Марина аккуратно поставила противень в разогретую духовку. Отряхнула ладони от крошек муки, бросила взгляд на часы, чтобы запомнить время, и опустилась на стул. Сегодня всё просто обязано получиться на высшем уровне. Её фирменные пирожки должны были подняться внутри, приобрести золотистую корочку и выйти именно такими, какими их всегда предпочитал Артём. Это имело для неё особое значение. Огромное значение. Марина невольно улыбнулась, слегка прикрыла веки и погрузилась в размышления, где оживали воспоминания о всём, что всколыхнулось в её мыслях и чувствах после внезапного звонка от Артёма накануне вечером.
В семье Волковых всегда царили лад и согласие. Родители Марины искренне обожали друг друга. Их связь строилась на общих идеях, увлечениях, работе, убеждениях и предпочтениях. Сама Маринка росла крепкой и радостной девочкой в окружении по-настоящему счастливых людей. В положенный срок она, как и полагалось, немного позанималась на фортепиано, спела в детском коллективе, поплясала в танцевальной группе, подучила иностранный. В целом, она прошла тот стандартный набор занятий для всестороннего развития, который обычно ожидают от ребёнка из благополучной среды.
Но, выбирая профессию, Марина решительно отказалась продолжать учительскую династию родителей и выбрала университетский факультет по совершенно свежему тогда направлению — управлению кадрами. Учеба давалась ей без особых усилий, и она вела типичную студенческую жизнь, полную развлечений и общения. Вот только одного из классических элементов юности в институте — романтических историй с однокурсниками или хотя бы лёгких флиртов — у неё так и не случилось.
— Как-то странно это выглядит, — иногда недоуменно пожимал плечами отец Марины. Сам он в студенческие годы, как любил шутливо вспоминать, "застолбил" будущую супругу Наталью едва ли не с первого семестра, влюбившись раз и навсегда. — Зачем она тянет с этим? А ребята вокруг куда глядят? Ведь девчонка-то замечательная, ничего не скажешь.
— Не все же такие быстрые на подъём, как ты, — посмеивалась в ответ супруга. — Я, между прочим, на первом курсе была полной простушкой. Если бы заранее узнала про все твои качества, то сразу бы тебя отшила. Марине совершенно незачем торопиться. Да и вообще, я бы сейчас с удовольствием согласилась на внучка или внучку, — мечтательно добавлял Сергей, вздыхая и поглядывая на жену.
Проходил год за годом, но ни малыша, ни потенциального зятя родители так и не дождались. Марина оставалась в одиночестве, однако при этом вовсе не казалась подавленной или одинокой. По всему было видно, что ей вполне уютно в своём собственном обществе. Наталья всё равно иногда бросала на дочь-старшекурсницу взгляды, полные лёгкого беспокойства. Всё же такая затянувшаяся самостоятельность Марины выглядела несколько необычно.
Марина не относилась к классическим красавицам, и даже просто миловидной её можно было назвать с некоторой натяжкой. Но густые длинные волосы русого оттенка, глаза с зеленоватым отливом и стройная осанка создавали довольно привлекательный облик, и тем не менее она продолжала держаться в стороне от романтических связей.
После защиты диплома её с радостью принял на должность солидный предприниматель, давний знакомый отца. Девушка с настоящим образованием, а не просто для галочки, симпатичная и из известной ему порядочной семьи, конечно же, идеально вписалась в коллектив. А работа, которую Марина взяла на себя в соответствии с полученной квалификацией, оказалась ей по-настоящему близкой. Когда человек берётся за то, что его действительно увлекает, успех не заставляет себя ждать. Уже спустя пять лет, несмотря на относительно юный возраст, Марина Сергеевна Волкова уверенно руководила отделом кадров в крупном торговом объединении. Владелец компании, довольный результатами как никогда, справедливо и щедро компенсировал усилия своей ключевой специалистки по персоналу.
К удивлению и лёгкому ужасу родителей, которые всю жизнь ездили на дачу на стареньком дедовском автомобиле и делящих очередь в душ, Маринка удивительно скоро приобрела собственное, пусть и скромное по размерам, но удобное жильё в престижном здании, а также солидную машину иностранного производства. С появлением средств Марина открыла для себя настоящее наслаждение — странствия по разным странам. И даже в этих путешествиях она прекрасно справлялась без спутников. Наоборот, оставаясь наедине с новым городом, океаном, древней крепостью или древними руинами, она ощущала в таких встречах особый шарм. Никто не отвлекал её, не подгонял, не навязывал свои мнения и комментарии, не загораживал вид, стараясь запечатлеть себя любимого на фоне красот, словно опасаясь, что без нескольких снимков в разных позах никто не поверит в реальность поездки. И самое ценное — никто не мешал тому внутреннему диалогу, который она вела с узкими улочками Рима, мостами Парижа, соборами Испании или с загадочной улыбкой Джоконды, обращённой, казалось, только к ней одной. Она с удовольствием бродила по лабиринтам старых кварталов, садилась за столики уличных кафе, гуляла вдоль линии прибоя, бросала мелкие монеты в фонтаны, касалась пальцами шероховатых стен средневековых башен и чувствовала себя по-настоящему довольной жизнью.
Затем она возвращалась в привычный ритм, делала глубокий вдох удовлетворения и снова погружалась в повседневные дела и обязанности. Конечно, у неё имелись приятели и приятельницы. Шумная, энергичная и дружная группа, которая время от времени собиралась на вылазки за город или в гости друг к другу, всегда захватывала её с собой. Был и давний надёжный товарищ Дмитрий, который по старой дружбе годами присматривал за её автомобилем, при случае откладывая свои занятия и спешно чиня его в своей небольшой мастерской.
Потом, отложив все дела, он с довольным видом выслушивал её рассказы о последней поездке или сочувственно кивал, когда она делилась трудностями на работе. Отдавая Марине машину после очередного небольшого ремонта или планового осмотра, Дмитрий обычно вздыхал всем своим добродушным, всегда покрытым щетиной не слишком привлекательным лицом, смущённо улыбался и, осторожно коснувшись её кисти своими вечно испачканными маслом пальцами, произносил что-то вроде:
— Марин, осторожнее на дороге. Резина у тебя уже износилась, пора бы обновить. По утрам подмораживает, так что не гони по улицам. Вокруг полно неосторожных водителей. Кстати, новая стрижка тебе к лицу, хотя ты и так всегда выглядишь отлично.
Несколько раз Марине начинало казаться, что рядом с ней наконец-то возник тот самый человек. Но вскоре иллюзия таяла. Спустя недолгое время она мысленно представляла себя и возможного партнёра через несколько десятилетий и в панике отступала. Ей нужен был кто-то совершенно иной — привлекательный, решительный, крепкий и независимый. В общем, настоящий партнёр, ради которого стоило бы изменить свою жизнь. "Романтическая наивная особа", — самокритично размышляла Марина о себе. "Так и останусь в одиночках до седых волос, дожидаясь идеала". "Ну и ладно, останусь", — упрямо возражала она своим же мыслям. Лучше жить одной, чем с вялым, ленивым существом в брюках, от которого веет едой и скукой.
У неё всегда был обширный круг коллег на службе. В конце концов, рядом оставались заботливые и дорогие мама с папой. И всё же она не могла не признавать перед собой, что среди всего этого множества людей имелся один, с кем ей было неизменно просто и приятно. Этого человека она глубоко ценила, любила и оберегала. Этим человеком была она сама, Марина Сергеевна Волкова.
— Мам, а вдруг я какая-то неправильная внутри? — иногда пугалась она в разговорах с матерью.
— Что ты выдумываешь, милая, ничего подобного, — успокаивала Наталья. — Просто ты у нас такая уникальная. И кто сказал, что ценить и любить себя — это плохо? Наоборот, это совершенно верно. Особенно когда есть за что. А у тебя с этим полный порядок. И вообще, если человек не дорожит собой, как он может ожидать, что другие будут его ценить?
Так Марина и продолжала существовать в согласии с собой — уравновешенно, независимо и без пары, постепенно смиряясь с мыслью, что это, вероятно, продлится вечно.
— Марин, вот какое дело, — сказал однажды утром коммерческий директор Игорь. — Мне бы ещё пару-тройку толковых агентов по продажам. Мы расширяем базу клиентов, а у меня рук не хватает. Только знаешь, очень прошу, вернись к этому сама, лично займись подбором. Мне нужны надёжные специалисты, и лучше тебя никто с этим не справится. Опыт, конечно, важен, но у меня сроки горят, и обучать новичков с нуля просто некогда.
Так Марина снова взяла на себя роль специалиста по отбору кандидатов. Претенденты шли один за другим, но все они казались не слишком подходящими. По крайней мере, кроме опыта в торговле, у них отсутствовало то, что она искала: настоящая мотивация к труду и доходам, настойчивость, убедительность, деловая хватка. Последним в комнату вошёл молодой мужчина, который, усевшись напротив, показался не просто рослым, а по-настоящему внушительным. Впрочем, присмотревшись, она осознала, что он и правда довольно высок, а ещё больше впечатление усиливали широкие крепкие плечи и какая-то неосязаемая аура, невидимая, но ощутимая.
Парень будто занял собой всю комнату, полностью приковав к себе внимание.
— Добрый день, Артём Алексеевич. Благодарю, что пришли. Проходите, присаживайтесь, — произнесла она стандартную фразу, заглянув в лежащее перед ней резюме, подняла взгляд и вдруг умолкла.
Он выглядел бесспорно привлекательным. Подтянутая атлетическая фигура, на которой хорошо смотрелась явно поношенная кожаная куртка, внимательные глаза карего цвета, тёмные волнистые волосы — всё это создавало сильное впечатление. Но даже не внешность была основной. От него веяло настоящей силой — мужской, уверенной, волевой. На миг Марине почудилось, что это она явилась на собеседование, и сейчас этот привлекательный, полный самообладания человек будет определять её дальнейшую судьбу. Чтобы стряхнуть это наваждение, ей даже пришлось слегка встряхнуть головой.
Удивлённая собой Марина внезапно припомнила термин, который редко применяла в обыденности, — харизма. Да, этот человек напротив безусловно обладал мощной харизмой, способностью влиять на окружающих. Он притягивал взгляд, не делая ничего особенного, заставлял вслушиваться в свои слова, даже если ничего существенного не произносил, и почему-то вызывал симпатию и уважение, хотя пока ничем их не заработал.
И внезапно её женское сердце, которое годами билось ровно и безмятежно, сбилось с такта и отозвалось лёгкой, волнующей и приятной тоской. Марина с изумлением прислушалась к своим ощущениям, вздрогнула и, прокашлявшись, наконец начала беседу.
Спустя несколько минут она поняла, что у Артёма Соколова, как значилось в документах, нужного опыта нет и близко. Он не имел представления о товарообороте, никогда не сталкивался с инвойсами, не знал, чем занимаются контролёры и в чём разница между активными и пассивными продажами. В общем, он был полным новичком в сфере деятельности агента по торговле и его обязанностях. Таких претендентов Марина обычно тактично и оперативно провожала, считая, что если человек не потрудился хотя бы поверхностно ознакомиться с темой вакансии, то ожидать от него отдачи бессмысленно.
По логике следовало поступить именно так, но она почему-то не обрывала этот разговор, бесполезный с точки зрения профессионализма. Молодой человек сдержанно и учтиво улыбался, уважительно кивал, внимательно выслушивал, изредка задавая вполне разумные вопросы, и смотрел сосредоточенно, чуть прищуривая тёмно-карие глаза. Под этим взором Марина пару раз беспокойно пошевелилась на стуле. Почему-то захотелось пригладить волосы, а в идеале встать и проверить, в порядке ли грим и укладка.
— Знаете, — заговорил он голосом, от которого по её коже пробежали лёгкие мурашки. — Я всё отлично осознаю. Я вам, наверное, не слишком подхожу. У меня отсутствует опыт и специальные навыки, но я быстро схватываю новое, поверьте мне. Я целеустремлённый и настойчивый. Спорт этому хорошо учит. Мне крайне необходима эта работа. Я в курсе, что в вашей компании можно хорошо зарабатывать и набраться ценного опыта. Я бы очень хотел присоединиться к вам и проявить себя.
"В общем-то, вы мне даже весьма интересны", — чуть не сорвалось с языка у Марины, но она вовремя придержала слова.
— Ладно, Артём Алексеевич, — сказала она. — Ничего не обещаю, но подумаем над вашей кандидатурой и непременно дадим знать о решении.
— Ясно. Буду ждать. Спасибо вам, — отозвался он.
Он откинул со лба упавшую прядь и поднялся. Затем поднял голову и улыбнулся. Обычная улыбка, как улыбаются вежливые люди, желающие произвести приятное впечатление. Но у Марины сложилось твёрдое ощущение, что эта улыбка предназначалась именно ей, с неким особым подтекстом, словно у него имелось на то полное право.
Марина через полчаса уже спорила с коммерческим директором, которого благодаря долгим годам совместной работы в приватных разговорах называла просто Игорем.
— Пусть опыта нет, но мы же сто раз говорили: лучше взять перспективного новичка, чем уставшего профи, — убеждала она, стараясь звучать твёрдо, но внутри чувствуя, как нарастает упрямство.
— Согласен в принципе, но не здесь, — парировал Игорь, качая головой и откидываясь на спинку стула. — Марин, у меня нет ни минуты, чтобы нянчиться с ним, особенно когда он в продажах полный профан.
— И что с того? — не сдавалась Марина, скрестив руки на груди. — Он схватит всё на лету, я в этом не сомневаюсь. Ещё обойдёт твоих ветеранов по всем показателям. Вот увидишь сам. По нему сразу ясно, что он из тех, кто всегда добивается своего, где бы ни был.
— И при этом у него такая сложная история за плечами, — добавила она, понижая голос, чтобы подчеркнуть важность. — Представь, он годами играл в баскетбол на серьёзном уровне, даже в кандидаты сборной входил. А потом травма — и до сих пор иногда хромает. Но он не сломался, ищет выход, работу. Надо же, какой упорный.
— Ну и пусть ищет в другом месте, — отмахнулся Игорь, барабаня пальцами по столу. — Марина, я же просил подыскать людей с практикой, и все наши критерии он не тянет ни по одному пункту.
— Марин, ты чего? Совсем с катушек слетела? — изумился он, вскидывая брови и пристально глядя на неё. — Как я его возьму? У него даже тачки своей нет. У него даже машины нет. Что он на ногах набегает? Да ещё с хромотой.
— Слушай, как тебе не совестно такое говорить? — вспыхнула Марина, чувствуя прилив раздражения.
— А мне и не совестно ни капли, — отрезал Игорь, повышая голос от досады. — Мне нужен результат по плану. И по продажам, между прочим, а не по спасению бывших атлетов. Мы здесь не для благотворительности. Если продажи провалим, с нас обоих спросят по полной.
— Вот когда провалим, тогда и будешь меня пилить, — усмехнулась Марина, пытаясь разрядить напряжение. — А насчёт машины — он разберётся, я уверена.
Она произнесла это слишком поспешно и тут же прикусила губу, но продолжила, чтобы не дать ему вставить слово.
— Ты просто попробуй, не отказывай сразу. Вот увидишь, потом ещё спасибо скажешь за такого специалиста.
— А почему ты так за него радеешь? — вдруг насторожился Игорь, прищурившись. — Он тебе родственник или кто?
— Да ну, ерунда какая, — фыркнула Марина, отводя взгляд. — Ты же знаешь мой принцип: никаких родных, друзей или знакомых на работу. Я его сегодня впервые увидела.
— Значит, запал как мужчина, — подхватил Игорь, начиная хохотать. — Признавайся. Неужели наша железная леди наконец сдалась?
— Ты что, с ума сошёл? — возмутилась Марина, краснея от досады. — Перестань нести вздор.
— Нет, серьёзно, — не унимался он, всё ещё посмеиваясь. — Ты не станешь скрывать: он симпатичный, даже эффектный, обаятельный какой-то. В общем, после встречи его не забудешь.
— Вот это уже довод, — тут же посерьёзнел Игорь, кивая. — Мне нужны такие, кто клиентов, особенно дам, может зацепить харизмой. Если даже ты клюнула...
— Да никто не клюнул, — рассердилась Марина, понимая, что он близок к правде. — Хватит чепуху городить.
— Тогда я вообще в толк не возьму, — развёл руками Игорь. — Дерёшься за него, как за родного. Считаешь моей прихотью?
— В общем, можешь сделать мне услугу, — не отступала она. — Возьми на пробу, на стажировку. Если не подойдёт, я в наказание выбью у босса бонус для твоих ребят. Договорились? Только по-честному.
— Ладно, по рукам, — согласился он. — Держу на слове. Готовься просить деньги, потому что твой фаворит слиняет через три дня, от силы четыре.
Продолжение :