«Там действует целая ОПГ: бабушка, ее племянница с мужем и их адвокат»
Владелец небольшой мебельной компании Даниил Волчков захотел купить однокомнатную квартиру для дочери. Летом 2024 года он обратился за помощью к риелтору и составил объявление, в котором подробно описал, какую именно квартиру он ищет. Вскоре с ним связалась 70-летняя Ольга. Она предложила купить за 1,6 миллиона рублей ее «убитую хрущевку» (так Даниил описал это жилье).
«Обычная однушка на первом этаже. Рядом железная дорога. В квартире нужен ремонт, надо снимать все, включая полы, — рассказывает Даниил. — Цена показалась мне подходящей, я взял заем в банке и одолжил небольшую сумму у друга».
Всю сделку Ольга вела себя адекватно, продолжает Волчков, заподозрить ее в обмане было невозможно. «До сделки принесла все справки, выписалась, погасила долги по коммуналке. Обсудили, что ей надо две недели пожить, а потом она переедет в другую квартиру. Она у нее действительно есть, только записана на родню, — говорит Волчков. — Мы вышли на сделку, деньги были на аккредитиве Сбербанка».
Проблемы начались уже после регистрации сделки, когда риелтору Волчкова вдруг позвонили неизвестные с угрозами. По словам Даниила, они заявили, что, если он или риелтор появятся в квартире, им «конец».
«Мы сразу пошли в полицию, и там встретили нашу бабушку [Ольгу] и ее племянницу с мужем. Бабушка пришла писать заявление, что ее обманули мошенники, забрали у нее деньги. И как выяснилось, племянница подумала, что мы и есть те мошенники, которые ее обманули на деньги, а теперь еще и квартиру хотят отобрать. Но тогда мы на месте обсудили, что со сделкой все в порядке, и разошлись», — вспоминает Волчков.
Через десять дней Ольга вывезла из квартиры свои вещи, прибралась и отдала Даниилу ключи. А в январе 2025 года Даниил, открыв «Госуслуги», узнал, что против него подано заявление в суд, и дело уже давно рассматривается. В судебном иске Ольга указала, что некие мошенники дали ей номер телефона Волчкова, чтобы она связалась с ним и продала квартиру именно ему.
По словам Даниила, в суде Ольга говорила, что отдала мошенникам 660 тысяч рублей. Но, вероятно, эти средства не имели отношения к квартирной сделке: 1,6 миллиона рублей от Волчкова на тот момент все еще лежали на специальном счете в Сбербанке.
«Деньги-то у бабушки на руках, что мешало их вернуть сразу? Сейчас становится понятно, что все изначально было запланировано. И хороший вопрос, правда ли были мошенники, которые бабушку на 660 тысяч обманули? Непонятно. Может, где-то деньги внутри семьи и растворились», — говорит Волчков.
В суде Ольга заявила, что изначально не собиралась отдавать свою квартиру покупателю, подчеркивает Даниил. Он много общается с другими пострадавшими от «схемы Долиной» и говорит, что многие из них рассказывают о том же: продавцы с самого начала сознательно идут на обман покупателей:
Бабки почти все заявляют в судах, что знали, что фиктивно продают квартиру, и не собирались ее фактически отчуждать. У меня [первое] решение суда вообще основано на ничем не подкрепленном рассказе бабушки. Получается, вы продаете квартиру, идете в суд и говорите, что голоса в телефоне (которых нет) заставили вас так сделать.
Судебная экспертиза института имени Сербского показала, что Ольга действительно могла находиться под влиянием мошенников. Поэтому суд посчитал, что в момент совершения сделки пенсионерка не отдавала отчет в своих действиях и, согласно части 1 статьи 177 Гражданского кодекса РФ, сделку можно признать недействительной. В итоге квартиру постановили вернуть Ольге, а деньги — Даниилу. Но возвращать их пенсионерка будет частями.
«У бабушки 21 тысяча пенсии. 18 тысяч ей оставят МРОТ, меньше не могут. Она сразу сказала, то будет платить мне по три тысячи в месяц», — отмечает Даниил. Он не поверил, что Ольга собирается возвращать ему деньги, и написал на нее заявление о мошенничестве, а спустя месяц еще одно, потому что первое, как ему сообщили в полиции, потеряли.
После приговора Даниил активно давал интервью журналистам, например поучаствовал в телешоу «Место встречи» на НТВ. А после он даже побывал в Госдуме на круглом столе, посвященном «схеме Долиной». «Он был назначен на 16 декабря, а накануне полиция у меня интересовалась, что я хочу в Москве рассказать. Я говорю: что вы покрываете мошенников. Сказали: не надо, пишите новое заявление, ваше потерянное мы искать не будем. На меня вышло руководство СК области, и дело [по части 4 статьи 159] возбудили довольно быстро», — рассказывает Волчков.
Даниил и его адвокат хотят, чтобы пенсионерку осудили за мошенничество, совершенное организованной группой.
«Мы считаем, что там действует целая ОПГ: бабушка, ее племянница с мужем и их адвокат», — говорит Волчков. Уголовное дело уже возбуждено, но обвиняемые пока не задержаны. Если в будущем суд вынесет решение в пользу Даниила, им грозит до 10 лет лишения свободы.
В ноябре 2025 года к Ольге приехали журналисты Пятого канала. Они пообщались и с мужем ее племянницы. В ответ на вопрос о том, где находятся деньги от Даниила Волчкова, он сказал: «Какая разница?» А затем все же подтвердил, что средства от продажи квартиры — у Ольги, но часть уже потрачена: на них пенсионерка, по его словам, живет последние полтора года.
Сам Волчков уверен, что племянница и ее муж «в доле». «Племянница — сотрудница правительства Тульской области, работает референтом в Министерстве безопасности. Муж у нее военный. Они этим очень бравируют — что они из власти, что все могут. Как он [муж племянницы в личном разговоре] сказал, он „три войны за нас воюет“. Правда, почему-то сейчас в Туле», — говорит Даниил.
Не вернув деньги за квартиру, собеседник был вынужден продать машину своей компании, чтобы расплатиться с долгами. Но Виктору, по его словам, приятно, что после огласки в СМИ его узнают на улицах Тулы: к нему подходят и спрашивают, как продвигается дело.
«У нас в Туле есть еще две семьи, так же неудачно купившие квартиры. Одна из них решила пойти по моим следам, и сейчас решается вопрос по возбуждению уголовного дела», — добавляет Волчков.
В начале года в Туле должна была побывать и Лариса Долина: ее концерт был запланирован на 4 января. Но в конце декабря его отменили — «в связи с нездоровым ажиотажем вокруг имени артистки».
«Я к этому отношения не имею, — смеясь говорит Волчков. — Но вообще косвенно Лариса Александровна всем нам подгадила. Фамилию Долиной в суде я слышал чаще, чем свою. Она всей стране показала, что так можно и ничего за это не будет. А моя задача сейчас — показать, что за это может быть ответственность».
«Мне казалось, я предусмотрела вообще все»
Накануне суда по делу Долиной — Лурье, 16 декабря 2025 года, 36 российских семей записали видеообращение Владимиру Путину. Все они, как и Лурье, купили квартиры у пожилых людей, но въехать в свое жилье не смогли.
«Мы действовали добросовестно, в рамках закона, соблюдая все требования гражданского законодательства. Но, несмотря на это, суды выносят решения, оставляющие нас на улице, без денег, без квартир, при этом с ипотечными обязательствами. „Эффект Долиной“ не юридический термин, а трагедия, от которой никто не защищен», — заявили пострадавшие.
Став жертвой продавца квартиры в 2024 году, 29-летняя жительница Мурманска Лариса Анашкина вступила в чат обманутых покупателей. Сегодня в нем состоят около 400 участников со всей страны. «Я листаю свой договор купли-продажи и не понимаю: а где строчка о том, что я купила коммуналку [коммунальную квартиру]?» — удивляется Анашкина в своем телеграм-канале.
Лариса подробно рассказывала свою историю в соцсетях и на телевидении — и осенью 2025-го благодаря огласке в ток-шоу «Малахов» на телеканале «Россия-1» все-таки въехала в купленную квартиру. Однако с тех пор Анашкина вынуждена делить жилье с бывшей хозяйкой и ее мужем.
В таком же положении оказалась жительница Архангельска Мария (имя изменено по просьбе героини). В 2024 году, наслушавшись историй про «бабушкины схемы», она сразу решила, что не будет покупать квартиру у пожилых людей, и специально искала молодых продавцов.
«Я рассматривала квартиру как уголок безопасности, чтобы спокойно завести семью. И мне важно было понимать, что меня никто из моей квартиры не выгонит», — рассказывает Мария.
В октябре 2024-го она нашла подходящую двухкомнатную квартиру, расположенную недалеко от домов ее родителей и друзей. Жилье за 3,4 миллиона рублей продавала 46-летняя медработница. «[На встрече] с ней был муж, бывший силовик. Ну где хоть какое-то сомнение у меня могло закрасться? — говорит Мария. — Хозяева сказали, что продают квартиру, потому что переезжают в другой регион по работе. Показали мне все свои баночки-скляночки, варенье, которое у них стоит в кладовке. Про ремонт рассказали, как сами его делали».
Мария решила купить квартиру. Она обсудила с продавцами бытовые детали, например, какую мебель те оставят ей. Риелторское агентство, куда обратилась Мария, проверило все документы, а Сбербанк одобрил ипотеку. На оплату квартиры также пошли 600 тысяч рублей, которые Мария накопила, еще 400 тысяч она заняла у подруги.
«На эту квартиру я заработала самостоятельно, помощи мам-пап, дедушек-бабушек, папиков у меня нет. Ипотеку я взяла под 21,6% — меня это пугало, но я подумала, что с учетом того, что я хочу семью, это правильный взрослый шаг. Я хотела в 2025 году стать мамой. Хотелось обеспечить себе безопасность», — объясняет собеседница.
По ее словам, во время заключения сделки ничего подозрительного не происходило. «Договор подписали в Сбербанке. Для расчетов я использовала „безопасную сделку“: деньги вносились на счет до момента, пока мне не перейдет право собственности, и сделка не будет полностью зарегистрирована. Это была моя гарантия, чтобы я была спокойна, — рассказывает Мария. — Во время сделки продавцу все объяснили. Муж продавца себя вел себя абсолютно спокойно, сидел в телефоне, играл, шутил, у него все было замечательно. Мне казалось, я предусмотрела вообще все. А далее началась веселуха».
Бывшие хозяева попросили разрешить им пожить в квартире еще месяц, а потом перестали отвечать на сообщения и звонки. Когда Мария приехала в квартиру, продавцы заявили, что хотят аннулировать сделку, которую якобы заключили под влиянием мошенников. А так как кроме квартиры у них нет другого жилья, съезжать они отказались. По словам Марии, пара рассказала, что им позвонили неизвестные, сказали, что взломали их аккаунты на «Госуслугах» и фиктивно продали их квартиру. Также мошенники заявили, что для аннулирования сделки нужно найти нового покупателя и продать квартиру ему.
Позже следствие выяснило, что до сделки с Марией хозяева квартиры дважды пытались продать жилье. Но риелторские агентства предлагали слишком маленькие суммы за срочный выкуп, поэтому пара решила искать реального покупателя — и нашла Марию.
«Перевели им [мошенникам] все деньги через пять дней после сделки, — вспоминает Мария. — Мы в шоке. Мой риелтор с напором говорит: „Ок, хотите аннулировать сделку, деньги на стол, и квартира возвращается вам“. Уже напряглась и риелтор со стороны продавца. А муж продавца позвонил юристу, и тот сказал: „Мы будем аннулировать сделку. На каком основании? Иск получите и узнаете. Идите в суд“».
Тогда Мария подала иск о выселении, а продавцы — встречный иск об аннулировании сделки, по статье 177 Гражданского кодекса РФ. «Это отвратительная статья. Она говорит о том, что лицо может быть дееспособным, но при этом не отвечать за свои действия. Напомню: продавец работает в больнице. Как человек, отвечающий за дезинфекцию помещений и соблюдение санитарных норм, мог не отвечать за свои действия?» — удивляется Мария.
По ее словам, две судебные экспертизы показали, что в момент сделки «продавец был дееспособен, но было нарушение понимания своих действий». При этом, продолжает Мария, в суде бывшая хозяйка квартиры признала: она понимала, что обманывает покупательницу. «А когда на одном из заседаний задали вопрос, почему вы не сказали покупателю, что не собираетесь съезжать, она ответила, что тогда покупательница бы на сделку не согласилась», — вспоминает Мария.
Собеседница боялась проиграть суд: это значило бы, что она лишится и квартиры, и денег. Поэтому Мария решила пойти на мировое соглашение с продавцом. Согласно этому договору, продавец обязана вернуть деньги за квартиру в полном объеме через полгода.
«Кажется, что в моем случае это лучшее решение. Сейчас я четко знаю, что останусь хотя бы с деньгами, — говорит Мария. — Когда мировое [соглашение] вступает в силу, вопрос решен. Либо мне возвращается полная сумма, либо мы все дружненько прощаемся и они съезжают из квартиры. В суде они уже ничего оспорить не могут. Оказалось, что у мужа продавца есть две квартиры в Подмосковье, и теперь они хотят продать одну, чтобы отдать мне полную сумму».
Мария признается, что, когда она только въехала в квартиру, ей было страшно спать до тех пор, пока на дверь ее комнаты не установили замок. Они с продавцами поделили полки в ванной, на кухне и в коридоре. «Как в коммуналке, по сути. Пиздец ли ситуация? Да. Но когда платишь за ипотеку 43 661 рубль в месяц и при этом тебе некуда идти, тогда это вариант, — говорит Мария. — Сегодня мы общаемся корректно. У нас нет драк, ссор, меня не притесняют. Можно ли смириться с тем, что в твоей квартире находятся чужие люди? Нет, нельзя. Но что мне остается?»
«Бросили детей, бросили свою жизнь и посвящаем все время этому делу»
В большинстве случаев, о которых стало известно журналистам, продавцы квартир ничем не могут подтвердить, что действительно стали жертвами мошенников.
«В исковом заявлении было указано, что мы и есть мошенники. Говорю: стоп, какие мы мошенники? — рассказывает Даниил Волчков из Тулы.
— Причем никаких доказательств того, что мошенники вообще были, у нее нет. Ни переписки, ни звонков, ни данных, что кто-то ее вынуждал продать квартиру. Даже если какие-то мошенники действительно воздействуют на бабушек, мне как покупателю вообще все равно. Почему я должен нести ответственность за это? Взыскивайте с тех, кто вас обманул. В моем случае им вообще никто не нанес ущерб, деньги у нее на кармане [на специальном счете в Сбербанке]».
Об этом же говорит и Мария: «Нет никаких доказательств, никаких переписок, звонков, вся информация с телефона продавца удалена. Предоставлен липовый договор купли-продажи, который якобы отправили мошенники. И все дело строится на нем. И на словах продавца».
Это подтверждает и еще одна анонимная пострадавшая от «схемы Долиной», из Тулы: «У нас есть на руках чеки, что продавец кому-то на карты деньги положила. А кому эти карты принадлежат, мы не знаем. Про мошенников мы знаем только с ее слов. Причем в суде ее слова каждый раз меняются. Когда она не знает, что отвечать, говорит: я не знаю, я не помню».
Часто продавцы во время сделки ведут себя естественно и стараются внедриться в доверие покупателя. Анонимная собеседница из Новосибирска рассказывает, что пожилая продавщица квартиры, у которой она купила жилье, «была максимально милой»:
«Такая бодренькая, активная женщина. Когда она нам сказала, что отдала деньги мошенникам, мне было ее очень жалко, мы с ней вместе поплакали. Потом мы ей помогли перевезти вещи из квартиры на дачу. Она мне пионов нарезала в благодарность и подарила икону на счастливую семейную жизнь, своими руками сделанную. На тот момент я еще не понимала, насколько это мутная схема и что эта женщина окажется двуличной».
Судебные разбирательства могут длиться месяцами и «дико выматывают», говорит еще одна собеседница, из Москвы: «Живем, страдаем, на нервах, на успокоительных, плачем. Уже год в этой истории. Бросили детей, бросили всю свою жизнь и посвящаем все время этому делу».
Сразу несколько пострадавших от «схемы Долиной» отказались общаться, опасаясь последствий. Они объяснили, что адвокаты разрешают им разговаривать только с федеральными СМИ.
«Мы ждем помощи от государства, вы должны понять. Если вдруг наши истории окажутся „не в тех“ изданиях, мы эту помощь не получим», — объясняет Виктор из Самары (имя изменено по просьбе собеседника).
Полтора года назад, в 2024-м, Виктор и его жена купили старую трехкомнатную квартиру для себя и двоих детей. До этого они снимали «тесную двушку» и мечтали об отдельной спальне и полноценной детской. Подходящий вариант они нашли у 65-летней пенсионерки.
«Квартирка-трешка была в „бабушкином состоянии“, старенькая, надо было менять коммуникации, делать ремонт. Но нас это не пугало. Цена была приемлемой с учетом состояния квартиры — около четырех миллионов рублей. Мы решились на ипотеку», — вспоминает Виктор.
На просмотр квартиры и знакомство с хозяйкой они приехали всей семьей. Пенсионерка встретила их радушно, «даже чаем напоила» и рассказала как о плюсах, так и о минусах квартиры, рассказывает Виктор. Также она сообщила, что после продажи жилья уедет из Самары в область, к сестре. После этого риелтор Виктора проверил все документы, хозяйка предоставила покупателям справки из психоневрологического диспансера. Затем попросила разрешить ей остаться в квартире «еще на пару недель», а потом перестала выходить на связь.
«Когда она вдруг пропала с радаров, мы сначала ничего такого не подумали. Мало ли, человек заболел или еще что-то, — признается Виктор. — А через неделю забеспокоились. Поехали к ней. И она нам вываливает историю про мошенников. Якобы она отдала им деньги сразу, как только мы купили у нее квартиру. То есть четыре миллиона кому-то подарила».
Виктор до сих пор не увидел ни одного подтверждения от бывшей хозяйки о том, что в схеме участвовали мошенники. «Полиция возбудила дело о мошенничестве. Но я не знаю, нашли ли мошенников. Я думаю, их и не было», — считает собеседник.
Бывшая хозяйка до сих пор живет в проданной квартире и пытается оспорить сделку в суде. Виктор с семьей продолжают снимать жилье. В месяц он отдает за аренду 25 тысяч рублей, примерно столько же уходит на погашение ипотеки.
«Если удастся обвинить хоть одну бабушку в мошенничестве, вся страна вздохнет спокойно»
Основатель сообщества юристов и журналистов «Первый отдел» Иван Павлов считает, что решение Верховного суда по разбирательству между Ларисой Долиной и Полиной Лурье будет влиять на подобные дела в будущем. «Ссылаясь на это решение, можно крушить все дела, в которых суды склоняются к тому, чтобы встать на сторону продавца», — уверяет Павлов. Он уточняет, что Верховный суд «обычно критикует» спорные дела и очень редко принимает решения самостоятельно: «А здесь он сам решил». Значит, эффект от дела Долиной — Лурье, скорее всего, действительно будет ощутимым для судебной практики.
Юрист Максим Доценко добавляет, что по итогам разбирательства между певицей и покупательницей ее квартиры Верховный суд может издать обзор, который поможет юристам в подобных делах. Однако тем покупателям, которые уже проиграли в суде, не стоит сильно надеяться на пересмотр своих дел. «На текущий момент шансы есть у тех, кто еще не прошел все судебные инстанции и не пропустил сроки на обжалование решений судов. Остальным может помочь Госдума — если захочет», — говорит Доценко. А тем, кто судится с недобросовестными продавцами квартир сейчас, он советует «брать на вооружение» решение по делу Долиной — Лурье.
22 декабря вице-президент Российской гильдии риелторов (РГР) Андрей Банников сообщил, что в ноябре число сделок на вторичном рынке Москвы уменьшилось на треть по сравнению с 2024 годом. А также напомнил, что после дела Долиной-Лурье Верховный суд готовит обзор практики по пересмотру сделок с недвижимостью:
Мы надеемся, что этот труд выльется в решение пленума Верховного суда, и там будет действительно достаточно подробно сказано, какое поведение покупателя является разумным и осмотрительным для того, чтобы этого покупателя суды в случае чего могли признавать добросовестным. Это очень важно и для нас как для риелторов, так и для рынка недвижимости в целом.
«Если удастся обвинить хоть одну бабушку в мошенничестве, это будет успех, — уверен пострадавший от „схемы Долиной“ Даниил Волчков. — Если у нас получится, вся страна вздохнет спокойно»