Предыдущая часть: Подорванное доверие. Часть 7.
Через двадцать четыре часа, на защищённый канал связи Кирилла, пришёл отчёт Артёма. Отчёт был лаконичен и ужасен. «Сибирь-Стройинвест» был связан, через подставных лиц, с сетью фирм, которые фигурировали в делах о заказных убийствах и крупных хищениях в других регионах. Бенефициаром значилась теневая фигура, известная под кличкой «Бухгалтер», давно разыскиваемая за создание финансовых пирамид. А Андрей Викторович, скромный и эффективный менеджер, оказался двоюродным братом одного из лидеров межрегиональной ОПГ, сидевшего на контрабанде и отмыве денег через госзаказы. Более того, в прошлом году уголовное дело против этой группировки было неожиданно прекращено за отсутствием состава преступления. Ходили слухи о гигантских взятках на самом верху областной прокуратуры. Теперь картина была полной. Это была не просто коррупционная схема, а отлаженный канал для отмыва криминальных денег и вывода колоссальных средств из легального бизнеса. А Андрей Викторович был засланным казачком на самом верху.
Кирилл, убедившись, что охранники, знавшие его в лицо и знавшие, что это он освободил Ивана и спрятал того с женой, исчезли. Но он всё рано действовал очень осторожно. Он не стал поднимать шум, а, под видом плановой проверки документов по логистике, получил доступ к серверам отдела капитального строительства. С помощью одного из своих людей, бывшего IT-специалиста ФСБ, сделал зеркальные копии всех электронных документов по терминалу, включая переписку и черновые сметы. Доказательства копились.
Но система почуяла угрозу. Через три дня к Кириллу в кабинет нагрянул сам Александр Петрович. Он был вежлив, улыбчив и смертельно опасен. Сказал:
- Кирилл Николаевич! Работаете без устали, это похвально. Но, знаете, есть тонкая грань между рвением и излишней назойливостью. Стройка терминала - это проект стратегический. Любое необоснованное вмешательство может сорвать сроки, а это миллионные убытки. Игнат Фёдорович этого не оценит, когда вернётся.
- Я просто выполняю свои обязанности по контролю за расходованием средств. Выявлены некоторые нестыковки. Хотел бы задать несколько вопросов вашим подрядчикам.
- Нестыковки? Их разберут профильные специалисты. А вам я советую сосредоточиться на текущих вопросах УЭБ. Кстати, слышал, у вас дочка учится в университете? Престижный вуз. Хорошо бы, чтобы ничто не омрачало её будущее. Или ваше новое начинание здесь.
Угроза была прозрачной. Кирилл понял, что время на исходе. Он попытался выйти на Игната Фёдоровича, но его мобильный упорно не отвечал. Охрана на месте его отдыха сообщила, что директор ушёл в многодневный поход по берегу Байкала и недоступен.
И тогда Кирилл принял отчаянное решение. Если нельзя ударить сверху, нужно ударить снизу, так, чтобы шум стал слишком громким, чтобы его можно было замять. Он знал, что в ближайшие дни должен пройти очередной гигантский платёж подрядчику. Деньги должны были уйти через один из банков-партнёров.
Используя связи Анны Ильиничны в банковской сфере, он вышел на честного начальника отдела финансового мониторинга того самого банка. Рискуя карьерой, тот согласился помочь. Платёжное поручение было подготовлено. И в момент его проведения, по сигналу Кирилла, банк заморозил транзакцию, запустив внутреннюю проверку на предмет противодействия легализации преступных доходов. Это была бомба замедленного действия в финансовом мире.
Александр Петрович взбеленился. Давление на Кирилла усилилось. На него завели служебную проверку за злоупотребление полномочиями и срыв стратегического проекта. Его отстранили от должности. В его кабинет и квартиру в общежитии попытались проникнуть для изъятия служебных документов, но всё самое важное было уже надежно спрятано в цифровом и физическом сейфах, доступ к которым знали только он и Игнат Фёдорович.
Наступили самые напряжённые дни. Кирилл, формально отстранённый, находился под негласным наблюдением. Он понимал, что, если Игнат Фёдорович не вернётся в ближайшие дни, его могут просто убрать с дороги. «Несчастный случай» на огромном, опасном комбинате устроить было проще простого.
На пятый день отстранения, поздно вечером, на его личный, никому не известный в городе номер пришло СМС с неизвестного номера:
- Завтра в 10:00, причал №3, рыбацкая деревня Листвянка. Будь там. Один. И.Ф.
Сердце заколотилось. Игнат Фёдорович. Он вернулся и выбрал для встречи нейтральную, удалённую территорию. Утром Кирилл, оторвавшись от хвоста, на арендованной машине поехал к Байкалу. Морозный туман стелился над незамерзающей водой. На причале, кутаясь в тулуп, стоял Игнат Фёдорович. Рядом с ним - два незнакомых человека в простой, но дорогой одежде, с внимательными глазами. Генеральный директор сказал:
- Кирилл. Рассказывай всё. И показывай.
Полтора часа Кирилл излагал суть дела, подкрепляя слова документами из папки Анны Ильиничны, отчётом Артёма и цифровыми копиями с сервера. Лицо Игната Фёдоровича становилось всё мрачнее. Когда Кирилл закончил, наступила тишина, нарушаемая только криком чаек. Потом директор обернулся к одному из своих спутников:
- Алексей, всё ясно.
Тот, пожилой, с умным, усталым лицом, кивнул и ответил:
- Более чем. Материалов достаточно для возбуждения дела. И для ареста. Только уровень высок, потребуется санкция из Москвы.
- Она у вас будет к вечеру. Я уже связался. Здесь замешаны не только мои замы, но и люди в областной администрации и прокуратуре. Поэтому мы действуем тихо и быстро.
Игнат Фёдорович. Обращаясь к Кириллу, сказал:
- А ты прямо отсюда едешь в домик к Ивану и Анне и сидишь там, пока я не дам отмашку. На тебя открыли охоту. И вообще, ты сделал невозможное. Держал удар один. Теперь моя очередь.
Когда Кирилл приехал в домик, где прятались Иван и Анна, он встретил там и Артёма. Спросил:
- И что ты тут делаешь?
- Не поверишь, я тут в командировке. Маша тоже рвалась ехать, но Владимир ей не разрешил.
- И кто он ей?
- Он начальник её отдела.
- Агент и куратор работают вместе?
- Так. Но ты не поверишь, Володька тоже здесь. В городе.
- И зачем вас привлекли?
- Ты даже представить себе не можешь, каков размах операции. Дочку твою спрятали, на всякий случай.
Была проведена операция по задержанию. Группа бойцов ФСБ и собственной службы безопасности холдинга под личным руководством вошла в кабинет Александра Петровича, в офисы «Сибирь-Стройинвеста» и в квартиры нескольких высокопоставленных чиновников. Застигнутые врасплох, они даже не успели оказать сопротивление. Деньги на счетах были арестованы, стройка терминала заморожена.
На комбинате был шок, затем чувство очищения. Игнат Фёдорович, вернувшись в свой кабинет, первым делом восстановил Кирилла в должности, собрал коллектив на собрание и публично поблагодарил Кирилла, Анну, Ивана. Объявил он и о глубоком аудите всех крупных проектов.
Через неделю Кирилл снова стоял в кабинете директора. Дело было закончено, преступная сеть разгромлена. Игнат Фёдорович выглядел постаревшим, но спокойным. Сказал:
- Вот и всё, Кирилл Николаевич. Комбинат чист. Теперь можно и работать. А ты, что планируешь делать? Останешься? Место начальника УЭБ теперь по праву твоё.
Кирилл посмотрел в окно, на выпавший снег. Здесь он обрёл новую жизнь, уважение, дело. Но в душе по-прежнему зияла пустота. Ответил:
- Не знаю, Игнат Фёдорович. Нужно разобраться со старой жизнью. Съездить домой. Встретиться с дочерью. Да и сын в отпуск должен приехать.
Директор понимающе кивнул и сказал:
- Поезжай. Место твоё будет ждать. Ты здесь теперь не просто сотрудник. Ты - часть этого завода. Но помни, иногда, чтобы построить что-то новое, нужно сначала разобрать завалы в старой крепости. Удачи тебе.
Вечером того же дня Кирилл купил билет на самолёт и предварительно созвонился с Артёмом. Попросил:
- Ты приютишь меня на недельку?
- А чего не в свой дом селишься? Машка, она в области квартиру снимает.
- Не знаю, я к детям лечу.
Да, он летел не в гости. Он летел на войну, войну за своё прошлое и, возможно, за будущее. За шумом реактивных двигателей ему чудился голос дочери и тихий шёпот жены, которую он всё ещё не мог простить, но и забыть тоже. Впереди был тяжёлый разговор, а может, и не один. Но теперь у него за спиной была не только боль утраты, но и твёрдая почва нового опыта, новой силы и понимания, что даже из самого глубокого омута можно выйти на свет, если есть за что бороться. Были и другие цели этой поездки.
Самолёт приземлился в знакомом аэропорту. Воздух здесь был другим - не сибирским, колючим и металлическим, а мягким, влажным, пахнущим прелой листвой и дымком из труб частного сектора. Кирилл шёл по перрону с одним небольшим рюкзаком. Он не стал предупреждать о дате приезда ни детей, ни Артёма. Нужно было сначала увидеть всё своими глазами. Оценить обстановку.
Он взял такси и сразу поехал в свой районный центр. Машина мчалась по знакомой дороге, мелькали поля, перелески, потом первые дома. Сердце сжималось с каждым поворотом. Он смотрел на улицы, по которым когда-то ездил с работы домой, где гулял с Катей, куда бегал за хлебом по просьбе Маши. Всё было тем же, и всё было чужим.
Такси остановилось у их дома. Двухэтажный коттедж, построенный общими усилиями, выглядел ухоженным, но каким-то безжизненным. На окнах не было привычных цветов, которые так любила разводить Маша. Кирилл расплатился с водителем, взял рюкзак и долго стоял у калитки, не решаясь войти. Он заметил следы шин на подъездной дорожке, машины здесь бывали недавно.
Наконец, он толкнул калитку. Она была не заперта. Тихий скрип вызвал у него прилив ностальгической боли. Двор был чистым, аккуратным, но пустым. Он подошёл к двери, достал ключ. Старый, родной ключ. Вставил его в замок с замиранием сердца. Щёлкнуло. Дверь открылась.
В прихожей пахло свежевымытыми полами и чуть уловимым, знакомым ароматом духов Маши, тех самых, которые она любила. Его охватило странное чувство: будто он вернулся из долгой командировки, и сейчас из гостиной выбегут дети, а с кухни донесётся её голос:
- Кирюш, это ты?
Тишина. Он прошёл в гостиную. Всё было на своих местах: диван, кресло, книжные полки, семейные фотографии на стене. На одной из них они все вместе: он, Маша, маленькие Костя и Катя на море. Он смотрел на своё улыбающееся лицо на той фотографии и не узнавал себя. Вдруг из кухни донёсся лёгкий звук - падение ложки. Кирилл насторожился, инстинктивно приняв стойку. Из кухни вышла Маша.
Она стояла в дверном проёме, замершая, с широко раскрытыми глазами. В руке у неё было полотенце для посуды. Она выглядела другой. Похудевшей, осунувшейся, с тёмными кругами под глазами, но в её взгляде была та же сила, что и раньше. На ней были простые джинсы и футболка, волосы собраны в небрежный хвост. Она не ждала его. Сказала:
- Кирилл?!
Он не мог вымолвить ни слова. Годы обиды, гнева, тоски и той ледяной пустоты, что он взращивал в себе все эти месяцы, столкнулись с простой реальностью её присутствия. Она была здесь. В их доме.
- Я прибраться приехала. Катя сказала, что ты, возможно, вернёшься. Я хотела, чтобы дома было чисто.
- Где дети?
- Костя в пути. Его отпуск с завтрашнего дня. Он выезжал ночью. Катя в университете, на занятиях. Она знает, что я здесь, но она не хотела с мной встречаться. Сказала, что придёт, когда ты будешь.
Предыдущая часть: Подорванное доверие. Часть 7.
Продолжение : Подорванное доверие. Часть 9. Окончание.
Если заметили опечатку/ошибку, пишите автору. Внесу необходимые правки. Буду благодарен за ваши оценки и комментарии! Спасибо.
Фотографии взяты из банка бесплатных изображений: https://pixabay.com и из других интернет-источников, находящихся в свободном доступе, а также используются личные фото автора.
Другие работы автора:
- за 2023 год: Навигатор 2023
- за 2024-2025-2026 год: Навигатор 2024
- подборка работ за 2020-2025 год: Мои детективы