Когда Данила Плужников выиграл «Голос. Дети», всё выглядело красиво и правильно. Четырнадцать лет, сцена, сильный голос — и сразу громкое обещание от сочинских властей: квартира. Не когда-нибудь, а вот она, почти в руках. Подарок победителю. Жест, который должен был закрыть бытовой вопрос и дать семье хоть немного спокойствия.
Но дальше началась обычная жизнь.
После «Голос. Дети» квартира для Данилы Плужникова перестала быть символом победы и стала чем-то совсем другим — ожиданием, переносами, странными решениями и последствиями, о которых не говорят со сцены. А спустя несколько лет эта история вообще выстрелила так, что стало ясно: подарок может напомнить о себе в самый неподходящий момент и совсем не с теми цифрами, на которые рассчитывали.
Сразу после победы мэр Сочи пообещал Даниле однокомнатную квартиру площадью 32 квадратных метра в центре города. На словах всё звучало предельно чётко и понятно. Однако довольно быстро стало ясно, что обещание начинает меняться.
Вместо «однушки» в центре семье предложили другой вариант — двухкомнатную квартиру уже в микрорайоне Блиново. Метраж вырос до 47 квадратов, но был один нюанс, о котором поначалу предпочитали не акцентировать внимание: дом ещё строился.
Формально всё выглядело даже лучше прежнего. Больше площадь, новый дом, перспективный район. Фактически же квартира существовала только на бумаге. Ключей не было. Сроков — тоже. Семья ждала, не понимая, сколько это продлится и чем в итоге закончится. Прошёл почти год, потом второй, а ситуация не менялась. История, о которой громко говорили после финала «Голос. Дети», тихо растворилась в бюрократической паузе.
Движение началось лишь тогда, когда Ирина Афанасьева вскользь сказала журналистам, что никакой квартиры после всех обещаний семья так и не увидела. Материал вышел — и процесс внезапно ожил. Семью пригласили в мэрию Сочи, где в присутствии застройщика наконец-то вручили ключи. Квартира действительно оказалась той самой — 47 квадратных метров, второй этаж, микрорайон Блиново. На этот раз без подвохов.
Только радость оказалась недолгой. К моменту получения квартиры жизнь семьи уже сместилась в другую сторону. Данила учился в музыкальном училище в Москве. Стало понятно, что жить на два города невозможно. Сын не может оставаться один без постоянной поддержки, лечение требует серьёзных затрат, а постоянные переезды лишь усугубляют ситуацию. Решение оказалось жёстким, но логичным: сочинскую квартиру решили продать.
Вырученные деньги пошли на первоначальный взнос по ипотеке в Москве. Родители переехали вместе с сыном. Казалось, что история с подаренной квартирой завершена окончательно. Документы оформлены, жильё продано, жизнь выстроена заново. Про Сочи вспоминали всё реже — как про этап, который остался позади.
Именно поэтому удар оказался таким неожиданным. Через несколько лет эта история внезапно напомнила о себе. Семье пришла платёжка с долгом — больше 120 тысяч рублей. И самое странное было даже не в сумме. Долг висел не за ту квартиру в Блиново, которую они давно продали, а за жильё на улице Пластунской. За ту самую первую квартиру, которую Даниле пообещали после победы, потом тихо заменили другой — и о которой все давно забыли, потому что её просто не существовало в их жизни.
О существовании этой квартиры Плужниковы давно не думали. Но это не помешало запустить стандартный механизм взыскания. Сначала арестовали автомобиль. Затем заблокировали все банковские счета. Под раздачу попало всё подряд — счета заблокировали полностью, включая деньги, на которые Ирина жила. В декабре с карты ушли примерно 25 тысяч рублей, потом списания продолжились, уже без объяснений и предупреждений.
Для семьи это стало шоком. На тот момент в собственности была только ипотечная квартира в Москве. Все доходы уходили на лечение Данилы. И вдруг — долги за жильё, в котором они никогда не жили и которое не получали в собственность. Разбираться пришлось уже не с застройщиками и чиновниками, а с судебными приставами.
Ирина обратилась с заявлением об отмене судебного приказа. После рассмотрения мировой судья вынес определение, и 12 декабря исполнительное производство было официально прекращено. Формально ситуация разрешилась. Фактически же время, нервы и деньги уже были потеряны.
Эта история так и не стала громким скандалом. Не было криков, обвинений и публичных разборок. Просто подарок, который красиво смотрелся в кадре после «Голос. Дети», спустя годы неожиданно превратился в проблему, о которой никто не предупреждал. И именно в этом, пожалуй, её главный итог — аплодисменты заканчиваются быстро, а последствия иногда догоняют тогда, когда к ним меньше всего готов.
Спасибо, что дочитали до конца и до скорых встреч!