Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Да придет спаситель

Однажды Ипполит читал свежие новости из Ирана и внезапно почувствовал, как в комнате запахло нафталином, эмиграцией и демократическим лосьоном «Свобода Classic». Ибо на политическую сцену с грохотом выкатили Резу Кир Пехлеви - человека, который последние сорок шесть лет героически борется за иранский народ, не выходя из США. Реза - сын последнего шаха Ирана, того самого, которого в 1978 году вынесли вперёд ногами из истории вместе с тронами и павлинами. В восемнадцать лет Реза уехал из страны. С тех пор он живёт в США, где мужественно страдает за Иран, глядя на него по телевизору, а иногда - по CNN. Он борется. О, как он борется. За демократию. За права иранцев. За запрет хиджабов. За свободу. За интернет. А теперь, как выяснилось, ещё и за Roblox, ибо без него ни одна революция XXI века не считается легитимной.
Без Roblox - это бунт.
Реза выучился на пилота истребителя в США. Это очень важно. Потому что, когда ты сорок шесть лет не был в стране, которую собираешься возглавить, крайн

Однажды Ипполит читал свежие новости из Ирана и внезапно почувствовал, как в комнате запахло нафталином, эмиграцией и демократическим лосьоном «Свобода Classic».

Ибо на политическую сцену с грохотом выкатили Резу Кир Пехлеви - человека, который последние сорок шесть лет героически борется за иранский народ, не выходя из США.

Реза - сын последнего шаха Ирана, того самого, которого в 1978 году вынесли вперёд ногами из истории вместе с тронами и павлинами. В восемнадцать лет Реза уехал из страны. С тех пор он живёт в США, где мужественно страдает за Иран, глядя на него по телевизору, а иногда - по CNN.

Он борется. О, как он борется. За демократию. За права иранцев. За запрет хиджабов. За свободу. За интернет. А теперь, как выяснилось, ещё и за Roblox, ибо без него ни одна революция XXI века не считается легитимной.
Без Roblox - это бунт.

Реза выучился на пилота истребителя в США. Это очень важно. Потому что, когда ты сорок шесть лет не был в стране, которую собираешься возглавить, крайне полезно уметь взлетать вертикально. Впрочем, пока он летает в основном по студиям и конференциям.

И вот - чудо. В Иране начинаются протесты. Никто толком не может объяснить, из-за чего именно. Все негодуют, но по-разному. Кто-то - из-за экономики. Кто-то - из-за запретов. Кто-то - потому что просто заебало.
Но мы же люди опытные. Мы знаем: сам народ раскачаться не может. Это невозможно. Обязательно должен быть внешний пендель. Волшебный. Демократический. Желательно с английским акцентом.

И вот, чтобы придать происходящему вес, смысл и логотип - на сцену выходит Кир.

Западные ресурсы тут же сообщили о «стремительном взлёте его политической карьеры». Стремительном - это за шесть дней.
Шесть.
Дней.

До этого сорок шесть лет - тишина, эмиграция, интервью и воспоминания о папе. А тут - бах! - и ты уже «лидер иранской оппозиции». Не выходя из Майами.

Иранцы, правда, слегка охуели. Они как-то не помнили, чтобы звали. Но кто их спрашивает? Главное - что Реза готов. Он уже всё объяснил: что им нужно, как им жить, что носить, во что играть и каким интернетом пользоваться. Осталось только, чтобы они сами об этом узнали.

Особенно умиляет забота о народе.
- Сожжем хиджабы!
- Вернём Roblox!

Сразу видно человека, знающего боль простого иранца. Не хлеб, не работа, не безопасность - скины, сервера и донаты, сука. Революция нового поколения. Маркс бы плакал.

Разумеется, Реза абсолютно самостоятельная фигура. Никаких внешних сил. Просто так совпало, что он живёт в США, учился в США, выступает на западных площадках, говорит ровно то, что от него ждут, и появляется ровно тогда, когда это нужно. Чистая магия. Восточная сказка.

И вот Ипполит смотрит на всё это и думает:
удивительная всё-таки штука - демократия на экспорт. Чем дальше от страны, тем громче забота. Чем меньше контакта с реальностью, тем больше любви к народу.

Когда-нибудь, возможно, выяснится, что изгнание - это не всегда про страдания, а иногда про удобную геолокацию. Реза, конечно, готов вернуться и возглавить. Но сначала - пусть народ дозреет.

Революция, как известно, дело тонкое.
Особенно если вести её из Калифорнии.