В последнее время имя народной артистки России Ларисы Долиной оказалось в эпицентре широкого общественного обсуждения, выходящего далеко за рамки музыкальной деятельности. Поводом стал громкий судебный процесс, в ходе которого певица отсудила жилье у матери-одиночки. Данная ситуация вызвала волну критики со стороны многочисленных россиян, для которых подобные действия признанной звезды оказались неожиданными и шокирующими.
В социальных сетях многие пользователи выражали недоумение, отмечая, что не ожидали такого поведения от артистки. Параллельно с осуждением текущего скандала в публичном поле начали активно всплывать воспоминания о других спорных эпизодах из биографии Долиной, а также противоречивые свидетельства из ее прошлого. Особый интерес у аудитории вызвало давнее интервью первого мужа певицы, джазового композитора Анатолия Миончинского, который сопровождал ее на начальном этапе карьеры.
Неожиданное начало отношений
Анатолий Миончинский впервые увидел будущую супругу в 1970-е годы, и его первое впечатление было далеко от восхищения. В интервью «Экспресс-газете» он описывал это так:
На сцене — огромное, неуклюжее существо. Не женщина, а какой-то монстр. Я подошел к Кролу и спросил: „Что это такое? Откуда это чудовище?“
По словам музыканта, его привлекло в семнадцатилетней девушке не внешность и не вокальные данные, а совершенно иные качества.
Это была первобытная, животная вульгарность. Полное отсутствие комплексов и наглая уверенность в себе. Она не стеснялась своего веса, ходила в декольте до пупа, громко ржала и чавкала за столом, — делился воспоминаниями Миончинский.
Он также добавил, что Долина держалась с королевской надменностью, хотя на тот момент не имела никакого статуса, и именно эта дерзость его поразила.
Откровения о профессиональном старте
Наиболее резонансными стали утверждения Миончинского о методах, которые, по его словам, использовала молодая Лариса Долина для продвижения по карьерной лестнице. Он утверждал, что ее путь к сцене был сопряжен с компромиссами. В шестнадцать лет Долина уехала в Ереван, где стала солисткой Государственного эстрадного оркестра Армении под руководством Константина Орбеляна.
Чтобы закрепиться в коллективе, все солистки обязаны были пройти через кабинет руководителя. Лариска — не исключение. Она бывала у Орбеляна не один и не два раза. И никогда этого не скрывала, рассказывала мне сама, хвасталась, — заявлял бывший муж.
Он также отмечал, что певица демонстрировала крайнюю степень раскрепощенности:
А потом она поспала почти со всем оркестром. С саксофонистами, ударниками… Когда я, уже будучи ее мужем, в шутку спросил: „Ну, сколько их было?“, она отрезала: „Я счет потеряла“. Для нее это было нормой. Карьера любой ценой.
Брак, рожденный из трагедии
Историю своего брака с Долиной Миончинский описывал как союз, построенный на личной трагедии. В 1978 году от лейкоза скончался его восьмилетний сын от первого брака, после чего композитор впал в глубокий запой. Один из ключевых эпизодов он описывал следующим образом:
Помню, мы поехали с оркестром Крола на гастроли. В тот вечер мы с ним крепко выпили. Я был в стельку пьян, мое горе было моим единственным спутником. Наутро я просыпаюсь от странного чувства… в постели кто-то шевелится. Поднимаю одеяло… А там — она. Лариса. Господи, что я натворил.
Вскоре после этого Долина забеременела, и на свет появилась их дочь Ангелина. Миончинский опровергал сложившийся в медиа образ Долиной как жертвы мужа-алкоголика, настаивая, что в их паре употребляла спиртное и она сама, с удовольствием поддерживая компанию.
После расставания, по его утверждению, артистка, получив возможности для московской карьеры, дистанцировала его от жизни дочери. Более того, он обвинял Долину в том, что она поставила профессиональный рост выше материнства:
Сразу после нашего расставания она укатила в столицу, а маленькую Ангелину просто сбагрила своим родителям в Одессу. Воспитывали ее бабушка с дедушкой, а не она.
Прожив вместе семь лет, экс-супруг дал итоговую характеристику Долиной, которая, по его мнению, объясняет многие ее поступки:
Когда мы начали жить вместе, она была типичной девочкой с одесского привоза: вульгарная, громко чавкала за столом, ржала, а не смеялась. Ее лучшими подругами были фарцовщицы и валютные проститутки. Это ее круг, ее менталитет. Она из этой среды.
Эти старые откровения, вновь привлекшие внимание на фоне современного скандала, рисуют образ, контрастирующий с официальным имиджем народной артистки, и заставляют часть публики переосмыслить ее личность и мотивы поступков.
А что думаете вы? Пишите в комментариях.
Понравилась статья? Можешь оставить донаты на развитие канала!
Друзья, не забывайте ставить лайки и подписываться на канал - Вкусы России!
Также может быть интересно:
1. «Любви к России не осталось»: 20 лет спустя Збруев в 87 лет остался в полном одиночестве
3. Между сценой мамы и «гостевым мужем»: Непростая жизнь Ангелины Миончинской, которую многие называют странной