Вообще-то это статья от 01 января. Ну написато было тада. Я с некоторым смущением посмотрел в календарь…
А нет – всё в порядке! Наступил «следующий день после Нового года» – самый таинственный день в году!
Патамушта:
НИКТО НЕ ЗНАЕТ, КОГДА ОН НАСТУПИТ!
Обычно оно как? 31-е, магазин, хлопоты, «Олег, вынеси мусор!», «Олег, почисть картошку! Кому сказала: картошку! А не «ща, покурю только», салатики, скатёрка, «Тиха! Путин поздравляет!», куранты, «Пейдодна, пейдодна, пейдодна! К нам приехал, к нам приехал Ктототам Ктототамыч – да-ра-гой!», голубой огонёк, ещё по писяшечке, потом ещё, потом под горяченькое, потом вместо горяченького, потом под заливное, потом: «Отдай пузырь, я требую продолжения банкета!», потом: «А када наканес Путин будет пздрвлть? Он что? Ниувжаитмня, ик?», потом: «А поедмьтвнмра!»...
Праздник наступил! Ого-го!!! «Ты хочешь встать и взлететь, а удаётся только пукнуть и лечь». Потом всё резко тухнет. То ли пятнадцатый стопарь (после сакрального: «Да тебе уже хватит!») тебя вырубает «в ноль», то ли скалка любимой жены.
Как всегда окончание праздника кроется во мраке таинственной неизвестности.
Так же, как и события глубокого, додетсадовского детства, – ты узнаёшь о минувшем только по рассказам очевидцев. Там, в этих рассказах, ты тоже агукаешь, сучишь ножками, тоже чего-то хочешь и орёшь, но тебя снова никто не может понять. Кушать? Нет? Конфетку? Тоже нет? Описался? Да нет, сухой. ВодИчки попить? Ах, вОдочки выпить... А вот кому а-та-та сейчас!
Только почему-то никто уже не умиляется, а наоборот – делают укоряющее лицо и смотрят осуждательным взглядом: «Эх, ты! Зачем же ты так с Дедом Морозом? Как это: «Перепутал со Снегурочкой…»? Что значит «на ощупь не отличишь»? Чего ты у него щупал?»
Но всё это, рассказы, осуждательные взгляды, административные протоколы – потом. А пока наступает зыбкий туман и видения. В тумане что-то плавает, кто-то приходит, ты куда-то приходишь, там всё время эхом звучит странный девиз: «Ну! Давай за Новый год!». Ты слышишь голоса, они говорят странные и смешные вещи: «Осторожно! Сюда ложи! Я знаю, что нет такого слова, но и такого тела – тоже нет. И носки с него снимите! Что значит: «Пусть в носках спит»? Снимите, говорю – он в носках храпит. Не знаю почему – физиология такая…»
И вот только потом наступает ОН!
«Следующий» день. Ты осторожно открываешь глаза… А вокруг – тишина. Нет звона, гомона, хохота. Ты осторожно оглядываешь окрестности, и иногда тебе даже везёт – ты всё-таки дома!
Хотя это как посмотреть: «везёт»… или совсем даже и нет.
Итак: ты дома, вокруг тихо, можно предположить, что всё же Новый год наступил. Но для вящей уверенности ты берёшь телефон. Экран телефона вспыхивает неожиданно пронзительно-ярким светом, и этот луч пронзает тебя, как лазером, до самой… насквозь пронзает он тебя!
– Блин! Ну как так-то! Опять??? Почему уже шестое число? – думаешь ты в расстройстве.
– Девятое.
– Что «девятое»? – оказывается ты думаешь про себя, но вслух.
– Число девятое, – раздаётся приятный голос, но с неприятными и весьма многообещающими интонациями.
– Как девятое? Быть не может! Вон, написано же на экране: шестое! Чо? Шестидесятое число? Шесть, ноль – не понял. Телефон поломался? Или календарь?
– Ничего не поломалось. Кроме тобой уже поломанного. Ты телефон вверх тормашками держишь.
Ты с опаской и очень нехотя переворачиваешь экран… а он вообще ничего не показывает! А, нет – это я тыльной стороной его. А если так? Блин, да что ж ты так ярко-то? Во все пиксели мне прямо в глаз! Больно же!
Точно… Ноль девятое число, ноль первого месяца. Ну ёлки-палки!
Так наступает «следующий день после Нового года». Единственный день в году, где для каждого – своё число.
Я знавал людей, у которых «следующим днём» был февраль…
