Евгения Смурыгина. Дефицит. Как в СССР доставали то, что невозможно было достать. 16+
#мемуары
Период 1960-1990-х годов часто называют «эпохой застоя» — это времена тотального дефицита, выдачи продуктов по талонам, очередей. Давайте вместе с автором книги посмотрим, насколько же были сложны те годы.
Передо мной книга с воспоминаниями актёров и режиссёров, чья юность пришлась на советский период. Автор разговаривала с ровесниками своего отца, слушала истории, и их накопилось так много, что всё это перетекло в книгу. Речь пойдёт не только о пресловутых джинсах, о которых тогда мечтал каждый, но и об эмоциях и желаниях того времени и способах их исполнения.
В книге 26 рассказов от популярных людей того времени. Истории про то, как доставали, обменивали, перекупали и перепродавали, пытаясь получить то, что хотелось или было нужным, как водили дружбу с нужными людьми и налаживали связи. А еще о том, как отличался советский мир от заграницы, и каким образом провозили через границы и таможни вещи. Хочу отметить важную деталь: все рассказчики вспоминали это время с теплотой и юмором. Достали вещь — отлично, не достали — ну и ладно, проживём и без неё. Никаких жалоб и уныния.
Попробуй я сейчас объяснить ребёнку, что такое дефицит, я бы просто потеряла время. А для детей тех времён это было нормой. Надо отстоять очередь за хлебом и за картошкой и не потерять очередь вон за тем углом: там вроде выбросили бананы. Кстати, слово «выбросили» встречается часто и режет глаз. Возможно, потому, что для меня это прямая ассоциация с мусором, а не чем-то нужным.
Запомнилось несколько рассказов. Юрий Стоянов вспоминал, как его после гастролей в Японию вызвали на партсобрание и отчитали за то, что он ... съел мороженое! Вместо покупки какого-нибудь сувенира на родину! А он молчал, что в одиночку, нарушая все правила, сходил на концерт Майкла Джексона, да ещё и в Киото умудрился побывать.
Владимир Грамматиков рассказывает, что нужно было сдать 20 кг макулатуры, чтобы купить книгу: выдавался талон, по нему можно было купить Майна Рида или Толстого. Но самым важным и дефицитным был самиздат, перепечатанный на машинке. Такие штуки ходили по рукам и давались строго на ночь — утром нужно было вернуть.
«Дефицит» достаточно легко читается, и в процессе то и дело ахаешь: «Да ладно!» Я вот, например, застала эту эпоху уже в конце, толком и не знаю, как обстояли дела в моей семье, и опираюсь только на рассказы родителей. Да, они тоже упоминают очереди и что постоянно нужно было куда-то ехать: ведь то, что разобрали в городе, вполне могло остаться в ближнем посёлке.
Я думаю, что книга понравится многим: и тем, кто любит погружаться в воспоминания, и тем, кто изучает историю нашей страны, и даже тем, кто хочет лучше понять старшее поколение. На самом деле, после прочтения начинаешь иначе смотреть на привычки взрослых, например, на покупки про запас. Поэтому я хочу дать почитать эту книгу маме. Думаю, нам с ней будет что обсудить.
