В октябре 2003 года группа вахтовиков — пятеро мужчин из разных городов — возвращалась с севера в Пермь. Все работали на одном нефтепромысле, сели в один вагон плацкартного поезда № 327, следовавшего до Москвы с остановкой в Перми. Было холодно, за окном стемнело быстро, а в вагоне царила привычная дорожная суета: кто‑то пил чай, кто‑то раскладывал постель, проводник проверял билеты.
К полуночи большинство пассажиров уснуло. Вахтовики — Андрей, Игорь, Сергей, Дмитрий и Евгений — тоже легли. Андрей ещё слышал, как за стеной переговаривались проводники, потом всё стихло. Он закрыл глаза.
Проснулся он от странного ощущения: будто воздух стал гуще, а звук колёс изменился — не привычный стук по рельсам, а глухой, тягучий скрип, будто поезд ползёт по старому деревянному настилу. Андрей приподнялся. В вагоне было темно, но не так, как ночью в поезде: тьма казалась плотной, будто пропитанной пылью.
Он толкнул соседа:
— Игорь, ты слышишь?
Игорь сел, нахмурился:
— Что это за звук?
Они разбудили остальных. Все ощущали одно и то же: что‑то не так. Свет в вагоне не горел, хотя обычно дежурная лампа тлела до утра. В окнах — кромешная тьма, ни огонька, ни проблеска.
— Может, авария? — предположил Сергей. — Свет вырубило.
Дмитрий поднялся, подошёл к двери, потянул ручку. Дверь открылась.
За ней был не тамбур, а узкий коридор с низкими потолками, стены — обшарпанные, в разводах плесени. Пол под ногами скрипел, как старый паркет.
— Это не наш вагон, — прошептал Евгений.
Авиатехник в Telegram, подпишитесь! Там вы увидите ещё больше интересных постов про авиацию (без авиационных баек и историй, наведите камеру смартфона на QR-код ниже, чтобы подписаться!):
Они вышли в коридор. Двери по бокам, все закрыты. В конце — лестница вверх. Поднялись. Оказались в просторном помещении, похожем на зал ожидания: деревянные скамьи, пыльное зеркало, на стене — расписание с неразборчивыми буквами. Окна выходили в черноту, где не было ни земли, ни неба, ни звёзд.
— Где мы? — голос Андрея дрогнул.
Вдруг из‑за двери слева донёсся звук — негромкий, но пронзительный: будто кто‑то водил пальцем по стеклу. Потом шёпот. Слова невозможно было разобрать, но интонация была настойчивой, будто кто‑то звал.
— Надо вернуться, — сказал Игорь. — Это не шутка.
Они бросились назад, в коридор, в «свой» вагон. Но теперь двери купе были все открыты, внутри — пусто, постели смяты, будто их только что покинули. На столе стояла чашка с остывшим чаем, на поверхности — тонкий слой пыли.
— Мы здесь уже давно, — произнёс Дмитрий. — Или… не здесь.
В этот момент свет вспыхнул — резкий, белый, почти слепящий. Все зажмурились. Когда открыли глаза, сидели на своих полках в привычном вагоне. За окном — огни пермского вокзала. Проводник стучал в дверь:
— Пермь, выходим!
Вахтовики переглянулись. Никто ничего не сказал. Они молча собрали вещи, вышли. На перроне Андрей обернулся к Игорю:
— Ты видел?
— Видел, — кивнул тот. — Но никому не говори.
В последующие дни они пытались обсудить случившееся, но каждый раз разговор обрывался на полуслове. Факты не складывались: поезд шёл по расписанию, никаких остановок в пути не было, проводники утверждали, что пассажиры всю ночь спали.
Через месяц Андрей нашёл в кармане билет. На обратной стороне, мелким почерком, было написано: «Вы были не в своём времени». Он сжёг билет, но слова запомнил навсегда.
А по ночам ему иногда слышался тот самый звук — тихий скрежет стекла и шёпот, зовущий обратно.
Все совпадения случайны, данная история является вымышленной байкой
Хотите видеть качественный контент про авиацию? Тогда рекомендую подписаться на канал Авиатехник в Telegram (подпишитесь! Там публикуются интересные материалы без лишней воды)