Мне сорок. Двадцать лет назад я окончила факультет психологии. Звучит солидно, да? Можно подумать, что я с юности увлечена всеми этими разговорами про чувства, про то, как устроен человек изнутри. Но нет. К психотерапии я относилась… скажем так — с прохладцей. Как, впрочем, и большинство моих знакомых. А уж мои родители — те вообще смотрели на это дело как на странную блажь. «Поговорить по душам? Так иди к подруге! Зачем платить какому‑то психологу?» И знаете, я их понимала. В их время, кажется, и правда было проще общаться. Я помню мамины рассказы о долгих поездках в поезде, когда за несколько часов незнакомые люди успевали поделиться друг с другом чуть ли не всей жизнью. Или очереди — да‑да, те самые очереди, где кто‑нибудь обязательно начинал разговор, и вот уже все вовлечены в обсуждение: кто‑то жалуется на ребёнка, кто‑то хвастается внуками, кто‑то делится рецептом пирога. А ещё — огромные компании друзей, посиделки на кухне до утра, смех, споры, слёзы, объятия. Общение возникало