Если бы мне лет десять назад сказали: «В советском плену после боёв на Восточном фронте сидели американцы», — я бы, честно, хмыкнул. Звучит как наживка для комментариев в духе «всё скрывали». Но чем больше смотришь на документы и сухие цифры, тем яснее: никакой магии. Просто война — штука, которая регулярно ломает привычные схемы.
Советский плен: не только немцы
Начать стоит с главного: советский плен был далеко не «немецким клубом по интересам». Да, немцев было больше всего. Но рядом с ними в лагерях оказывались румыны, венгры, итальянцы, финны — все союзники рейха, воевавшие на Восточном фронте. Когда этот фронт начал рушиться, в плен попадали люди с самыми разными паспортами.
И тут проявлялась вполне человеческая реакция. Многие, оказавшись за колючей проволокой, вдруг начинали иначе формулировать свою идентичность. Ещё вчера — солдат вермахта, сегодня — «я вообще-то не немец». Кто-то вспоминал другое гражданство, кто-то подчёркивал национальность, кто-то назывался евреем или цыганом. Не из любви к драме, а из расчёта: в лагерной реальности любая деталь могла показаться спасательным кругом.
Фольксдойче и статистика, которая путает всех
Отсюда и цифры, которые сбивают с толку. В списках военнопленных фигурируют около 60 тысяч поляков и почти 70 тысяч чехов и словаков. Это не означает, что Польша или Чехословакия воевали за Гитлера. Речь идёт о фольксдойче — этнических немцах, живших за пределами Германии. Для рейха они были удобным ресурсом и опорой на местах, а после войны для окружающих — почти автоматически «виновными». Разбираться, кто был убеждённым нацистом, а кто оказался втянутым, хотели далеко не все.
Американцы и британцы по ту сторону фронта
И вот на этом фоне появляется самый странный, но документально подтверждённый факт. В советский плен попадали граждане стран, которые официально были союзниками СССР. Речь идёт о нескольких десятках американцев и примерно полутора десятках британцев, служивших в составе вермахта и даже войск СС. Их было меньше, чем нейтральных шведов или швейцарцев, но сам факт выбивается из привычной картины «чётких сторон».
Важно подчеркнуть: из этих людей не делали показательного ужаса. Известно, что часть американцев содержалась в лагерях № 75 и № 371, спецгоспитале № 3888 на территории Удмуртии, работала на торфопредприятии в районе посёлка Рябово. А в 1945 году их просто репатриировали в США. Без легенд, без исчезновений, без «особых мер».
Откуда в США вообще взялись сторонники рейха
Чтобы понять, как гражданин США мог оказаться под немецкими знамёнами, нужно вспомнить довоенную Америку. До вступления страны во Вторую мировую там существовала активная пронацистская среда. Германо-американский союз действовал открыто, собирал тысячи сторонников, копировал эстетику и риторику Третьего рейха. Изоляционизм, ненависть к коммунизму и вера в «сильную власть» находили отклик у части общества.
Для одних это заканчивалось маршами и митингами. Для других — нет. Кто-то работал на Германию через спецслужбы, кто-то ехал в Европу и вступал в вермахт или СС. Не массово, но достаточно, чтобы потом эти фамилии всплывали в архивах.
Идеология сильнее паспорта
Характерный пример — американский лётчик Мартин Монти, который в 1944 году перелетел на сторону Германии. Он не был фольксдойче и не имел немецких корней. Его мотив был идеологическим: ненависть к коммунистам. После войны его судили в США, но без показательной жестокости. К 1960 году он вышел на свободу и прожил ещё долгую жизнь — без финала в стиле кино.
Кстати, американские власти хорошо понимали, что проблема не надуманная. В 1942 году в США действовали немецкие диверсионные группы, говорившие по-английски без акцента. Враг вполне мог выглядеть «как свой».
Когда война — это не карта, а список
В этой истории меня каждый раз цепляет одно. Мы привыкли видеть войну как карту с цветами: здесь свои, там чужие. А на деле это списки, карточки, лагерные учёты, «вдруг поляки», «вдруг французы» и граждане США, работающие на торфе в Удмуртии. Паспорт легко обесценивается, а выбор — наоборот, становится фатальным.
Если текст оказался интересным — поддержите лайком, подписывайтесь и напишите в комментариях: что, по-вашему, чаще всего толкает человека на сторону врага — идеология, страх или холодный расчёт?