прошивкой, без идентификатора, и анонимизатором к подключению к спутнику. А это серьезно уже.
Андрей сел на край стола и положил перед собой папку, пристально посмотрел на подростка, который и не собирался отводить свой уверенный и наглый взгляд.
- Я думаю вот что, Дима, ты занимаешься кражами и с помощью этого дрона осуществляешь доставку покупателям.
- Я не понимаю, о чем вы говорите…
Парень ответил, даже не моргнув.
- Но дело не в этом. Ты, как только увидел полицию, сразу попытался скрыться. И дело не в том, что я не могу доказать твою причастность к кражам. Достаточно этого нелегального дрона, которых запрещено использовать , для анонимной доставки. Потому, что ты им мог доставлять и наркотики, и оружие, и много всего. И именно поэтому модифицирование дронов под такие нужды уголовно наказуемо, а это срок от полутора до двух лет, в трудовой колонии.
Дима потупил взгляд, его уверенности несколько поубавилось. Чем он дорожил, так это свободой. Но признаться в кражах он тоже не мог, что-так, что так все равно попался.
Андрей, конечно, это заметил и стал дорабатывать.
- Послушай, на самом деле мне до этого нет дела. Произошло убийство, помоги мне найти преступников , и мы забудем об инциденте. А я поставлю тебя пока на учёт.
Дима прекрасно понимал, к чему всё идёт. Следователь не выглядит мудаком, и, вероятно, не врал, и можно даже согласиться. Но страшно было другое. Те двое в галерее, Дима чувствовал, что они очень опасны и с ними дел лучше не иметь. Дима закрыл глаза и отвёл лицо в сторону. Стоит ли доверять этому мужику?
- Дима, я вижу, ты парень головастый и всё понимаешь. Послушай, мне не нужны твои письменные показания, просто расскажи, что ты видел, я оформлю тебе административку, никто не будет знать, что ты тут говорил, понимаешь? Поставлю тебя на учёт в детскую службу, будешь себя вести хорошо и отделаешься лёгким испугом.
Объяснение того, что следователь не будет ничего записывать, было слабым аргументом, он понимал, что в комнате наверняка есть камеры наблюдения. Однако, возможно, скрывать информацию было опасней, чем рассказать. Дима выпрямился и таким же твёрдым взглядом посмотрел на капитана.
- Ну хорошо, я расскажу, но не тут. Слишком много свидетелей и ушей. Если говорите правду, отпустите, и я дома всё расскажу, что видел.
- Идёт, сейчас тебя оформят, и я тебя отвезу, и поговорим.
На его лице было искреннее удивление, когда следователь мгновенно согласился его отпустить.
Андрей, вышел из капсулы и позвал сотрудников, передал указания по оформлению. И вернулся.
- Короче, тебя тут сейчас оформят, через два часа поедем. Будем штрафовать тебя за незарегистрированный дрон. Придётся его зарегистрировать.
В комнату вошла женщина с планшетом и полицейский в сопровождении патрульного робота .
9.Подруги
Поскольку все были на обеде, в мастерской было тихо, лишь звук вентиляции и работы некоторых приборов. Лариса любила такую обстановку, вспоминались те счастливые моменты из детства, когда они с отцом собирали ее первый электроцикл. Каких-то запчастей в продаже не было, и отец через друзей в армии договорился их достать.
Нет, папа не собирал его, Лариса делала практически всю работу сама. Правда, иногда, тайком от нее подтягивал гайки, она это тоже знала и была благодарна ему за заботу.
Ларисе вспомнился один из таких прекрасных дней, всё тогда казалось ярче.
- Да, Лариска, ты должна была пацаном родиться!
- Да ну тебя, папа, говоришь глупости. Ну ничего, вот когда внука тебе рожу, по-другому заговоришь.
- Ловлю тебя на слове!
Отец громко рассмеялся и крепко обнял дочь.
- Папа, я в масле, испачкаешься!
- Ерунда, рубашка уже старая. Дай подержу тебя, как долго у меня будет такая возможность, если замуж выйдешь!
Через неделю после этого папа с мамой погибли от прилета дрона. А она в тот день была с Дианой, сестрой Андрея, в кино.
Лариса, завязав фартук, присела на скамейку у кресла, на котором в полугоризонтальном положении находился робот Андрея. Если откровенно, ей не нравилось, что он назвал эту машину Дианой. Что может быть общего между этой машиной и ее подругой, которая была сердечным человеком и которая любила людей?
- Да, Андрюша, тебя совсем не бережет. Впрочем, он парень холодный у нас.
Диана сидела в кресле, откинув голову к подголовнику, в то время как ее снятая рука лежала перед Ларисой на столе, и женщина, словно хирург пинцетом отсоединяла мелкие проводки, диагностируя каждый из них на повреждение.
- Так, этот разъем нужно замен-и-и-и-ть. Этот распределитель тоже. Сейчас заменим, и будешь как новенькая.
Лариса, когда оставалась одна, постоянно говорила с собой и с машинами, которые ремонтировала, как с живыми существами. Так ее учил отец, он говорил: “...Что человек любит, то приобретает душу”. И действительно, иногда казалось, что они ей отвечали взаимностью.
- Нет, Лариса, я думаю, ты не права.
Робот повернул голову к женщине. От неожиданности та немножко удивилась, по идее Диана не должна была отвечать без обращения к ней.
- Он совсем не холодный, просто много работает… И … ответственно подходит к делу, он всегда был ответственным…
Лариса давно знала Андрея. Еще со школы, он часто приходил к ее отцу в гараж. Нет, не из-за “железа”, как он называл всю эту механику, отец же был армейским инструктором и учил Андрюшу драться. А его сестра, Диана , была хорошей подругой, с которой о многом секретничали, в том числе и о нем. И сейчас Ларисе вспомнился последний разговор с подругой, как и сейчас она сказала Диане: “ Он всегда холодный”, а та ответила теми же словами. И тем же голосом, и тем же тоном.
Робот повернул голову в сторону Ларисы, когда та смотрела на робота изумленными глазами. Совпадение ли это? Почему у нее голос Дианы? Хотя смена голоса - дело привычное.
- Лариса, а как там мой Дымок поживает.
Этот вопрос от робота буквально ошарашил. Этого котенка подруга отдала Ларисе, перед тем, как отправилась работать в госпиталь, где и погибла. И почему он сказал “мой Дымок”?
10.Протезирование
- Сергей Константинович, вы действительно возьметесь за эту операцию?
- Да? Катюша? возьмусь.
- Но ведь у нас ни у кого нет опыта с таким случаем, возможно лучше перенаправить ее в НИИ.
- Катя, у нас есть всё необходимое оборудование, не волнуйся. Операция будет сложная, но я справлюсь, готовьте пациентку.
Катерина, конечно, никогда не сомневалась в Сергее и безмерно его уважала. Сейчас дело было в другом. Стоял вопрос о его карьере, и его будущем. Будущем человека с золотыми руками. Она знала, что история с этим протезом несколько непонятная, Сергей что-то недоговаривает. Если операция пройдет успешно, то, вероятно, на это не обратят внимание. Хирург получит репутацию, больница тоже. Но если пойдут осложнения, будь то нарушение нервов, неприжившийся протез или отторжение. Тогда начнут проводить проверки, в том числе и по происхождению сустава. И если там есть какой-то след, всю вину возложат на него. Но хирурга отговорить не получилось, и она решила ему помочь. Нет, она всё сделает, что сможет.
После того, как Иру подготовили к операции, ее переместили в операционную.
- Ирина Викторовна, мы вам сделаем общий наркоз, операция будет долгой и сложной, и есть вероятность неуспешного исхода. Вы это понимаете?
Ира решительно кивнула головой, хотя чувствовала волнение, но не от самой операции. Сейчас и Сергей Константинович, и она понимали, в какую авантюру вписываются. Никто больше не знал, что происходит прямо сейчас в этой операционной.
- Ну что же, тогда приступим. Катя, вводите пациента в состояние наркоза.
Протез был полностью локтевой, а поэтому, прежде чем начать, нужно было удалить всю конечность до локтя, причем сохраняя нервы, которые потом нужно будет подсоединять к сенсорам протеза. Для этого нужно было разрезать плоть вдоль кости, до сустава, раскрыть ее, а потом вынуть кость из суставной сумки.
Спустя несколько часов приступили к этапу протезирования. Сшивать нервы нужно было микрохирургическим оборудованием. Руку девушки и пришиваемый протез поместили в устройство и зафиксировали. И теперь наступил самый сложный момент, нужные нервы нужно было подключить к нужным сенсорам и сшить, что делалось вручную манипулируя микрохирургическими инструментами. Но прежде каждый нерв проверялся на передачу сигнала в мозг. На дисплеях отображался реагируемый участок головной коры мозга, так и определялось, на что влияет нерв.
Когда все 32 нерва подключили, операция вышла в финальную стадию.
Усталость уже косила с ног, и нельзя было допустить ни малейшей ошибки. Напряжение сказывалось на концентрации, и лишь когда Сергей затянул последний шов и Катя ваткой сняла с его лба пот, он понял, что всё получилось. А еще понял , что без нее он бы не справился . Они столько лет работают вместе, девушка интуитивно знала, что и как делать, не задавая лишних вопросов . И вот сейчас она единственная всё понимала, Сергей не сомневался в ней ни на секунду.
Хирург с облегчением положил скальпель на поднос. Операция закончилась, но говорить об успехе еще рано. Такое протезирование со связыванием нервной системы с протезом Сергею Константиновичу приходилось делать только на тренажёре.
Да, хирурги уже готовились к тому, что такое протезирование будет проходить чаще, по мере внедрения технологии, но сегодня это всё ещё была редкость. Подобные протезы очень дорого стоят и выпускаются штучно, буквально на заказ. А девушка не выглядела богатой. Она была просто типичной студенткой.
Ей очень повезло получить такую хорошую модель протеза.
Хирург стоял перед умывальником, вытирая руки и лицо, и был доволен собой.
Наверное, ему стоит заявить о своих сомнениях в полицию, но делать это стоило до операции. Сейчас же снять устройства без ампутации еще части конечности будет невозможно. Почему же не подумал об этом до операции? Нет, дело было не в сострадании, через него проходит много людей, и потому отношение к полученным людьми увечьям воспринимаются уже иначе. Сочувствие остается, а вот сожаления нет. Ведь он старается делать свою работу хорошо. Иначе бы он давно сгорел, от такого количества боли, которое проходит через его руки, или превратился в мясника. Сожаление - если только не сумел человеку спасти жизнь, пожалуй это единственное. И теперь… Теперь он просто хотел сделать эту операцию, принять этот вызов, получив тот редкий шанс, который выпадает нечасто. А остальное он не будет брать на свою совесть.
Он сбрызнул пальцами воду в умывальник и вытер руки одноразовым полотенцем.
Сегодня смена уже кончилась, и кончилась хорошо. Завтра проведет диагностику, пропишет пациентке антибиотики и уколы для заживления. А сегодня можно немного отметить событие со своими ассистентами.
Ира уже давно пришла в себя. Сейчас она сидела на широком подоконнике. День казался особенно ясным, особенно нежным и волшебным. Да, ее рука на месте крепления к протезу болела и была перебинтована. Но теперь до локтя у нее был не обрубок, а рука. Ира просто сжимала и разжимала пальцы. Движения были не точными, как будто нужно было заново учиться ей управлять. Но это ерунда, такая мелочь.
Протез был красивый, под цвет фарфора, с украшенным серебристым узором на тыльной стороне ладони. Стальные суставы при движении не издавали ни звука. Только в предплечье появлялся легкий, едва заметный шум от давления гидравлики. Но самое потрясающее, на внутренней стороне ладони и на кончиках пальцев был темный, похожий на стеклоткань материал, которая передавала прикосновение к поверхности.
Она прикоснулась к стеклу и почувствовала. Почувствовала прикосновение. Это было просто касание, без ощущения холода или тепла, но касание. Чувство давно потерянное, неполноценное, чувство присутствия, ощущение жизни
Она плакала, от счастья. Хотя еще оставался риск, что протез не приживется, и тогда можно потерять руку до плеча. Но сейчас мысли были не об этом, а о том, что теперь она снова может быть полноценной. Появилась вера в будущее, надежда на счастье, которое, казалось, потерялось с момента той катастрофы.