Освободив вещевые мешки от лишнего хлама, ненужного при быстрой ходьбе, члены сборной группы, оставшиеся в живых, сообщили о полной готовности двигаться обратной дорогой. Пока остальные собирались, Бероева занималась сосредоточенным изучением топографической карты и пыталась освоить подручные предметы, необходимые при ручной навигации. Промучившись около получаса и, как не старалась, так и не разобравшись в хитрых приборах американской армии, она небрежно отбросила их подальше, оставив себе обычный компас и картографическое издание, где погибшим капитаном предусмотрительно помечался весь пройденный путь.
- Полагаю, с ними я как-нибудь разберусь, - пробормотала она, определяя, куда идти, - недаром же я, покуда училась в школе, на ежегодные слёты юных туристов ходила – вот теперь былой опыт и пригодится, - сказала еле слышную фразу, предназначенную исключительно для себя самой, а чуть громче добавила, обращаясь к оставшимся спутникам Грина: - А вы, господа хорошие, как хотели вернуться?
- Мы знаем… эти леса, - не без гордости отвечал Лайонел, - и сможем свободно всех провести.
- Что ж ты раньше-то, умный-разумный, молчал? - наигранно всплеснула руками российская сыщица. - Только лишнее время заставил терять, - и со словами, - на веди! - передала ему бумажный путеводитель.
Определившись с направляющим и поставив Уолтера в авангарде немногочисленного отряда, сама деятельная брюнетка заняла́ тыловую позицию. Распределив походные номера, она подала команду, и непродолжительный строй пошёл, избрав обратное направление. Через сотню метров Ксюше стало понятно, что в выбранном положении двигаться не очень-то и удобно, так как в первую очередь приходилось не упускать из внимания заднее направление; но Бероева была из разряда ответственных личностей, которые быстро ко всему приспосабливаются, – неудивительно, что постепенно она освоилась и с новой, несколько необычной, задачей. Во время пути трагических происшествий более не случалось, и добраться до обгорелой пещеры малочисленной группе удалось без дополнительных приключений. К наступившему моменту на улице уже изрядно стемнело, а значит, двигаться дальше не существовало никакого здравого смысла. С тем естественным углублением (где к их приходу, разумеется, всё уже основательно потушилось, а ближнего присутствия чужеродной сущности больше не ощущалось) у двоих членов пешей команды связывалось много нехороших воспоминаний, в связи с чем заночевать решили прямо на свежем воздухе, расположившись чуть в стороне от почерневшего входного отверстия. Не доверяя никому из посторонних людей, Оксана решила, что вначале на часах останется лично она, а затем её сменит профессор Рамирес. Словно по чьему-то доброму гению, за период дежурства участников экспедиции драматичного ничего не случилось.
- Очевидно, ранение оказалось серьёзным, - высказала благоразумная россиянка убедительное предположение, не слишком далёкое от сложившейся истины, - тогда, пользуясь случаем, не будем терять драгоценного времени… десять минут на сборы – и сразу в дорогу!
Перед долговременным продвижением, хочешь не хочешь, пришлось разделиться: стеснённая девушка отошла от мужской части группы и углубилась в лесную чащобу метров эдак на двадцать, пока полностью не скрылась за вековыми деревьями. Ей хватило всего лишь пары минут, чтобы отвлечься от окружающей обстановки, как (вдруг!) прямо перед миловидным лицом возникла страшная морда чудовищной сущности. Издав мощный, душещипательный крик, враждебная зверюга забрызгала Оксану омерзительными слюнями, а ещё и обдала вонючим дыханием. Немногим ранее инопланетное животное было хорошенько научено, что бесстрашная девушка способна не «потеряться» в любых, даже самых исключительных, случаях, неподдающихся никакому нормальному восприятию. Памятуя тот горький опыт, предусмотрительный недруг обхватил шестипалой лапой ствол автоматического оружия и отвёл его в правую сторону – реакция на вторжение в личное пространство оказалась мгновенной, а огневая очередь, выпущенная в небесную пустоту, лучше всяких слов выразила неприязненное отношение к непрошенному визиту…как и следует понимать, ни одна из смертоносных пуль не достигла назначенной цели. В следующий момент, действуя свободной рукой, инородное существо хватало более слабую россиянку за милую шею и чуть приподнимало над бренной землей. Что-то пробормотав на непонятном, едва ли не потустороннем наречии, адское чудовище второй конечностью, какой недавно сжимало боевой автомат, двинуло по чернявой голове оглушительной оплеухой, надолго погрузив Бероеву в бессознательную прострацию.
Остальные члены совместной команды, ставшие невольными слушателями и беспорядочной стрельбы, и жуткого крика, и грубого инопланетного говора, застыли словно дубовые пни, не двигаясь, как пораженные громом. Никто из них так и не решился стронуться с места и пойти посмотреть, что же с их хорошеньким командиром случилось.
- Может, ей надо помочь? - только и произнёс Рамирес, за время недолгого путешествия сильно привязавшийся к очаровательной россиянке.
- «Хрен» бы с ней, с беспечной «дурёхой», – пускай подыхает, - не без ненависти промолвил Бе́нджамин Грин, - Я понял – ОНО! – охотится строго за ней; да, да, я видел, как блудливый оборотень похотливо её изучает. Короче, мы с вами ему не нужны, так что воспользуемся предоставленной заминкой – спасибо «чёртовой» русской! – и поспешим отсюда скорее убраться. Пока развратное существо дотащит ее до тайного логова, мы будем уже далеко.
Учёный генетик, потупив повинную голову, покорно согласился с предательским предложением и присоединился к общему шествию, предоставив несравненной красавице сгинуть в когтистых лапах отвратительного чудовища.
Анубис, как прозвала его Ксюша, оставил пленённую жертву в живых и приковал её к сосновому дереву, закинув нежные запястья за корявый, неровный ствол и прочно связав их особыми, неземными ремнями; сам он, не удовлетворенный в кровавой алчности, отправился преследовать удирающих беглецов. Плотоядный хищник будто бы ничего не боялся и двигался прямолинейно, нисколько не опасаясь внезапной засады (оно и неудивительно, из сборной команды был изъят последний человек, способный оказать достойное сопротивление и сколько-нибудь решительное противодействие). Как и привык, он мчался по густым верхушкам хвойных деревьев, успешно перепрыгивая с одного на другое – его удивительной ловкости подивились бы даже земные мартышки. Инопланетный монстр быстро нагнал удалявшихся беглецов. Злобно усмехаясь оска́ленной пастью, чужеродное существо обогнало́ четверых мужчин и впереди, в трёхстах метрах, устроило им преднамеренную ловушку.
Не ведая о страшном подвохе, нерадивые охотники постепенно приближались к лесному расположению, где должна состояться последняя встреча с инопланетным созданием (которое ещё пару дней назад они собирались возить по американским городам и показывать в металлической клетке). Зловредное существо спряталось в неглубоком овражке, неожиданно возникшим на пути удиравших путников и преградившим им свободное шествие. Возникло зловещее чудище внезапно, появившись словно из неоткуда! Работая одними загнутыми когтями, да изредка помогая многочисленными зубами, оно рвало человеческие тела, ни разу не применяя смертоносного лазера. Поражённые появлением безжалостного врага, люди так и не успели как следует осознать, что же, собственно, сейчас происходит, и не один из них не произвёл в ответ ни единого, более или менее удачного, выстрела. Человеческие тела и их органические внутренности разлетались по всей ближайшей округе, как невесомые предметы, не имевшие определенного веса; они заливали багряной жидкостью и инопланетное существо, и благодатную почву. На всё про всё ушло не более четырёх минут. Внимательно оглядев жуткие плоды безудержной ярости, кровожадный инопланетянин подобрал мёртвое туловище мистера Грина, наиболее изо всех уцелевшее, и потащил его к лесному участку местности, где оставил незадачливую Ксюшу, прочно прикованную к нетолстому шершавому дереву.
Когда вернулось безжалостное чудовище, она так и продолжала оставаться без чувств. Хорошенько её обнюхав и доподлинно убедившись, что она, как и прежде, остаётся живой, ужасный монстр освободил безвольные руки и, удерживая покойного за ногу, а живую под мышкой, словно не ощущая дополнительной тяжести, бросилось быстро бежать, направляясь к северной части полуострова Сью́ард. Легко преодолевая и крупные речки, и мелкие ручейки, попадающиеся попутно, инопланетное существо двигалось по не раз им пройденному прямому пути. Во время недолгой дороги к Бероевой вернулось сознание, и она интенсивно затрепыхалась, пытаясь вырваться из вражеских цепких объятий. Активной девушке, не желавшей так просто сдаваться, почти удалось освободиться из твёрдой и жёсткой хватки; но тут… неземное существо, возмущенное чрезмерно кипучей энергией, резким ударом выбило из мятежного разума непокорные мысли, направленные на личное освобождение и крайне ему нежелательные.
Всё немалое расстояние скороходному чудищу, способному выдерживать среднюю километровую скорость, равную не менее ста восьмидесяти, удалось преодолеть за каких-нибудь двадцать минут. Оказавшись на крутом берегу, оно спустилось по скалистой, отвесной круче, снеся сначала бессознательное де́вичье тело, а затем изуродованный труп покойного Грина. Когда оба очутились внизу, незваный пришелец сложил их в эвакуационную капсулу (соответственно, инопланетного производства), спрятанную в естественном углублении и пришвартованную вплотную к гладкой стене. Челнок являлся небольшим, рассчитанным на присутствие всего одного пассажира, но он предусматривал грузовой, отдельный отсек, куда свободно поместились два человеческих тела. Если осматривать чужеродную технику более чем внимательно, то в представленной основе она выглядела в точности так же, как и огромный летательный аппарат, ранее обнаруженный на Северном полюсе, – вот только представлялась в гораздо уменьшенной форме. Итак, удивительное устройство отличалось идеальной, округлой формой и обозначалось чуть выпиравшим от покатого корпуса выпуклым диском, имевшим наружный диаметр, не превышавший четырёх с половиной метров; внешний край его сводился на вытянуто-приплюснутый конус, у основания позволявший наблюдать несущественные утолщения как в верхней части, так однотипно и в нижней (оказывается, это основная рабочая часть всего летательного устройства, достигавшая в ширину чуть более метра); верхняя часть наблюдалась сферической формой, и снабжалась единственным люком, и выделялась полукруглым иллюминатором; подводный низ заканчивал сферическую поверхность; невместительное нутро было напичкано всяческой диковинной электроникой, расположенной вокруг пассажирского кресла; позади имелась небольшая дверца, позволявшая попасть в невместительный трюм, предназначенный для временного хранения негабаритных грузов (как раз сюда и поместились бесчувственная девушка и истерзанный труп Бенджами́на).
Когда приготовления случились законченными, а лю́ковая крышка плотно захлопнулась, инородный пришелец с лёгкостью запустил бесшумный двигатель – и рабочая часть, быстро вращаясь вокруг основного корпуса, медленно погрузила неземной аппарат в бездонную воду. Углубившись метров на тридцать, перед плавательным средством, но и летательным кораблём, открылся тайный проход, позволявший проникнуть внутрь горной гряды и ведший в мрачную неизвестность. Пришлось двигаться около километра, прежде чем верхний свод оборвался, позволив диковинному устройству всплыть на поверхность, оказавшись в подземной, непроницаемой для белого света, пещере; по краям, у самой воды, она выделялась плоскими скалистыми выступами, целиком окружавшими водную гладь, имевшую в круглом диаметре не менее тридцати пяти метров, – на них свободно помещался живой организм, подобный человеку, ну, или же практически схожий.
Пустив в беспросветную темноту яркий световой луч, направленный прямиком с чудесного челнока, инопланетное существо за́нялось грубой выгрузкой и поочередно извлекло наружу живую Бероеву и мёртвого Грина. Как только нехитрые манипуляции посчитались полностью проведёнными, оно тут же приняло́сь утолять ненасытный голод, безжалостно разгрызая покойное туловище. В пиковый, самый отвратительный, момент очнулась Оксана. Узрев перед собою жуткую, если не тошнотворную картину, впечатлённая девушка, хотя и повидавшая всякие ужасные виды, но в сложившейся ситуации не сумевшая удержаться, активно принялась очищаться от излишней, непереваренной пищи (по-видимому, её неосознанная реакция усугублялась полученной травмой, черепно-мозговой и очень болезненной).
Пока она блевала, довольное животное спокойно вгрызалось острыми двухрядными зубками в человеческую плоть бывшего американского рейнджера, не забывая во время смачной еды бросать пытливые взгляды и разглядывать принуждённую гостью. Закончив с питательным ужином, подобревший пришелец придвинулся ближе и продолжил неотрывное изучение, шумно обнюхивая и обдавая изумительную красавицу противным дыханием. Бероева, ежели признаваться, что выглядела слишком испуганной, – это не сказать ничего! Она просто умирала от кошмарного, ни с чем не сравнимого, ужаса; её трепетное сердце колотилось так сильно, что при каждом следующем ударе готовилось взять да и выскочить из туда-сюда-обратно ходившей груди. Инстинктивно, где-то на подсознательном уровне, отстраняясь от жуткого существа, одичалая землянка интенсивно заработала обоими локтями, отползая назад. Чужеродный организм не отставал от неё ни на шаг, пока она не уперлась в прочную преграду, расположенную прямо за напряжённой спиной. Больше двигаться было некуда: справа находилась сплошная стена, слева – водная глубина́, спереди смотрели четыре огненных глаза, не излучавшие ни доброе, ни хорошее.
Дальнейшие события происходили словно в каком-то безобразном, наполненном жутью, неестественном сне: первым делом возбудившееся чудовище сорва́ло с оторопе́лой красавицы всё военное одеяние, оставив полностью голой; затем последовал акт жестокого полового насилия – он производился отвратительным инопланетным пришельцем над восхитительной земной представительницей (против инородного организма она оказалась всецело беспомощной). Без сомнения, она сопротивлялась как только могла, но бессовестное животное, значительно превосходившее в физическом плане, легко справлялось с любым проявлением активной борьбы, следовавшей со стороны очумевшей в бессильной ярости униженной сыщицы. Её пронзительные крики, взывавшие к немедленной помощи, и жалобные стоны, просившие милосердной пощады, растворялись среди подземной пещеры, наглухо скрытой от внешнего света.
Всё давно уже кончилось, но она продолжала лежать, чувствуя себя опустошённой, грязной и оскорблённой; опороченная девушка не имела желания даже пошевелится. Совершив беспрецедентный и, в то же время, ужасный поступок, удовлетворённое чудище отползло немного в сторону и наслаждалось полученным удовольствием. Молчаливая сцена продолжалась чуть более двадцати минут. Наконец заскучавшее существо не выдержало и заговорило замогильным, нечеловеческим голосом, дополнительно наполнив израненную душу ещё и сверхъестественным страхом.
- Я не понимаю, - нашла в себе силы ответить приниженная землянка.
Возмущённый монстр зло замахал когтистыми, шестипалыми лапами и быстро спрыгнул в салон спасательной капсулы. Вернулся он со странным предметом, внешне похожим на увеличенный ноутбук, единственное, управлявших клавиш на нём присутствовало гораздо меньше, представлялись они гораздо крупнее и обозначали какие-то неведомые, явно инопланетные, символы. Раскрыв чудодейственный аппарат, инородный пришелец нажал боковую красную кнопку, и на плоском экране появилось неприятное изображение такой же в точности морды, какая виделась у него; она крутилась из стороны в сторону, то приближаясь, то удаляясь обратно. Поуспокоившееся животное вновь повторило неясную фразу, озвученную минутой ранее. Внеземной ретранслятор повторил на чистом русском наречии:
- Я Ху́драк Да́нк. Мне выпала честь являться преступником межгалактического масштаба. Я собираюсь поселиться на вашей планете – приемлемые условия мне в общем подходят.
- Стесняюсь спросить, - не прекращая испытывать неуёмные чувства де́вичьего стыда и болевых ощущений, Оксана всё-таки не удержалась от ироничной усмешки, - а наше мнение тебе как, совсем, что ли, безынтересно? Может, мы вообще не хотим быть твоими «диковинными игрушками», а заодно и идти тебе в сытную пищу?
- Мне безразлично, - переводил удивительный разговорник, - главное, мне хорошо, а остальное меня не касается: не для того я бежал в чужую систему, чтобы и тут отказывать себе в маленьких удовольствиях. Касаясь моей криминальной личности, в запредельном Мире я приговаривался к смертной казни во многих галактиках – и вот в один прекрасный момент им все же удалось меня предательски выследить. Жизнь моя повисла на тоненьком волоске, на одной малюсенькой «липочке»; но… они, видно, плохо успели меня распознать: в последний миг мне удалось ловко подменить собой командира разведывательного межзвёздного корабля – благо мы с ним оказались очень похожи – и скрыться у вас, в отдалённой части бескрайней Вселенной.
- Значит, ты погубил тех троих бедолаг, что упали на Северный полюс? - осенила Бероеву невероятная мысль. - Ты их всех уничтожил, а сам спокойно сбежал?
- Мне пришлось, - не стал Худрак отрицать бесславного вероломства, - они бы не согласились с моими прямыми намерениями… Тебя, наверное, заинтересуют их настоящие цели? - он внимательно посмотрел на воспрянувшую девушку и после утвердительного кивка снова возобновился: - В задачу первоначальных экспедиций входит информационная разведка, не предусматривающая вступления в визуальный контакт с существующими инопланетными формами; другими словами, они собирают первичные сведения о разнообразных жизненных формах, чтобы иметь общее представление об устройстве внешнего Мира. Я говорю о малом, чтобы быть кратким. Рассуждая про себя, я преследую совсем иные – сугубо личные и исключительно мне выгодные! – желания. Покорители дальнего космоса, они офицеры ответственные, поэтому волей-неволей пришлось отравить их удушливым газом. Однако я слишком поздно понял, что в одиночку посадить корабль не сумею. Мне экстренно пришлось катапультироваться, воспользовавшись вон той спасательной капсулой, - он кивнул на застывшей на ровной воде чудно́й аппарат - Но это был не самый худой конец постигшим меня злым испытаниям. Так вышло, что лётный челнок приземлился недалеко от упавшей межгалактической станции; он приводнился в студёный океан и неудачно застрял между сковавшими льдами.
- И как же ты впоследствии выбрался, - следуя профессиональным качествам, не упускала Оксана хорошего шанса докопаться до истины, - ведь у тебя же не ледокол?
- Спорить не буду, - отвечал инопланетный пришелец, - я и сам подумал, что попал в безвыходную ловушку, из которой навряд ли когда получится выбраться; мне даже пришлось погружаться в состояние кратковременной эвтаназии, чтобы сохранить основную жизнеспособность телесного организма, мною, между прочим, очень любимого. Очнулся я не ранее, чем заклиненный челнок неторопливо задвигался, подхваченный дрейфовавшими льдами; лучами весеннего солнца они отсоединились от общей массы полярного льда. Постепенно, всё более углубляясь в тёплые воды, ледовый плен становился гораздо слабее, и в один из наиболее благоприятных моментов я пустил небольшое судёнышко в свободное плавание. Со временем мне посчастливилось приблизиться к скалистому берегу и отыскать здесь потайную пещерку, очень удобную, для того чтобы, не привлекая постороннего глаза, в ней временно поселиться.
- Действительно, устроился ты неплохо, - одарила Бероева безобразного собеседника взглядом, полным подчёркнутого презрения, - прячешься тут, скрываешься, устраиваешь кровавые набеги на беззащитных людей, грабишь их малые поселения, а разоряя и уничтожая разумных существ, употребляешь их в качестве самой обыденной пищи – разве тебе не «проти́вит»?
- Нет, - честно признался звероподобный «инопланетник», глядя, как Оксану передернуло от одной омерзительной мысли, связанной с поеданием освежёванной человечины, - у вас вкусные, а ещё и питательные тела, лучшие из всех, что мне когда-нибудь доводилось пробовать. Сначала я, конечно, пытался питаться простыми животными; но, поверь, раз попробовав подобных тебе обитателей – от их сладкого мяса отказаться уже не получиться!
- Спасибо за оказанную высокую честь, - съязвила Оксана, а следом, интересуясь, спросила, желая прояснить и личную, незавидную будущность: - А зачем тебе я? Только затем, чтобы отправлять растле́нную плотскую похоть, или же, вдоволь наигравшись, ты тоже меня сожрёшь, как и всех остальных?
- Нет! - наполнил инородный пришелец пещерное пространство безудержным хохотом. - Ты мне нужна для продолжения преступного рода. Говоря простым, человеческим, языком, мы создадим на благодатной, животворной планете маленькую колонию, а коренное население постепенно превратим в почитающих нас покорных рабов. Я давно уже за тобой приглядываю – с того самого дня, как только ты здесь появилась. Сопоставив бойцовские и внешние качества, считаю, ты вполне подойдешь, чтобы стать натуральной матерью моим новоро́жденным деткам. Не ухмыляйся, - отреагировал он на брезгливую мимику, само собой возникшую у Оксаны, - организмы наши хотя в физиологической основе и разные, но способны легко подстроиться друг под друга.
- Да?.. Точно?! Ну, а как же, «блин», я?! - не удержалась Бероева от злобного, наполненного душевной болью, вопроса. - Моё-то мнение тебе и вовсе не интересно?! Может, я совсем не желаю становиться твоей суррогатной роже́ницей?! Как тебе неожиданный, непродуманный поворот, или что ты мне на это ответишь? Как не сказали бы в том знаменитом советском фильме…
- У тебя просто нет альтернативного выбора, - перевел бездушный аппарат грубое изречение чужеродного организма.
