Мне 73 года. Оглядываясь на прожитые годы, с грустью осознаю, что светлых воспоминаний почти не осталось. После школы я уехала из родной деревни, чтобы учиться в городе. Незадолго до этого умерла моя мама после продолжительной болезни. Отца я не знала – мама рассказывала, что он уехал на заработки вскоре после моего рождения и исчез. Тётя, мамина сестра, тоже ушла из жизни, когда я ещё жила в деревне.
С будущим мужем мы познакомились в институте, учились в одной группе. На третьем курсе мы сыграли свадьбу. Он тоже рос только с матерью. После свадьбы я переехала к ним в квартиру из общежития. Со свекровью у нас сразу сложились тёплые отношения, она была замечательной женщиной.
Мы с мужем оба были мечтателями, грезили о путешествиях по всей стране. Помню, как меня восхищали его планы. Мы часто обсуждали, как сначала отправимся на Северный Кавказ, чтобы увидеть Эльбрус, затем на Байкал, а потом на Камчатку, чтобы полюбоваться вулканами. Я верила, что всё так и будет, и мы даже начали воплощать наши мечты в реальность – сразу после свадьбы мы совершили поездку на Эльбрус. Но это было наше первое и, к сожалению, последнее совместное путешествие. Через три дня после нашего возвращения домой мужа насмерть сбила машина.
Невозможно описать словами, что я пережила. Первый месяц я жила как в тумане, не помня, что я делала, ела или спала. В памяти осталась только безумная боль, от которой теряешь ощущение времени.
Вскоре последовал ещё один удар – через месяц умерла свекровь. Её сердце не выдержало горя. Я осталась одна в их квартире, куда меня прописали сразу после свадьбы. А после похорон свекрови я узнала, что жду ребёнка.
У меня родилась двойня – две девочки. Как я тогда справилась в одиночку, до сих пор не понимаю. Институт пришлось бросить. У меня были небольшие сбережения, отложенные с продажи маминого дома, но они быстро закончились – часть денег ушла на похороны, а часть на еду, хотя я и экономила на всём. К счастью, ребята из института помогали – приносили продукты и сидели с детьми, пока я искала ясли и работу.
Слава богу, трудности остались позади, дочери повзрослели, хотя почти вся моя жизнь прошла в неустанном труде на двух работах. Супруга я так и не обрела, времени на личную жизнь просто не было, да и желающих взять в жены женщину с двумя детьми особо не находилось. Позже я сама отправила дочерей под венец. Одна нашла супруга с собственным жильем, а ради другой пришлось продать мою просторную квартиру, доставшуюся от свекрови, и приобрести две поменьше. Одну, скромную однокомнатную, для себя, а двухкомнатную - молодым, так как дочь уже ждала ребенка. Я предлагала им жить всем вместе в старой квартире, но зять был непреклонен. А дочь его боготворила и не перечила ему.
Пролетели годы, и я воспитала двух внуков от обеих дочерей. Это не было для меня бременем, напротив, выйдя на пенсию, я с удовольствием возилась с внуками. Теперь они совсем взрослые – один уехал на заработки в Америку и там обосновался. Другой перебрался в Москву, женился и, вероятно, тоже не вернется.
Пол года назад случилось несчастье: идя в магазин, я внезапно почувствовала себя плохо, ноги ослабели, и я потеряла сознание. Очнулась в больнице, куда меня доставили на скорой. Я лежала без сил, не могла пошевелиться, не чувствовала ног, словно их не было. Врач объяснил, что у меня был инсульт, но худшее позади, и перспективы восстановления обнадеживающие. Требовалась лишь реабилитация.
Проведя около месяца в больнице, я обнаружила, что руки функционируют нормально, а вот с ногами беда – могу ходить, но только с ходунками, медленно и осторожно. Вернувшись домой, я осознала, что, хоть в квартире я еще как-то могу себя обслуживать и дойти до туалета, походы в магазин или прогулки на улице стали невозможны – я живу на четвертом этаже в доме без лифта. В квартиру меня на руках заносили мужья дочерей.
В тот же вечер я невольно стала свидетельницей неприятного разговора дочерей – они спорили, кто из них должен за мной ухаживать. Квартира-то маленькая, и мне было слышно все, что они говорили на кухне. Почувствовав горечь, я позвала их и сказала: «Уходите обе, мне от вас ничего не нужно, я как-нибудь справлюсь сама». Тут одна обиделась, заявила, что уйдет. Другая тоже упрекнула меня в капризности. И тут мне стало невыносимо больно, что я схватила стакан с водой и плеснула в них – мол, уходите, не хочу вас видеть! Они ушли, хлопнув дверью. Но дверь осталась незапертой. Я попыталась встать, чтобы закрыть ее, но ноги снова отказали.
Лежу и горько плачу от обиды за дочерей, в которых вложила всю свою жизнь, а они перекладывают меня, как ненужную вещь. От обиды за свою беспомощность. И тут я услышала голос соседки по лестничной клетке, она постучалась в дверь и осторожно заглянула в комнату. Совсем молодая, моложе моих внуков. Живет одна с годовалой дочкой. Она несколько раз просила меня посидеть с дочкой, пока та спит, чтобы сбегать в магазин. Мне было не в тягость ей помочь. Она спросила, что случилось, почему я плачу? Может ли она чем-то помочь? Я ей все рассказала, и мне стало немного легче. А соседка сказала, что будет мне помогать – сходить в магазин или аптеку, помочь по дому.
Прошла зима, Лида (соседка) каждый день приходит ко мне, помогает мыть посуду, убирать в квартире. Конечно, приносит продукты, покупает лекарства. Я отдала ей свою пенсионную карту, и она сама снимает деньги в банкомате и делает покупки. Она очень щепетильна в этом плане - лишней копейки себе не возьмет. Так и живем потихоньку. Я присматриваю за ее дочкой, когда она ходит в магазин. Вроде бы начинаю ходить лучше, и она обещает, что летом выведет меня на улицу, а то я уже несколько месяцев сижу в четырех стенах.
Дочери иногда звонят. Они даже обрадовались, что у меня появилась такая соседка, и им не нужно возиться со мной. Спрашивают, не нужно ли что-нибудь привезти? Но я каждый раз отказываюсь, если честно, то видеть их не хочу. Сейчас жалею, что, когда покупала квартиры в 1995 году, сразу оформила свою однушку на дочь, чтобы потом дети не возились с наследством. Думала, внуку моему останется. А теперь он в Америке, и она ему без надобности. Лучше бы я отдала ее Лиде, для ее дочки. Чувствую, что скоро умру. Она, кстати, знает, что у меня ничего нет, и ухаживает за мной не из корысти.
Смотрю я на нее и думаю, почему мои дочери не стали такими? Вроде бы вкладывала в них добро всю жизнь. Куда оно делось?
Дни тянутся медленно, но в то же время неумолимо летят вперед. Каждое утро Лида приносит свежий хлеб и молоко, ставит чайник и помогает мне одеться. Мы сидим на кухне, пьем чай и болтаем обо всем на свете. Она рассказывает о смешных выходках своей дочки, о своих планах на жизнь, а я слушаю и вспоминаю свою молодость, свои мечты, которые так и не сбылись.
Иногда я смотрю на Лиду и думаю, что она послана мне судьбой как ангел-хранитель. Она вернула мне веру в добро, в человечность. Я вижу в ней ту заботу и любовь, которых так не хватало мне от собственных дочерей. Может быть, я допустила какую-то ошибку в их воспитании, может быть, слишком баловала их или, наоборот, слишком много требовала. Сейчас уже не важно, прошлое не изменить.
Я благодарна судьбе за то, что в конце жизни мне встретился такой светлый человек, как Лида. Она доказала мне, что доброта и милосердие еще существуют в этом мире. Я чувствую себя немного виноватой перед ней за то, что обременяю ее своей старостью и немощью, но она никогда не подает виду, всегда улыбается и говорит, что ей это не трудно.
Наверное, скоро мой жизненный путь подойдет к концу. Я не боюсь смерти, я боюсь только одного – оставить Лиду одну. Она еще такая молодая, и ей столько всего предстоит в этой жизни. Я надеюсь, что она найдет свое счастье и что ее дочка вырастет хорошим человеком. А я буду смотреть на них с небес и радоваться за них. Может быть, я даже смогу как-то им помочь, как когда-то помогала своим дочерям.
Оставшись одна, я поняла, что сложнее всего дается не тишина, а быт. Раньше мелкий ремонт брали на себя родные а теперь мне пришлось искать выход самой. Удивительно, но помощником стал интернет: я узнала, что компьютер может быть не просто развлечением, а настоящим "кибер-домовым", который подскажет, как решить любую бытовую поломку.
Но главной моей отдушиной, конечно, осталась дача. Земля лечит любые душевные раны. Чтобы не унывать зимой и чувствовать себя нужной, я занялась планированием будущего сезона. Даже попросила нейросеть составить мне календарь посевов — знаете, это так увлекает, будто дачник зимой и правда не спит!
