С 2026 года в России вступило в силу новое налоговое правило: операции с банковскими картами перестали быть льготными и начали облагаться налогом на добавленную стоимость (НДС) по ставке 22%. Льгота действовала с 2006 года. Соответствующее решение Минфина поддержала Госдума, несмотря на замечания ЦБ. По мнению властей, отмена льготы может добавить бюджету порядка 30 млрд руб. в год. Для владельцев карт, бизнеса и банков эта мера означает изменение тарифов, себестоимости и части привычных моделей оплаты. Как работает новый налог и что его введение значит для простых россиян — в материале «Постньюс».
На что именно ввели НДС?
Отмена льготы меняет налоговый режим сразу для нескольких ключевых звеньев банковской инфраструктуры. Под НДС с 1 января 2026 года подпадают комиссии за эквайринг, процессинг и взаимно-обменный сбор (interchange fee). При этом налог взимается не со всей суммы платежа покупателя, а только с размера комиссии.
Профессор Финансового университета при правительстве РФ Александр Цыганов в беседе с «Постньюс» подчеркнул, что вокруг нового налога сформировалось несколько неверных представлений. Главная — будто бы государство будет взимать 22% НДС со всей суммы каждой транзакции по карте. По словам эксперта, это не соответствует действительности: «Самая главная страшилка, которая абсолютная неправда, — что с каждой транзакции будут 22% брать. Конечно, это не так».
Цыганов напомнил, что любая электронная транзакция включает комиссии. В повседневных ситуациях потребитель сталкивается с ними напрямую, например, при снятии наличных в чужом банкомате или при пополнении счета. Есть и скрытые комиссии, которые оплачивает продавец, а затем частично компенсирует за счет цены товара.
В этот механизм встроены и популярные бонусные продукты — от кешбэков до премиальных программ банков. «Когда речь идет об электронной транзакции, взимается определенная денежка за ее проведение. Это кешбэк, который мы ожидаем при оплате картой. И этот кешбэк не из пустоты рождается, он появляется в том числе как доля от этой комиссии», — сказал эксперт.
Комиссия за эквайринг — наиболее понятный пример. Если товар стоит 10 тыс. руб., банк может взять с продавца 2% — 200 руб. Именно эти 200 руб. и будут облагаться НДС в 22%. В этом случае налог составит 44 руб. В абсолютном выражении цифра выглядит небольшой, но для бизнеса это рост себестоимости, который при массовости платежей все-таки чувствителен.
Как новый НДС отразится на банках и бизнесе?
НДС — косвенный налог. Это означает, что он почти никогда не остается на том уровне, где возник. Банки, как поставщики услуги, могут включить налог в тарифы, а бизнес, как покупатель услуги, закономерно закладывает выросшие затраты в цену товара или сервиса. Итоговая точка цепочки — потребитель: формально в разборках он не виноват, но столкнется с тем, что любимый шампунь или пакет молока внезапно подрастет в стоимости.
Управляющий партнер и руководитель налоговой практики LCH.LEGAL Андрей Чумаков отметил, что эффект получится неоднородным для разных клиентов банков. Плательщики НДС могут зачесть налог и уменьшить свои обязательства, и тогда для них влияние нововведения окажется минимальным. А вот малый бизнес, освобожденный от НДС или работающий по ставке 5–7%, почувствует нагрузку напрямую: вырастет себестоимость и уменьшится маржа.
Кроме налоговой нагрузки, на бизнес влияет административный фактор: потребуется перестройка учета, включение НДС в договоры и корректировка внутренних расчетов. В сложных цепочках, например, для маркетплейсов, эффект будет сильнее: комиссионные платежи подорожают на каждом шаге.
ЦБ пытался убедить законодателей отказаться от идеи, предупреждая о риске удорожания финансовых услуг и увеличения нагрузки на малые компании. По мнению регулятора, нововведение может повлиять на потенциальное расширение финансовых услуг: банки будут вынуждены разбираться с компенсацией убытков.
Кто пострадает больше всех?
Больше всего потеряют направления, где доля безналичной оплаты близка к 100% и маржа низкая: кафе и фастфуд, городские сервисы, мелкие магазины, бытовые услуги, логистика и доставка. Для них эквайринг — самый удобный инструмент, а налог ложится прямо в его стоимость.
А что изменится для владельцев банковских карт?
Для обычного владельца карты налог выглядит невидимым: он не платит 22% при оплате картой. Но рост тарифов коммерческих участников финансового рынка в итоге приводит к изменению стоимости банковских услуг.
Директор практики «Организационное развитие» КСК ГРУПП Михаил Меркулов предупредил, что банки в большинстве случаев изменят тарифы в одностороннем порядке. Они могут увеличить стоимость выпуска и обслуживания карт, поднять цену подписок на премиальные пакеты, скорректировать программы кешбэка или отменить отдельные бонусы.
Часть расходов могут перенести на потребителей опосредованно через рост цен на товары и услуги со стороны бизнеса. Это привычный для рынка путь переложения косвенных налогов.
Но прослеживается и другой тренд — попытка ухода от формальных эквайринговых платежей. Предприниматели уже применяют стимулирующие схемы: предлагают оплату наличными со скидкой, перевод на карту физлица, оплату через СБП или мобильные сервисы без комиссий. По словам Меркулова, набор предлогов может варьироваться от предупреждения посетителей, что «терминал не работает», до разработки системы баллов лояльности за неэквайринговую оплату.
При этом Меркулов считает, что банки способны быстро адаптировать тарифы, и процесс пойдет без существенных юридических сложностей. Чумаков, в свою очередь, подчеркивает, что именно неплательщики НДС станут главными носителями новой нагрузки и будут вынуждены перекладывать ее в цены.
Подорожают ли товары и услуги?
Реальное влияние нового НДС на стоимость товаров и услуг выглядит умеренным, поскольку налог ложится на комиссию, а не на товар. Если эквайринг стоит 2%, то НДС 22% от этих 2% — это дополнительные 0,44%. С точки зрения арифметики повышение не драматическое.
Но никто не отменял психологический эффект. По словам Меркулова, сам факт введения НДС станет удобным аргументом для индексирования тарифов и цен: ушлые продавцы, пользуясь отсутствием понимания финансовых законов у потребителей, могут задрать цены на все 22%, оправдываясь изменением налогового обложения.
В том числе это может коснуться компаний, которые сами не платят НДС и не могут зачесть налог. Для них повышение затрат оказывается самое прямое, а вот маржа зачастую низкая и неустойчивая к шоку. В результате рост цен может быть выше арифметически обоснованного. Наибольшую эластичность демонстрирует сфера услуг, где ценообразование менее прозрачное: салоны, бытовые сервисы, общепит, онлайн-сервисы, прокат, доставка.
Говорить о серьезном экономическом ударе некорректно, считает Цыганов. По его оценке, возможное повышение стоимости для конечного потребителя будет умеренным и распределенным.
«Пятая часть этих процентов — это как минимум дополнительный процентный пункт. Он будет делаться за счет чего-то: потенциальной прибыли продавца, уменьшения кешбэка или за счет потребителя. Это может вызвать рост цен на какие-то группы товаров и услуг. Но говорить, что это будет существенно, наверное, неправильно», — выразил мнение эксперт.