Гансу пришлось примотать Силле к гамаку одеялами - она всё порывалась сесть на козлы.
- Или ты отсыпаешься, и мы с тобой нормально выступаем, или мы подведём Йенса, - заявил он.
Силле что-то проворчала, но этого хватило, чтобы она перестала вскакивать.
Ганс фыркнул, положил ей на лоб холодное полотенце, а после отправился к Фру-фру, оправдывать чудом оказанное ему доверие.
***
Когда Силле проснулась, было утро, однако они уже ехали.
Под потолком фургончика, рядом с окном, вертелся ловец солнца - осколки маленького зеркальца, что Ганс превратил в весёлую игрушку, разбрасывавшую теперь солнечные зайчики по всему балаганчику.
Слабость в теле исчезла, а нос перестал течь. Силле вздохнула с облегчением, раскуталась и выглянула наружу.
Ганс стоически держался за поводья. Если бы не клюющий его в плечо Пепел, вряд ли бы он мог оставаться в сознании.
- Не говори мне, что ты ехал и ночью, - фыркнула весело Силле, выбираясь к другу.
- Не говорю, - послушно согласился Ганс.
- Погоди-ка... - прикинула Силле. - Дорога явно не такая длинная была...
- А я заблудился, - честно признался принц. - Приходилось тормозить, осматриваться, думать, куда ехать. Но оно того стоило, знаешь. Если не ошибаешься, ничему не научишься.
- Отдыхай уже, философ, - ласково потрепала его по кудряшкам Силле, отбирая поводья. Ганс не сопротивлялся, сам плавно сполз и устроил голову у неё на коленях. Но вдруг подскочил.
- А документы на въезде оформлять? Ты ж не смыслишь ничего в этом...
- Научусь. Ты же научился, - пожала плечами его подруга, позволяя Гансу вновь погрузиться в сон.
А вдалеке перед ними уже отчётливо виднелись белые башенки с синими крышами - замок, куда они так стремились попасть.
В караульной будке у ворот их встретил престранный пожилой мужчина. Вроде бы, одет по форме, в светло-серый камзол дозорного, но одна ярко-рыжая борода длиной до колен чего стоила! Не говоря уже о смешных оттопыренных ушах или крючковатом носе.
- Приветствую вас, путники! По какому поводу прибыли вы в замок его Величества короля Генриха Мудрого и её высочества принцессы Лизбет?
Произнёс дозорный это громко, Ганс на коленках у Силле недовольно заворочался.
- Здрасьте, - кивнула Силле и приложила палец к губам, продолжая шёпотом. - Мы узнали, что ваша принцесса не смеётся, и решили попробовать ей помочь. У нас и рекомендация есть, от... одного известного критика...
Силле, сгорая со стыда от собственной невозможности запомнить имя, порылась по карманам друга, и во внутреннем на куртке нашла искомое. Неуверенно протянула стражнику.
- Очень славно, - дозорный так же тихонько ответил. - Вы прибыли издалека?
- Да, из другой страны.
- Тогда вам нужно будет сейчас отправиться к нашему архивариусу и заполнить некоторые бумаги, юная леди.
- Меня Силле зовут, - улыбнулась она. - А... Вас как?
- Я - главный придворный, Ружеро, к вашим услугам, - слегка склонился в учтивом приветствии он.
- Главный придворный... Кто? - вопросительно взглянула на него Силле.
- Вы скоро всё поймёте, а пока - проезжайте.
Силле оставила повозку с Гансом во внутреннем дворе замка, а сама отправилась в небольшой домик, на который ей указал стражник.
К своему удивлению, там она обнаружила всё того же Ружеро - тот сменил серый костюм на чёрный сюртук с белым объëмным воротником. Как он сумел переместиться так быстро, и уж тем более переодеться, Силле так и не поняла.
***
- Силле! Документы! Вот же крампус!
Ганс вскочил и бросился к архиву - он в замках ориентировался интуитивно - но застыл. Навстречу ему прямо из домика вышли довольная Силле вместе со странным типом с длиннющей бородой.
- О, Ганс проснулся! Как самочувствие?
- Славно, а ты...
- Сделала пару помарок, а ещё раз пять расписывалась не там, где должна. И забыла, как меня зовут, - довольно разулыбалась Силле. - Зато всё сделала!
- Ну, ты даёшь, - восхитился Ганс.
- Это всё Ружеро помог, - смущённо объяснила его подруга и кивнула в сторону архивариуса.
- Я просто выполнял свою работу, господа. А вас уже ждëт в замке лакей - проследуйте туда, - и с этими словами Ружеро будто испарился.
- Ну и чудеса... - присвистнул Ганс.
Конечно же, внутри их встретил Ружеро в синей ливрее.
Вообще, что во дворе, что во дворце было очень тихо и спокойно. Не мельтешили слуги, не расхаживали туда-сюда знатные придворные. Пусто, и, разве что самую малость, тоскливо.
Несмотря на скромные по меркам королевского жилья размеры, ощущалось, что в замке много воздуха и свободного места. Его своды были чистыми, лишёнными украшений.
Ружеро провёл друзей в главный зал, где их ждали король и принцесса.
Король Генрих Мудрый выглядел роскошно, но в меру, как добрый сказочный король. Золотистая мантия, могучая корона с громоздким основанием и тонкими зубцами, безупречная осанка и гордо, но не высокомерно поднятая голова. Восседал король на величественном и громоздком троне.
А вот трон принцессы, как и она сама, был изящным и усеянным завитушками. Её высочество Лизбет обладала тонкими чертами лица, будто их писали пером, чистой белой кожей и нежными руками. Вся она была хрупкой и лёгкой, но прекрасной, как выточенная из хрусталя роза.
- Вот, настоящая принцесса, не то, что ты, - шепнула другу Силле. Ганс мстительно ткнул её в бок локтем.
Король, наблюдая за этим, усмехнулся. Принцесса грустно отвела взгляд.
- Приветствую вас, достопочтенные король и принцесса. Мы - актёры театра "Красный лес", хотим попытать удачу и рассмешить её высочество, - поклонился Ганс.
- Приступайте, - коротко кивнул король.
- Дело было... В Амстердаме! - с этими словами Ганс открыл задник, который они притащили с собой.
- Одной очень пышной даме, - Силле выглянула из-за задника, натянув платье со вшитыми внутрь подушками.
- Захотелось полетать.
- Хоть махала та руками,
Барабанила ногами,
От земли - не оторвать.
Разумеется, Силле в образе той самой дамы усиленно пыталась взлететь. Ганс в то же время напялил котелок и очки.
- "Хоть в лепёшку вы разбейтесь,
Иль на чудо вы надейтесь,
Неба вам уж не видать!" - прогнусавил принц, подняв вверх указательный палец. -
Так учёный ей сказал -
Тот, что долго наблюдал,
Бесплотные попытки эти.
- "Да этого глупее ничего,
Ну, кроме носа твоего,
Не придумали на свете!" - взревела Силле, подлетев к другу и принявшись его душить. -
И дама за грудки его схватила,
Глаза прикрыть тотчас просила,
А после как его швырнëт...
Ганс благополучно улетел за задник, большей частью своими силами - намеренно подпрыгнул. Весьма грациозно, к слову, а перед падением сзади сгруппировался.
- И смотрит дама, что её обидчик,
И жертва же дурной привычки
Летит совершенно без забот.
- Невероятно, эврика, ура!
Открыли вы закон пера.
Хоть десять раз меня швыряйте! - воскликнул Ганс из-за задника. - Эксперимент достойный всех похвал...
- Какой же, сударь, вы нахал! - всплеснула руками Силле. - Швыряйте-ка теперь меня!
Разыгранная сценка должный эффект возымела разве что на короля, что всё действо улыбался себе в усы или в голос хохотал. Принцесса смотрела внимательно, но губы её не дрогнули, а глаза были полны печали.
- Героям не стоило так обращаться друг с другом, - вздохнула она, хлопнув ресницами. - Но я рада, что дама воплотила свою мечту.
Ганс и Силле показывали сценку за сценкой, но исход не менялся. Принцессе было интересно то, что они делали, но улыбка никак не желала одарить своим присутствием её милое личико.
- Ах, папа! Какой в этом смысл! - воскликнула в конце концов принцесса. - Эти ребята очень, очень славные, но как я могу веселиться, зная, что прямо сейчас кто-то из моих подданных болеет или умирает, и мы с тобой никак не можем это исправить! Да даже мелкие неприятности совершенно от нас не зависят - дети бояться темноты, друзья ссорятся, и я ничего не могу с этим поделать. А теперь представьте, как трудно им будет, если они узнают, что их принцесса смеётся, когда им плохо? Я не могу не быть серьёзной, поймите уже, наконец, - Лизбет расплакалась, но сумела сохранить лицо, она встала с королевской осанкой и покинула залу.
- Выше величество, не сочтите за дерзость, но почему ваша дочь так считает? - осторожно спросил Ганс.
- Моя ненаглядная дочь словно родилась без кожи, - горько усмехнулся король. - Однажды она беседовала со своими фрейлинами, как вдруг увидела дворцового кота поймавшего мышь. Кот откусил мышке голову, пока она смеялась, а она и не заметила. В отличие от одной из её подруг, которой стало дурно. А её высочество и на это поначалу внимания не обратила, а потом ужасно себя за это корила. С того дня она стала присматриваться к придворным и слугам, очень остро воспринимать любые треволнения и расстройства, и совершенно разучилась радоваться жизни.
- С тех пор вы сократили штат прислуги, чтобы лишний раз не давать дочери поводов для расстройства? - догадался принц.
- А также её пребывание вне стен замка, - вздохнул Генрих Мудрый. - Наша страна процветает, но, к несчастью, идеал недостижим. Да и дочь моя сама не желала видеть солнце уже очень давно.
Вдруг Силле радостно подпрыгнула, шепнула что-то на ухо другу, тот кивнул, улыбнувшись, и Силле, сделав неловкий реверанс королю, вылетела пулей из зала. Ганс только развёл руками, отвечая на вопрос в глазах его величества.
***
Силле обнаружила Лизбет на одном из ажурных балкончиков:
- Ваше высочество, - запыхавшись, выдала она. - Вам очень не хватает солнца.
- Почему? - тихо прошелестел голос принцессы.
- Оно всё-всë знает, но от ваших чувств совсем не огорчается, - пояснила Силле. - Вот, держите. Это поможет вам его накопить.
И Силле протянула принцессе ловец солнца. Лизбет приняла подарок и задумчиво провела пальцем по блестящей глади одного из осколков. Перевела взгляд на девчонку напротив - сама Силле светилась, как сто тысяч солнц.
- Благодарю вас, - склонила голову принцесса, но ни на миг не улыбнулась.