Способна ли российская вычислительная техника обеспечить технологический суверенитет в условиях санкций? И когда на рынок могут вернуться иностранные вендоры? Эти вопросы остаются ключевыми для тысяч компаний, вынужденных пересматривать свою ИТ-инфраструктуру. Разбираемся, что происходит на российском рынке оборудования и ПО, какие особенности политики импортозамещения существуют, и смогут ли отечественные производители закрыть спрос.
Реалии российского ИТ-оборудования
Рынок вычислительной техники сегодня подчиняется регуляторным требованиям, и основные потребители отечественного оборудования – компании с государственным участием и объекты критической инфраструктуры. Это обусловлено требованиями реестров, главным из которых остается постановление №719 Минпромторга, определяющее уровень локализации продукции.
Перед заказчиками стоит непростой выбор между серым импортом и отечественными решениями. Импортное оборудование, несмотря на кажущуюся выгоду в цене, несет существенные риски: ограниченные условия поддержки, отсутствие гарантий доступности аналогичных устройств в будущем. Отечественные производители предлагают полноценную трехлетнюю гарантию, что становится важным аргументом для многих.
Но российская техника заметно дороже, и этому есть объективные причины. Чем выше требования к уровню локализации, тем больше различных технологических процессов, операций и комплектующих должно быть российскими. Кроме того, объемы российского рынка в мировом масштабе незначительны (на примере сетевого оборудования – около 1%), что не позволяет достичь большого масштаба серийного производства, характерного для стран Азии. Даже европейские страны не могут похвастаться полноценным собственным производством вычислительной техники в необходимых объемах.
Почему российское оборудование не может стоить дешево?
Возьмем для примера сервер. Российский производитель тратит на его создание условные 100 единиц: 30 уходит на разработку, 20 – на комплектующие, 30 – на производство и логистику, 10 остаются прибылью. Продав 100 таких серверов, он зарабатывает 1000 рублей. И на эти деньги нужно разрабатывать новую модель.
И если глобальные игроки распределяют затраты на R&D на миллионы единиц, то отечественные компании вынуждены на тысячи. Что значительно влияет на себестоимость. Ситуацию усугубляет закупка комплектующих: покупка памяти Samsung малыми партиями через посредников обходится в 5 раз дороже, чем прямая поставка гигантам.
Технологии – это глобальное разделение труда. В производстве одного чипа участвуют до 100 компаний с разной специализацией. Попытка воспроизвести эту систему в одиночку неизбежно ведет к кратному росту себестоимости.
Технологический суверенитет
Российский ИТ-рынок находится на перепутье. С одной стороны – амбициозная задача создания отечественных решений, с другой – объективные экономические реалии. Наиболее заметные успехи наблюдаются в массовых сегментах: серверы, mid-range СХД, инфраструктурный софт. Именно здесь сосредоточены основные усилия разработчиков.
Государство оказывает влияние через систему субсидий и госзаказов. Без этих мер российские компании не смогли бы конкурировать с глобальными гигантами, готовыми демпинговать цены ради сохранения рынка.
Поэтому разумнее говорить не об импортозамещении как таковом, а о выстраивании технологического суверенитета через призму управления рисками. Компании все чаще проводят детальный анализ: какие риски критичны, какие решения требуют замены, а где можно ограничиться резервными запасами. Как говорил Винни-Пух: «Делать надо так, как надо, а так, как не надо, делать не надо».
Почему ИТ-рынок уже не будет прежним
Западные вендоры ушли и не вернулись, вопреки ожиданиям. Эта ситуация напоминает басню о лягушке, которая медленно варилась в молоке: чем дольше ждать, тем выше риски. Даже если вендоры вернутся, их условия могут оказаться неприемлемыми.
Наглядный пример – компания Broadcom, которая приобрела VMware. Прежняя партнерская программа уничтожена, теперь введена дорогостоящая подписка, превратившая продукт в решение с избыточным функционалом по завышенной цене.
Необходимо определить точку невозврата: выбрать дату начала импортозамещения, изучать альтернативы и перестать надеяться на возврат к прошлому.
Локализация и глобальная конкуренция
Способно ли российское «железо» закрыть потребности рынка? Вопрос неоднозначный. Если по серверам отечественные производители теоретически могут обеспечить весь объем, то с компьютерами и ноутбуками ситуация иная. Российский рынок оценивается в 7 млн устройств – объем значительный, но полностью закрывать розницу отечественной техникой было бы странно. Потребитель должен иметь выбор.
Этот путь – от локализации к созданию собственных решений – хорошо знаком мировому рынку. Китайская стратегия показала эффективность: сначала привлекли западных вендоров, затем потребовали локализации и сертификации, а потом просто создали Huawei и предложили переходить на него. Аналогичную поддержку получают высокотехнологичные компании по всему миру. Без государственного участия конкурировать в капиталоемкой отрасли невозможно.
Потенциальные возможности для отечественного ПО
Разговор о российских процессорах, будь то «Байкал», «Эльбрус» или другие разработки, неизбежно упирается в один ключевой вопрос: а кто их реально использует? Чтобы продавать ноутбуки с «Байкалом», на них должны поддерживаться операционная система, офисный пакет, графические редакторы, ERP-системы. То есть необходимо финансирование не только производителя процессора, но и создания экосистемы.
Опыт Google с Android показал: создание жизнеспособной экосистемы требует колоссальных инвестиций. Пока в России подобные усилия носят точечный характер.
Впрочем, у отечественных решений есть свои преимущества. Производители демонстрируют заметную гибкость в работе с заказчиками – готовы оперативно учитывать пожелания по функционалу и тесно сотрудничают с интеграторами на этапе тестирования новых продуктов.
Open source: какие есть плюсы
Open source – фундаментальный ИТ-инструмент, позволяющий компаниям ускорить разработку. Большинство разработчиков не начинают с нуля, а берут за основу открытые решения. Российские компании не исключение: многие до 2022 года были крупными контрибьюторами в международные open source проекты.
Такой подход позволяет создавать продукты, конкурентоспособные по функционалу, без десятилетий разработки. В сфере «железа» open source встречается реже, но тоже присутствует – например, в архитектуре процессоров RISC-V, которую начинают использовать российские компании.
Роль интегратора: от поставщика к стратегическому советнику
Еще несколько лет назад роль системного интегратора была понятной: компании приходили к заказчику с каталогом флагманских продуктов западного производства. Запрос клиента звучал просто: «Хочу VMware». Задача интегратора сводилась к внедрению и согласованию скидок. В 2022 году запрос изменился: «Хочу импортозамещение». Интеграторам пришлось стать консультантами-просветителями.
Сначала, например, в реестре было представлено около 20 различных версий отечественных систем виртуализации, замещающих VMware. Единого лидера не существовало. Процесс выбора стал многоэтапным: сначала формировался шорт-лист из пяти решений, затем сужался до трех, которые проходили этап глубокого тестирования. Теперь ландшафт снова изменился, в каждой нише появились явные лидеры – от одного до четырех вендоров.
Сейчас интеграторы, находясь на передовой внедрений, собирают фидбэк от заказчиков и передают его производителям. Это помогает вендорам быстро улучшать продукты. В ответ вендоры обучают инженеров интегратора, сокращая сроки и стоимость внедрения.
Интегратор окончательно трансформировался из поставщика услуг в доверенного советника. Его ключевая ценность – широкий кругозор и способность добавить пользу на этапе планирования проекта.
Выводы
Российский ИТ-рынок находится в точке, где импортозамещение должно быть не самоцелью, а инструментом для создания конкурентоспособных решений. Полный отказ от зарубежных продуктов в одночасье невозможен, но постепенное замещение в стратегических отраслях – необходимость.
Главный вопрос не в том, вернутся ли западные вендоры, а в том, как развиваться в новых условиях. Компании, начавшие адаптироваться, получают преимущество. Остальные рискуют остаться с устаревшей инфраструктурой и растущими рисками.
В конечном итоге, импортозамещение – это не просто замена одного продукта другим, а стратегический выбор в пользу устойчивости и независимости. Узнать подробнее о возможностях отечественных ИТ-продуктов и услуг можно по ссылке.