В очередной раз один читатель решил меня удивить и привёл ссылку на статью, в которой давалась численность некоторых дивизий Красной Армии на момент начала Великой Отечественной войны.
Эта таблица, по его мнению, неоспоримо доказывала, что советские дивизии были значительно меньше немецких, и возвращала к старому советскому мифу о значительном превосходстве германских войск над советскими. Причём в данной статье товарищ упирал (как и советские историки) именно на численность личного состава.
А если исходить именно из простой численности, то сравнивая советские стрелковые дивизии с личным составом около 10 тысяч, со штатной в Вермахте, составляющей аж 17 734 человека (приводимая порой цифра в 16 858 человек — это без учёта полевого запасного батальона), мы получаем если и не двойное, то уж очень большое преимущество.
Я приведу эту таблицу, в которой добавил ещё строку. Для сравнения я привёл не только штат военного времени на июнь 1941 года, но ещё и штат мирного времени, по которому указанные в таблице дивизии на тот момент содержались. Мне кажется это уместно.
А заодно приведу ещё одну таблицу, которую я когда-то давно, ещё из открытых источников, составлял для одной из своих книг:
К сожалению, хотя во всех случаях указано, что дана численность на начало войны, но это не так. Данные либо на 1 июня 1941 года, либо ещё раньше. Просто потому, что на 21 июня сводки никто не подавал, а после они уже существенно поменялись. Мало того, и данные от 1 июня к началу войны могли измениться, причём существенно. А это важно, поскольку и события, влияющие на эту численность, происходили в тот период.
Но давайте для начала к таблицам. Все почему-то в них смотрят на численность, хотя показательны как раз остальные данные по вооружению. Из которых следует, что всё положенное по штату вооружение (кроме 37-мм зенитных орудий, но это беда особая) в дивизии имелось. То есть вооружены дивизии были полностью, и по этому параметру, напомню, они или не уступали, или превосходили пехотные дивизии Вермахта.
Не хватало же аж 4 тысячи человек. Почти треть вроде бы и выглядит ужасно. Для того, кто не понимает структуры соединений.
К сожалению, я не могу найти подробный состава по штату №4/100. Я его видел не один раз, но сейчас не могу найти, а подробно, конечно, на запомнил. Помню, что в половине стрелковых отделений не хватало одного бойца, в половине расчётов артиллерии и миномётов на хватало по одному подносчику (там, где их было двое). В батальонах, ротах, взводах не хватало посыльных. Всё остальное же приходилось на тыловые части.
То есть, дивизия по штату №4/100 была полностью боеспособна и могла вести бой дня три, пока не сказалось бы нехватка тыловых подразделений. Но за три дня её бы и пополнили.
Так что боевые возможности стрелковой дивизии по штатам мирного времени не уступали развёрнутой немецкой пехотной, а по некоторым параметрам превосходили — «штыков» точно было больше.
Ну а теперь про упомянутые «события».
Это совершенно, на мой взгляд, не изученная тема проводившихся в 1941 году сборов. Документов сохранилось не так много, из них можно сделать вывод, что дивизии с численность в 6 тысяч человек планировали увеличить вдвое, призвав на сборы по 5-6 тысяч. А дивизии в которых было 10 тысяч, должны были получить 1.9-2 тысячи запасников.
При таком раскладе дивизии выглядят ещё более боеспособными, согласитесь. К сожалению, вопрос с проводимыми в 1941 году сборами требует изучения. В первую очередь хотелось бы понять, насколько полна имеющаяся информация.
Например, есть такой документ: «СПРАВКА о проведении сборов приписного состава в стрелковых дивизиях в 1941 году», датируемый примерно 20 мая 1941 года.
Мне вот буквально сейчас попался какой-то товарищ из ЖЖ, который явно мечтает поймать меня на неточностях, но знаний не хватает. Он указывает на тот факт, что в вышеупомянутом документе дивизии Западного Особого военного округа почти не получают резервистов на сборы (только четыре дивизии из 24), тогда как более всего на сборы призывают в дивизиях Московского и других внутренних округов. Правда, дальше продолжить и посмотреть, о каких дивизиях Московского и других округов идёт речь, автор уже не сообразил. А большинство из них по плану должно было оказаться гораздо ближе к западной границе, чем Московский округ.
Но это не самое интересное. Если взять Западный округ, в котором действительно указано прохождение сборов лишь в четырёх дивизиях (64-й, 108-й, 143-й и 161-й)) и «повертеть головой по сторонам», то, например, сходу можно найти, что 22 июня 1941 года в Брестской крепости находился личный состав, прибывший на сборы в 6-ю и 42-ю стрелковую дивизию. А если ещё поискать?
Кстати, даже в таком ненадёжном источнике, как книга «Генеральный штаб в предвоенные годы» маршала Захарова сказано про сборы:
…что позволило укомплектовать до полного штата военного времени 21 дивизию приграничных округов, а также значительно пополнить другие соединения, части артиллерии, войск ПВО и укреплённых районов.
Возможно ошибка, но это тот случай, когда написанное стоит попробовать проверить.
Можно обратить внимание на справочник «1941 год — уроки и выводы». Написан он в 1992 году и людьми, которые могли иметь доступ к архивам любым — тогда это было несложно, а за деньги так пускали кого угодно. К сожалению, в справочнике не указано, откуда взята такая информация:
Эти мероприятия позволили усилить половину всех стрелковых дивизий (99 из 198), предназначенных в основном для действий на Западе. При этом состав стрелковых дивизий приграничных округов при штатной численности 14483 человека был доведен: 21 дивизии — до 14 тыс. человек, 72 дивизий — до 12 тыс. человек и 6 стрелковых дивизий — до 11 тыс. человек.
Однако, опять же было бы интересно понять, откуда такие цифры.
Сильно усложняет то, что в сводках о численности частей и соединений прибывшие на сборы не указаны, либо, что крайне редко, указаны отдельно. Не указаны и в приведённых выше таблицах. Поэтому на 21 июня в дивизии могло быть по документам 9-10, а утром 22 июня в бой пошли 12-14, а то и 15-16 тысяч. Поскольку после начала войны прибывших на сборы резервистов официально внесли в списки части и дивизии вдруг резко выросли в численности.
Ну а как легко понять, очень многие документы по тем дивизиям, что нас более всего в этом вопросе интересуют, были просто утрачены.
Посему можно с грустью предположить, что полных данных по личному составу соединений РККА к началу войны едва ли удастся получить.
Однако в том вопросе, который он может быть интересен именно больше всего — в плане сравнения, картина в целом понятна. Даже дивизии, содержавшиеся в штате мирного времени (у границы все они были по штату №4/100), по своим боевым возможностям были способны воевать на равных с аналогичными соединениями Вермахта. Так получается на бумаге. Чем формальная картина отличалась от суровой реальности — уже совсем другой разговор.
А откуда могли взяться ещё люди, хоть ответа точного и нет (нет официального документа с указаниями), но, можно сразу предложить два вариант.
Во-первых, были и другие сборы, кроме указанных, а в мае были приняты решения о скрытой мобилизации, когда под видом сборов могли призвать ещё резервистов.
Во-вторых, был ещё и самый обычный призыв. Я не стал искать данных о том, сколько призвали в ходе весеннего призыва людей и куда они поступили. А главное — были ли демобилизованы те, чей срок службы истёк. Знаю конкретные примеры, когда отслуживших людей домой не отправили, и они встретили войны в своей части, из которой их должны были бы демобилизовать. Вот вам и ответ, за счёт каких людских ресурсов можно было доукомплектовать дивизии.
Не совсем в тему, могу ещё предложить прочитать:
Какими силами Красная Армия летом 1941 года планировала громить Вермахт