"- Вы здесь не семья. Вы — работа."
Нина проснулась с ощущением странного дежавю. Сон помнился отчётливо — что с ней случалось крайне редко. Казалось, будто это уже было: она стоит у высокого забора большого дома, а за забором кто-то негромко зовёт на помощь. Кругом — пасмурно, серо, небо затянуто тяжёлыми тучами. И только где-то очень далеко — крошечное солнце, золотистое, живое.
Тогда она еще не знала, что это станет началом моей самой странной работы.
«Что бы это могло значить?..» — подумала она, но сразу отогнала мысли.
Гадать некогда — впереди очередное собеседование, уже восьмое по счёту.
Нина приехала в город из села и мечтала устроиться медсестрой в хорошую больницу. Но все работодатели повторяли одно и то же: «опыта мало». Конечно, сельская медсестра — это не городская.
Сидя в коридоре, ожидая своей очереди, Нина пыталась успокоиться:
— Ну вот, во сне сначала было пасмурно, а потом — солнце… Всё будет хорошо, — шепнула себе.
Но сотрудница отдела кадров, просмотрев документы, снова отказала: вакансия — только хирургическая медсестра, нужен опыт.
Однако, немного смутившись, добавила:
— У нас недавно был молодой человек. Просил подыскать сиделку с медицинским образованием для своего отца. Зарплату предлагают даже выше, чем у нас в больнице. Может, попробуете?
— Что ж, давайте, — ответила Нина. — Вариантов всё равно больше нет. Обратной дороги тоже.
Ехать нужно было за город, сорок минут на электричке.
Дорога тянулась, и Нина невольно вспоминала прошлое: агрессивную мать с опухшим лицом, мешками под глазами, вечно пьяную; пустой дом, где на столе кроме пустых бутылок ничего не стояло. Она даже не помнила, во сколько лет начала подрабатывать.
Спасибо соседке — та всегда находила хоть что-то: то полы мыть в больнице, то носить почту, то ухаживать за больными. Ещё они собирали грибы и ягоды, продавали на трассе. Так Нина умудрялась покупать одежду к школе.
А после школы…
Электричка остановилась на станции с красивым названием — Ягодное.
Добраться до нужного адреса оказалось несложно. Подойдя к дому, Нина остановилась — перед ней действительно стоял высокий забор. Не такой, как во сне, но всё же… За забором — двухэтажный дом с черепичной крышей.
Дверь открыл мужчина лет сорока — хмурый, строгий, неприветливый.
— Вам кого? — спросил он.
— Я… по поводу сиделки, — неуверенно ответила она.
— У вас есть медицинское образование? Документы покажите.
— Может, я войду? У меня всё с собой.
— В объявлении было ясно написано: “Сиделка. Без проживания. Без лишних разговоров”. — Он даже не пригласил её сесть.
— Да, но я не по объявлению. Меня направили из отдела кадров областной больницы. Подробностей не сообщили, — объяснила Нина, чувствуя себя как школьница у доски.
— Проходите, — коротко сказал он.
Пока мужчина рассматривал её документы, Нина осматривала дом.
Было чисто, даже слишком — в глаза бросалось отсутствие женского уюта. Всё будто под линейку: ровно, безжизненно, холодно.
— Вы живёте здесь вдвоём? — тихо спросила она.
— Я же сказал, без лишних разговоров.
Ваши документы в порядке. Идёмте, покажу, где работать и что делать.
По дому помогает домработница — приходит через день.
Моего отца зовут Сергей Петрович, ему семьдесят два, он после инсульта.
Иногда случаются провалы в памяти, но в целом он в уме. Парализована только правая сторона.
Я — Артём. Зарплата вас устраивает?
— Если честно, мне о ней ничего не сказали, — призналась Нина.
— Я принесу договор. Там всё указано. Прочитаете.
Пока знакомьтесь с отцом.
Комната оказалась просторной, с большим окном, но окно было завешено тяжёлыми тёмными шторами. Сергей Петрович лежал на специализированной кровати. Рядом — тумбочка, лампа, аптечка. Старик смотрел спокойно, с лёгкой улыбкой — этот взгляд немного смутил Нину.
Первым делом она подошла к окну и отдёрнула шторы. В комнату хлынул мягкий дневной свет.
— Что вы делаете? — резко сказал Артём. — Отец не любит дневной свет.
С первых минут Нина почувствовала холод и контроль, будто воздух в доме был стерильным.
Она взглянула на старика — тот закрыл глаза и, улыбнувшись, прошептал:
— Красиво…
На улице начинался мелкий дождь. Ветер утих, лес за окном шелестел спокойно.
Артём подал ей договор:
— Прочитайте. Если всё устраивает — подпишите.
И давайте сразу обозначим дистанцию:
— Вы здесь не семья. Вы — работа!
Тогда я еще думала, что это просто работа. Что к таким условиям можно привыкнуть.
Я ошибалась..