Автор - Надир Бекиров
Акт тотальной депортации народов Советского Союза и ликвидации их национально-государственных образований крымских татар уже давно и совершенно официально признан геноцидом. Однако международная Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него в том виде, в котором она была принята ООН 9 декабря 1948 г. говорит о физическом уничтожении народа и других мерах, направленных на его физическое уничтожение.
В ходе работы над Конвенцией из предварительного текста были убраны нормы об уничтожении по социальному признаку, а также о преднамеренном уничтожении культуры и национальной идентичности того или иного народа.
Однако прямой геноцид народа, расовой или этнической группы в истории, как правило, сопровождался и тем, что впоследствии в международно-правовой теории было обозначено как культурный геноцид или этноцид, под которым как раз и понимается уничтожение культурного наследия, фактических проявлений культуры и национального самосознания.
Не обошла эта человеконенавистная практика и крымских татар. Скорее всего многие знают, что через несколько лет после депортации, но в условиях, когда весь крымскотатарский народ находился в спецпослениях, разбросанных по нескольким союзным республикам за тысячи километров от родной земли, в положении, которые в международном праве, действовавшем и тогда и сейчас, обозначаются как рабство, понес огромные потери (от 30 до 46% численность по разным оценкам); были категорически запрещены крымскотатарский язык и другие проявления культуры в официальной жизни СССР.
25 мая 1952 г. в Симферополе состоялась «Объединённая научная сессии Отделения истории и философии Крымского филиала Академий наук СССР по вопросам истории Крыма». Задавали тон на этом собрании лица, широко известные как «выдающиеся советские историки»:
- академик Б.Д. Греков,
- доктор исторических наук Б.А. Рыбаков,
- будущий директор Института этнографии СССР В. Бромлей.
Среди того, что оглашалось на этой сессии, звучали и такие оценки истории Крыма:
«В довоенное время, в угоду татарским буржуазным националистам, в некоторых исторических работах совершенно необоснованно преувеличивалась роль Крымского ханства… Выступивший с докладом на эту тему доктор исторических наук Н.А. Смирнов убедительно показал, что турецко-татарское господство превратило Крым в наиболее отсталую в экономическом и культурном отношении территорию в Европе…».
В решении сессии указывается также на «необходимость критического пересмотра научно-популярной и справочной литературы по истории Крыма, изданной в послевоенные годы», говорится, что нужно «переработать экспозиции крымских музеев в соответствии с новыми научными данными, усилить работу в области подготовки кадров историков Крыма…».
Далее сказано следующее:
«8. С особенной силой все отрицательное влияние кочевников на развитие Крыма сказалось в эпоху татарского господства, длившегося здесь на три столетия больше, чем на Руси. Татары Крымской орды превратили полуостров в придаток своего экстенсивного полукочевого хозяйства… Крымское ханство было таким же паразитарным государством, как в свое время Хазария…»
А в 17 пункте решений сессии говорится:
«Значительное внимание буржуазная историография уделяла истории крымских татар; выяснялись земельные владения беков, доверчиво изучались ханские ярлыки, носящие явные следы фальсификации, преувеличивалось значение и высокий уровень татарского искусства. История Крымского ханства не рассматривалась как история паразитического государства, жившего за счет набегов и работорговли и тормозившего развитие земледельческого населения степей (казачества) и Крыма».
Соответственно одной из важнейших задач ставилась:
«Заново пересмотреть историю кочевников, очистив ее от идеализации Хазарии, половцев и Крымского ханства».
По сути в середине ХХ в. откровенно указывалась цель проведения культурного геноцида коренного народа Крыма, которая подводила к тому, чтобы отрицать самое его существование, что выглядело вполне достижимым, поскольку еще в 1948 г. было принято официальное решение о том, что высылка и содержание в специальных поселениях осуществлена для крымских татар навечно.
Обращает на себя внимание, что нечто очень похожее состоялась 6 годами ранее, на сессии Академии наук СССР 25–26 апреля 1946 г. в Москве, где почти с тех же позиций был произведен погром истории «казанских» татар.
Не случайно, думается, возглавлял его тот же самый академик, директор Института истории и Института истории материальной культуры АН СССР Б.Д.Греков.
«Целью конференции являлась разработка мер по реализации положений постановления Центрального комитета Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков) от 9 августа 1944 г. «О состоянии и мерах улучшения массово-политической и идеологической работы в Татарской партийной организации», которым предписывалось «устранить допущенные отдельными историками и литераторами серьезные недостатки и ошибки националистического характера в освещении истории Татарии (приукрашивание Золотой Орды, популяризация ханско-феодального эпоса об Идегее)».
Однако участие в этом собрании собственно татарских и некоторых, не потерявших еще совесть и человеческую сущность историков, позволило избежать тотального выкорчевывания из истории Татарстана как важных этапов в становлении татарского народа периодов Золотой Орды и Казанского ханства, так и превращения этнонима народа в предмет охаивания и уничтожения.
«В сформулированных докладчиками выводах и положениях татарские историки видели выход из ситуации огульного очернения прошлого татарского народа, которое, по существу, являлось средством духовного гнета каждого его представителя, начиная от школьников, только что приступающих к изучению отечественной истории, до студентов вузов и специалистов различных отраслей народного хозяйства».
Обращает на себя внимание некий парадокс: крымских татар депортировали еще 18 мая 1944 г., а «теоретическое» обоснование необходимости погрома их истории и культуры состоялось только в 1952 г. Применительно к Татарстану же это произошло в 1946 г.
В чем тут дело? Думается, что если не четкий ответ, то по крайней мере, явный ориентир – это дата постановлена ЦК ВКП(б), давшего старт этой попытке – 9 августа 1944 г. – спустя практически ровно три месяца с совершенно секретного Постановления ГКО «О крымских татарах», ставшего псевдоправовым основанием для депортации крымскотатарского народа, принятого 11 мая того же года.
В кругах людей того поколения до сих пор ходят разговоры о планах по депортации татар Поволжья, которое, к счастью, не состоялось. Очередная физическая расправа над целым татарским народам была заменена идеологической экзекуцией и, безусловно, сильнейшим давлением на национальное самосознание и идентичность казанских татар, недвусмысленным намеком интеллигенции и политическому руководству республики, что может случиться, если «они не сделают правильных выводов» о том, кто такие татары, и как должны себя вести.
За крымских же татар принялись, когда убедились, что народ все же физически выжил, и надо готовить некие «научные» основания к тому, чтобы идеологически обосновать как закрыть ему, неожиданно выжившему, путь домой навсегда.
После смены политического режима в СССР, смерти И.Сталина, прихода к власти Н.Хрущёва, в судьбе депортированных и подвергнутых геноциду народов вроде бы наметились перемены к лучшему. Так, 28 апреля 1956г. Президиум Верховного Совета СССР издал указ «О снятии ограничений по спецпоселению с крымских татар, балкарцев, турок – граждан СССР, курдов, хемшилов и членов их семей, выселенных в период Великой Отечественной войны».
Что это было за «снятие» следует из текста самого указа: «Установить, что снятие ограничений по спецпоселению с лиц, перечисленных в статье первой настоящего Указа, не влечет за собой возвращение им имущества, конфискованного при выселении, и что они не имеют права возвращаться в места, откуда были выселены».
Вдогонку этому указу появилось и Постановление ЦК КПСС от 24 ноября 1956г. «О восстановлении национальной автономии калмыцкого, карачаевского, балкарского, чеченского и ингушского народов». Применительно к крымским татарам в нем был пункт 6:
«Признать нецелесообразным предоставление национальной автономии татарам, ранее проживавшим в Крыму, имея в виду, что бывшая Крымская АССР не была автономией только татар, а представляла собой многонациональную республику, в которой татары составляли менее одной пятой части всего населения, и что в составе РСФСР имеется татарское национальное автономное образование – Татарская АССР, а также то, что в настоящее время территория Крыма является областью Украины и заселена. Вместе с тем, учитывая стремление части татар, ранее проживавших в Крыму, к национальному объединению, разъяснить, что все, кто пожелает, имеют право поселиться на территории Татарской АССР. Обязать Совет Министров Татарской АССР и Татарский обком КПСС оказывать необходимую помощь в хозяйственном и трудовом устройстве татарского населения, которое будет прибывать на постоянное местожительство в республику».
Я сам родился в Казани в 1962г., потом жил в Башкортостане, и 11 лет, до возвращения в Крым учился и работал в Казанском государственном университете, так что могу подтвердить, что ни Татарская АССР, ни позже Татарстан, не делали никаких попыток реализовать это бесчеловечное решение. Скорее наоборот, общественность, интеллигенция и государственные органы Татарстана делали, что могли, чтобы помочь крымским татарам вернуться и наладить свою жизнь в Крыму, когда это стало возможно. Не так уж много зависело от них в этом вопросе…
Однако, в руках недобросовестных лиц, родство и сотрудничество между крымскими и поволжскими татарами используется, как это ни странно, в тех же целях, которые провозгласили в 1952 г. «научные» обоснователи коммунистической пропаганды: «Крым без крымских татар!»
Некоторая часть людей, которые сделали себе имя и карьеру как представители крымскотатарской интеллигенции (среди них есть и люди с высшим филологическим образованием и даже учеными степенями), несколько десятилетий вбрасывают в крымскотатарский народ совершенно дикую и не основанную ни на чем, кроме их собственных домыслов, идею о необходимости срочного и добровольного переименования народа из крымских татар в «крымлы» или, как вариант, «крымов».
На эту тему я неоднократно выступал в печати, несколько лет назад опубликовал статью с тщательным разбором всех их аргументов, более двадцати крымскотатарских ученых провели специальную конференцию по этому вопросу, куда приглашали и идеологов «крымлыйства».
Но от участия в ней они отказались, как и ранее убегая от честной научной дискуссии. Поэтому повторяться здесь не буду, скажу только, что цинизм этих людей заключатся в том, что они сами до сих пор для пропаганды своих идей используют газеты, каналы телевидения и интернета, ради популярности в народе, для того чтобы с полуоборота не оттолкнуть от себя крымских татар, сами же именуют себя «крымскотатарскими» (иногда не просто именуют, а прямо-таки настаивают на том, что они и есть «первые крымскотатарские»). Хотя в них же и они агитируют за свои сумасбродные и опасные для национального достоинства и всей будущности народа намерения.
Но еще более циничным является то, что «крымы», как и «крымлы» (еще вариант – «крымлыдес») является действующим самоназванием другого народа, насчитывающего десятки тысяч человек – крымских цыган – которые веками жили и живут в Крыму, а теперь уже и по всей России, со своим собственным языком, историей, культурой, обычаями, национальной идентичностью.
Надеюсь, что эта очередная попытка искоренить имя крымских татар из истории Крыма окажется такой же несостоятельной, как и все предыдущие.