Поздний сентябрь в Петербурге дышал промозглой сыростью. Липы на набережной сбрасывали пожухлые листья, а вода в Неве отливала свинцом. Именно здесь, у Ростральной колонны, встретились Алексей и Марина. Алексей, художник-оформитель тридцати двух лет, привык видеть мир через призму цвета и формы. Для него любовь всегда была ощутимой: он различал её в изгибе губ, в дрожании ресниц, в случайном касании пальцев. Марина, научный сотрудник биохимической лаборатории, мыслила иначе. Её мир строился на доказательствах, экспериментах, воспроизводимых результатах. «Если явление нельзя измерить — его не существует», — повторяла она на семинарах. В тот вечер Алексей, глядя на багряный закат над Петропавловской крепостью, вдруг схватил её за руку: — Марина, ты чувствуешь? Это… любовь! Она остановилась. В её глазах мелькнуло недоумение, почти испуг. — Да?! Где же она?.. — Марина высвободила руку, её голос звучал резко, будто она пыталась ухватить невидимое. — Ты можешь почувствовать её запах, как зап