Замечу сразу, что тема очень неудобоваримая для положительного реноме музея. Однако, из песни слов не выкинешь и надо знать печальный опыт и более его не повторять. Я не использую слова «нравится» или «плохо», т.к. инженер и собираю факты, а их кот наплакал. Давайте разбираться досконально, выводы делайте сами.
Факт первый. Химическая консервация деревянных памятников в музее была. Сей аспект до сих пор выкашливают в прямом смысле слова.
Факт второй. Первый факт стараются не афишировать, т.к. ошибок быть не может, а если они и были, то давно и неправда.
Ну не так и давно, для начала. Ещё живы участники тех событий и могут сами поведать что, где и как. Есть шикарная статья Сергея Васильевича Куликова «Химическая консервация памятников. Надежды и разочарования»
https://sergei-kulikov.livejournal.com/42186.html
Очень познавательно и от первого лица, пересказывать только портить. Сначала прочитайте его, а потом возвращайтесь обратно в эту статью. Плагиатом не к лицу мне заниматься, не по чину. Тем не менее буду иногда тырить его материал, надеюсь не в обиде.
И снова здравствуйте, продолжаем.
«Неправда» связана с глобальным провалом самой концепции сохранения памятников с помощью химии.
Концепция то красивая - забыть на 100 лет все проблемы и сохранить объекты. Не знаю как вы, я бы купился на такие шикарные предложения.
Так народ и купился. И тут надо срочно рассмотреть два вопроса: что такое консервация и откуда взялась химия в товарном количестве.
Про консервацию (вид сохранения) ёмко сформулировал некий Джон Рёскин: «поддержание здание, пока это возможно, и пассивное созерцание его естественной гибели.». В данном контексте 100 лет пассивного созерцания это - 4 поколения, считай вечность. Первый вопрос закрыт. О реставрации и консервации подробно читайте меня в статье «Стилистическая реставрация в музее «Кижи»
https://dzen.ru/a/YqYZ9NYGHyBeet8V
Чтобы понять откуда взялась химия в товарном количестве надо выучить фразу: «Янки, гоу хом из Вьетнама». А ещё лучше расширить свой кругозор по теме развитие науки в целом.
Итак. Наши знания в точных науках базируются на простой истине (паттерне) - взять лом и швырнуть его противника, желательно точно и быстро. Таким образом появилась вся физика с её расчётами, т.е. взять нечто (например, ядро) и закинуть его в плотные ряды оппонентов. Для ядра нужен порох, для пороха нужна химия и т.д. по огромной цепочке. Но суть одна - умножить на ноль крепости, корабли, солдат и т.п.
Именно в этой логике был полет Гагарина. Американцы намёк поняли без двояких толкований, т.к. вместо космонавта легко могла лететь боеголовка (современное ядро). Строго говоря был ещё запуск спутника чуть ранее, но он больно маленький и на «ядро» не тянет.
Космический корабль «Восток» не иначе как шарик с человеком, который установлен на бочку с ракетным топливом. Вот только эта бочка с девятиэтажку и на ней маленький шарик. Одновременно говорят: «Не бойся, мы все просчитали». Так что уже к 1961 году была целая индустрия боевой химии, в мирных целях столько химии не требуется.
К 1970 годам боевой химии стало очень много, я даже не про нашу страну. Американцы не стеснялись и выжигали джунгли Вьетнама именно химией, напалм из той же серии. Ну а что мы, тихонечко сидели и говорили «ай как нехорошо»? Конечно говорили, но с другой стороны индустрия работала тоже.
Все бы ничего, но любое химическое соединение не вечно, для наглядности посмотрите в свой набор таблеток и поймёте без лишних слов - надо утилизировать по сроку годности. Но куда?
Вероятно, одним из перспективных направлений утилизации химии и была консервация памятников деревянного зодчества.
Как раз, в одном прекрасном месте умудрились сосредоточить десятки памятников архитектуры в шаговой доступности друг от друга (создали музей деревянного зодчества под открытым небом). Лепота же, с точки зрения технологии работ можно устроить химическую обработку по принципу «конвейер» а не таскаться по глухим деревням для обработки единичного объекта.
А теперь вопрос без ответа. Сколько (в тоннах или кубометрах) химии было вмазано и влито в памятники музея Кижи? Сколько лет или десятилетий продолжалась вся эта история? Сколько людей оборачивалось в процессе химической обработки от теоретических наработок, логистики (химия же привозная, правда?) и до производства работ целыми бригадами (завози-увози, пои-корми, спать положи, деньги заплати)?
И все ради чего? Чтобы обработать амбар 3х5 метров? И ведь ни одна личность учёная (читать с негативной коннотацией) не ответила на этот простой вопрос «ради чего» все это было. Единственный вменяемый ответ - создавали новую индустрию «химконсервации» и музей «Кижи» был выбран полигоном для отработки технологий. «Повезло». Нет, лучше так - «Пове-зло».
Ребята в СССР были крутые и вряд ли кто интересовался мнением сотрудников музея. Кстати, а сколько сотрудников было в 1970 году? Наверное, человек 25 вместе со сторожем. Если рассматривать под лупой состав сотрудников, то вряд ли там были химики. Плотников своих и то не было, они трудились по подрядам и в штате музея не состояли (сейчас их гордо именуют «кижские плотники» во всех музейных книжках, правда в этом есть, но только в контексте географии и прописки по месту жительства). Так что поставили музей перед фактом, я так думаю.
Административная часть химконсервации где-то зафиксирована, но она не так интересна. А вот техническая сторона изумительна и голова данного направления - Горшин Сергей Николаевич, доктор наук.
На то он доктор наук, что поставил химконсервацию на поток и проводил практические научные эксперименты.
От себя замечу, что разговаривать с доктором наук может только другой доктор. Остальные простые смертные могут сидеть и внимать, даже административные чины высокого ранга вряд ли смогут вести вразумительный диалог на научные химические темы. Что касается музея «Кижи», то я ни разу не видел доктора наук, были только кандидаты наук.
Ой наврал, был один доктор наук - Нелидов Андрей Витальевич. Он же бывший директор музей, он же бывший губернатор Карелии, он же сиделец местных колоний и вообще человек во всех смыслах слова интересный, но его бы ум да в мирное русло. Доктор экономических наук, на том и погорел. Обсчитался. Опять меня в сторону увело, возвращаемся в тему.
Это мы сейчас охаем-ахаем о культурной ценности и неповторимости деревянного зодчества, а тогда такие термины не использовали. Конкретно, каждый сезон делали химконсервацию объекта (объектов).
К сожалению, я не владею информацией о количестве «химконсервированных» объектов. При мне уже не выполнялась консервация, а прошлые специалисты список не соизволили составить. Информация не секретная, но постулаты второго факта никто не отменял, не надо ворошить.
Итак, в чем суть химконсервации лучше почитать у Куликова в статье. Я могу сказать только за себя и за свои наработки.
Наработки нулевые - после экспериментов Горшина идёт полный публичный отказ от химии. Чувствуете качели? Но не все так просто, можно делать вид об игнорировании прогресса, однако его нельзя полностью избежать и использовать только дедовские методы.
Химия в музее есть, это факт третий. Правда, это химия из магазина. Используется клей и антисептики. Собственно результат сохранения Преображенской церкви это - использование клея при ремонте брёвен в качестве монтажного соединения. Далее, на монтажное соединения набивали дедовские нагеля и получалась прочная конструкция. Все стыки старались прятать внутрь и говорить о влиянии воды и солнца не совсем уместно, но время покажет, пока всё ровно. У данной технологии тоже есть имена и фамилии.
Ну а что же наш Горшин? Так тишина, эксперимент не удался и по тихой грусти дожил до глубокой старости в почёте и в уважении (читайте Википедию, всем бы так). И тут встаёт дурацкий вопрос про ответственность за свои решения и сразу же второй вопрос что нам то делать с этой химией.
Из обработанных брёвен химию не вывести никак. Заменить все бревна - нереально, легче музей по второму кругу построить. Так вот я же сам и ответил на свой вопрос. Строить постепенно по кругу второй музей с заменой и утилизацией «химических» брёвен. Думали на 100 лет избавиться от проблем, так сейчас будем 100 лет устранять проблемы.
О крахе. Сказать что у Горшина было плохо с мозгами, так не верно же. Человек был очень умный и грамотный. Где-то засбоило в другом месте. Попробуем найти это место.
Тотальная консервация он нижнего бревна до конька (технология по Горшину) была продиктована людьми от реставрации. Сам же Горшин не реставратор и отвечал только за химические соединения и, как мы уже знаем, они были неудачны. Но не по своей же воле он пришёл в тему сохранения памятников и не сам придумал остров химией залить. Теоретически он мог предложить, это да. Могу предложить и я, но кто ж меня поддержит (масштаб работ я уже обозначил). Так что винить во всем доктора наук немного некорректно, но ведь на поверхности только его фамилия осталась.
Технология не задалась и это стало быстро понятно, последствия стали необратимы. Признать крах - нести ответственность. Никто ни за что не ответил - краха не было. Так что нет краха, все нормально, продолжаем выкашливать и постепенно менять химбревна на новые.
На пороге новый 2026 год. Музей постепенно и неуклонно готовиться к реставрации новых объектов, в том числе и прошедших через химию. Нужно ли это учитывать этот аспект в проектах реставрации? Да безусловно!
Что мы имеем из негативных последствий:
- влияние на здоровье людей (тема не изучена)
- влияние на природное окружение (кризис прошел, остатков химии нет)
- влияние на материал памятников (крайне негативный)
- влияние на характер эксплуатации объектов
Про эксплуатацию. Желательно в памятниках с химической консервацией не устраивать длительное пребывание людей, потеряют здоровье. Но как это сделать на Покровской церкви Кижского погоста пока вопрос. Одновременно, при перспективной реставрации церкви (намечена с 2026 по 2028 год) вопросы купирования последствий химической обработки остались за бортом.
Вероятно, данные последствия уже не такие критичные, просто пока фиксируем факт химической обработки и далее внимательно смотрим на авторов проекта реставрации. В случае возможного перспективного отказа от авторского надзора за проводимыми работами можно будет сделать определённые выводы.
Я не шучу. Вся история показывает, что при возникновении проблем от проведённой работы конкретные личности стараются дистанцироваться без потери лица под благовидными предлогами. Например, архитектор Ополовников после реставрации с последующим креном Преображенской церкви более на Кижах не работал. Химик всея деревянного зодчества Горшин после химконсервации более на Кижах не работал. Архитектор Зайцев (имя вообще затерялось в архивах) после демонтажа интерьеров и введения внутрь металлического каркаса тоже отморозился. Не отморозился только единственный - архитектор Рахманов. Довёл свой объект до сдачи и, к сожалению, не дожил до подведения итогов. На очереди новый ГАП и новый объект, внимательно наблюдаем.
Крах темы химконсервации (а это действительно полный провал) не завершился. О нем можно будет забыть только с заменой последнего химбревна. Но ведь это не самоцель, пока стоит ещё дом Сергина и никуда падать не собирается. Так и пусть стоит дальше до плановой реставрации.
А вот дом Ошевнева около Кижского погоста уже требует вмешательства. Химии там аж глаза режет. Все бревна бурого цвета и люди воспринимают это за естественный цвет древесины. Уверяю вас, это цвет той самой химии и пока непонятно, как делать реставрацию. При замене части брёвен на новые (постепенно оные приобретают нормальный серый цвет) и при остатках старых бурых брёвен получится довольно неприглядная ситуация - двухцветный пегий объект. Рубить дом заново тоже не вариант. Пока вопрос ставим на паузу.
Дом Елизарова уже реставрировался, к сожалению не вникал в эту тему глубоко и на дом не смотрел внимательно. Надо будет посмотреть на результат реставрации после химконсервации.
Подводя предварительный итог можно сказать, что химия была, есть и будет. Эксперты ЮНЕСКО не против использования химии, но при одном условии - химия должна подтвердить свою состоятельность на протяжении 50 лет эксплуатации. Пока нет такой, а наработки Горшина имеют только 40 лет (отрицательный результат тоже результат, его тоже надо изучать сейчас). С точки зрения времени нет апробированной химии. С точки зрения эффективной химии, так её нет в принципе (пока нет). А главное - нет понимания в каких случаях надо использовать химию, а в каких не стоит. Например, можно ли использовать химию для продления срока службы деревянных кровель или нет?
Опять же, химия бывает разная. Традиционный дёготь тоже химия, олифа и смола, краски и клеи однозначно химические соединения. Современный рубероид сделан из химии, это вам не береста естественного происхождения. Современные утеплители тоже не глина с опилками. Да и кушаем мы тоже химию, или мясо, напичканное химией. Так что вопросов больше чем ответов, поэтому надо тему шевелить и обсуждать. Крах химконсервации был, однако это крах первого захода, неудачного. Будет и второй и третий заход и надо своевременно поставить рамки, определить границы для консервации.
Это уже стратегия, тема для будущих поколений хранителей наследия.