Найти в Дзене

«Жук» против Пушкина: о чем на самом деле спорят в «Отцах и детях»

В 1862 году после выхода знаменитого романа И. С. Тургенева весь читающий мир разделился на «отцов» и «детей», ругая или защищая нигилиста Базарова. Казалось бы, социальная повестка устарела. Но критики Александр Генис и Пётр Вайль в книге «Родная речь» свежим взглядом смотрят на русскую классическую литературу и находят новые интерпретации. В романе они увидели не социальный памфлет, а вечный спор Цивилизации с Культурой. И этот спор решает нашу судьбу до сих пор. Рассматривать главную и очевидную проблему романа, межпоколенческую, авторы не стали. Ведущим столкновением в произведении выделяется конфликт научного и художественного мировоззрения, перерастающий в конфронтацию более масштабную — «философскую, выходящую за рамки и века, и страны»: · Цивилизация (Базаров) — это вектор, порыв, идея. Ее метод — свести сложное к простой формуле. «Жук — ключ ко всем проблемам». Изобрести теорию, найти причину, все объяснить и... переделать. · Культура (мир Кирсановых) — это скаляр, уклад. Ее

В 1862 году после выхода знаменитого романа И. С. Тургенева весь читающий мир разделился на «отцов» и «детей», ругая или защищая нигилиста Базарова. Казалось бы, социальная повестка устарела. Но критики Александр Генис и Пётр Вайль в книге «Родная речь» свежим взглядом смотрят на русскую классическую литературу и находят новые интерпретации. В романе они увидели не социальный памфлет, а вечный спор Цивилизации с Культурой. И этот спор решает нашу судьбу до сих пор.

Рассматривать главную и очевидную проблему романа, межпоколенческую, авторы не стали. Ведущим столкновением в произведении выделяется конфликт научного и художественного мировоззрения, перерастающий в конфронтацию более масштабную — «философскую, выходящую за рамки и века, и страны»:

· Цивилизация (Базаров) — это вектор, порыв, идея. Ее метод — свести сложное к простой формуле. «Жук — ключ ко всем проблемам». Изобрести теорию, найти причину, все объяснить и... переделать.

· Культура (мир Кирсановых) — это скаляр, уклад. Ее суть — в накоплении «мелочей»: привычек, ритуалов, неписанных правил, уважения к Пушкину, чистых ногтей и вечерних прогулок. Это и есть ткань жизни.

Это не свод правил, а живая ткань, сотканная из множества нитей: привычек, ритуалов, эстетических предпочтений, неписанных кодексов чести и бытовых мелочей. Важный ее принцип — целостность и неразложимость на простые составляющие. Каждый её элемент — от поэзии Пушкина до манеры держать вилку — имеет смысл только в связи с другими. Вырвав что-то одно (как Базаров, отрицающий Пушкина), вы нарушаете весь баланс. Культура — это не идеи, которые можно оспорить, их нельзя преломить и начать строить с понедельника по формуле. Она строится веками и поколениями. Павел Петрович защищает не конкретные догмы, а сам порядок, позволяющий этим практикам существовать.

Почему побеждает культура?

Тургенев последовательно сталкивает Базарова с разными областями жизни — и везде цивилизаторский порыв терпит поражение. В дружбе Базаров теряет Аркадия, который оказывается «ручным». В любви он разбивается об «рельсы» размеренной жизни Одинцовой, для которой его взгляды — угроза самой норме. Во вражде он проигрывает дуэль Кирсанову, потому что сражается на чужой территории (сама традиция дуэлей ему чужда) против Павла, за которым стоит могущественный лес, символизирующий природу, естество и миропорядок.

Но Базаров проигрывает. Евгения убила не мелкая глупая царапинка, повлекшая за собой страшное заболевание, не неосторожность, а сама природа, к которой относился потребительски и материалистически воспринимал. Будто бы автор отказывает герою в хаосе, который он проносит с собой на протяжении всего произведения, показывая читателям, что не за «Базаровским» типом человека будущее. «Умирает Базаров унизительно и жалко. Хотя и тут автор сохраняет полную объективность, показывая силу духа и мужество героя.»

Разгадку романа «Отцы и дети» нельзя сводить только к конфликту поколений и простому противостоянию консерваторов и либералов. Это фундаментальный философский роман о том, как «порыв цивилизации» радикальному переустройству разбивается о сложный, иррациональный, но жизнеспособный «порядок культуры». Базаров проигрывает не людям, а самому принципу мироустройства, который не сводится к логической формуле. В этом и заключается вневременная глубина тургеневской книги, которую раскрыли Вайль и Генис.

Кстати, в телеграм-канале анонсирую и показываю некоторые свои творческие мероприятия, стихи прилагаются https://t.me/malinkapoetry