Надя была на похоронах будто на иголках. Всё подвоха ждала. По сторонам смотрела. Но были все свои. Даже сослуживцев зрительно помнила.
Из родни мало кто. Не было у них, считай, никого. Дедушка с бабушкой рано поумирали, с обеих сторон. В деревне, правда, родная сестра мамы жила, тётя Света.
Здесь, в городе, двоюродные брат и сестра соизволили прийти. При жизни-то мало общались. И Надя понимала почему. Характер у мамы тяжёлым был. Не любила сантиментов, пустых разговоров и лицемерия. Говорила всегда прямо, жёстко и по существу.
Мало кто любил её за это. А когда с отцом развелась, то и вовсе родственные связи признавать перестала.
Говорила, бывало, всё Наде, что родственникам палец в рот не клади — по локоть откусят. Вот и не зналась ни с кем по долгу своей службы.
Посматривала Надя исподтишка и на начальника следственного отдела. Рогозин Станислав Сергеевич. Крепкий мужик, коренастый. Залысины по бокам, лоб широкий, большой. Взгляд серых глаз цепкий, проницательный.
Речь свою он громко говорил. Заслуги Тарасовой Нины Григорьевны перечислил. Добавил, что такого порядочного и ответственного человека в их команде будет очень не хватать.
В толпе внезапно раздался чей-то смешок. Надя услышала, впилась глазами в сослуживцев. Но так и не нашла того, кто мог не сдержаться. Каждый стоял, опустив голову. Только тут же пришла мысль в голову девушки, что имелись у матери на работе свои недоброжелатели.
После того как была брошена последняя горсть земли, стал накрапывать дождик.
— Значит, не такой уж и плохой была Нина, раз погода по ней плачет — вздохнула двоюродная сестра Алевтина Петровна, поправив концы траурного платка — пойдём, Надя, помянем мамку твою. Отец то, гляжу, так и не приехал? Не смог, видать.
Надя, бросив последний прощальный взгляд на свежий холмик, усыпанный цветами и венками, пошла следом за двоюродной тёткой.
— Не дозвонилась я ему. Может, уехали куда — коротко ответила она. Вчера об этом речь как-то не заходила, поэтому сейчас она тётке сообщила всю правду.
— Не дозвонилась — передразнила Алевтина Петровна — номер телефона теперь сменил, как пить дать. Уж больно жинка его вторая, стерва та ещё.
Надя молча слушала сварливую тётушку, думая о своём. Без мамы тяжело будет. Строгая, властная, но мама всё-таки. Другой не будет. Бывали и задушевные разговоры меж ними. Редко, правда.
Поминки в кабаке устроили. Так начальник следствия распорядился. Надя ещё от мамы краем уха слышала, что милиция этот кабак крышует уже давно.
Все, кто был, на специальном автобусе поехали. Надя с Алевтиной Петровной пешком решили пройтись от кладбища. Они всё равно будто чужие были на похоронах. Все расходы на себя Рогозин взял. Странно даже. И подозрительно.
Наде сейчас вообще всё подозрительно было. Даже медленно приехавшие мимо них "Жигули" красного цвета.
Она вспомнила, что телефон так и не включила. Вдруг папка звонил? Или Артём?
— Я прямо после поминок уеду, Надюшка. У меня путёвка в санаторий горит. Извини уж. Я же не знала, что с мамкой твоей беда такая случится. Ты давай тоже тут не сиди. К отцу поезжай, теперь он пускай заботится о тебе, и с мымрой его там построже будь. Спуску не давай. И вообще никому не позволяй помыкать тобой. С матери пример бери. Ей с таким характером самое место в милиции было. Жаль, пожила недолго. Что хоть в заключении-то написали? Сердце?
Надя рассеянно кивнула, наблюдая за машиной. Она притормозила на углу. Из салона не выходил никто, и девушка всей кожей почувствовала, что за ней наблюдают.
— Не беспокойся, тёть Аль. Я к отцу поеду, да — упавшим голосом произнесла Надя, вспомнив, что её сегодня будут ждать. Только с чем? Она даже не знает, что и где искать?
***
Артём еле отработал смену. Да ещё опоздал. Будильник забыл завести, а мать как специально будить не стала, прогнав отца без него.
Он же заработанные деньги на свадьбу с Надей копит, чтобы после армии сразу жениться на ней. Как ученик, конечно, мало получает, но главное — копилка потихоньку пополняется.
— Слышал, Тарасова Нина Григорьевна кони двинула?
Вместе с ним к проходной спешил Пашка из соседнего цеха. Он чуть постарше был и на заводе давно работал уже. А с Артёмом они вместе порой в «курилке» сталкивались.
— Да кто тебе сказал такую чушь? — не поверил Артём и оглянулся. Отец, еле передвигая ногами, шёл следом, отстав на приличное расстояние. Старый он стал совсем.
— Да брат у меня в кабаке ментовском подрабатывает. Сегодня поминки там теперь были. В городе у нас об этом молчок. Дело, я так думаю, потому что тёмное и менты не афишируют. Но всё равно слух просочился, что прям на работе следачка преставилась. Дело она какое-то криминальное вела и в тот момент допрашивала одного авторитета. Только из допросной её труп вынесли. Что, как — тишина.
Артём нервно прикурил, волосы взъерошил. Почему он не в курсе? Надюшка там с ума теперь сходит! А он ни сном ни духом. Жених называется! Защита и опора.
Мать, наверное, специально не сообщила ему. Ведь Надя наверняка звонила!
— Ну, будь здоров. Спасибо, что сказал — Артём пожал Пашке руку, прощаясь возле проходной, и нетерпеливо стал поджидать отца. Домой он не пойдёт, прямиком к Надюшке отправится.
— Чего насупился? — Борис Васильевич кивнул вахтёру и приблизился к сыну.
— Ты знал про Нину Григорьевну? Оказывается, умерла позавчера, сегодня похоронили. Почему мне никто из вас не сказал, отец?
Борис Васильевич растерялся. Жена ему сказала, конечно же. Но приказала в категоричном тоне помалкивать. Сама она, мол, Артёму расскажет. Видать, промолчала.
— Молчишь? Матери передай, что ночевать не приду. У Нади буду. Ей моя поддержка сейчас нужнее.
И больше ни слова не сказав отцу, Артём отправился в противоположную сторону от их остановки.
— М-да ... Дела — протянул Борис Васильевич, почесав свою лысину. В одиночестве он добрёл до остановки, заранее зная, что Аннушке совсем не понравится то, что Артём не явится сегодня домой.
***
— Ну папа! — капризно топнула ногой Алиса — я не хочу унижаться перед каким-то слесарем с твоего завода!
— Будешь унижаться. Он тебе, дуре, жизнь спас, рискуя собой. Охранник и вахтёр с проходной всё видели. Ты же в бетонное ограждение на полной скорости неслась, а парень этот, рискуя собой, выскочил тебе навстречу. Так что завтра же поедешь со мной на завод и как следует своего спасителя отблагодаришь.
Тон голоса Шатилова Аркадия Валерьевича был жёстким. А взгляд тяжёлым. В долгу он оставаться не любил и завтра же вызовет к себе Артёма Смолина. В эти дни у него времени не было. Кое-какие вопросы порешать нужно было.
— Ну и пожалуйста! — Алиса психанула. Она толком и не поняла в тот вечер, что случилось. Пьяна была вдрызг, потому что с парнем своим рассталась. Узнала о его неверности. Умирать она не собиралась, будучи молодой, красивой и обеспеченной девушкой. А вот попугать немного хотела. Ну скорость не рассчитала, с кем не бывает?
Всех последствий своего поступка взбалмошная Алиса Шатилова не представляла, а потому и благодарить она никого не собиралась завтра.
На завод поедет, конечно же. Но с другой целью.
Автор: Ирина Шестакова