— Если случится худшее, я выплыву, — отмахнулась Маргарет от матроса, пытавшегося усадить её в спасательную шлюпку.
Вокруг паника. Палуба тонущего Титаника уходит под воду. Женщины с детьми рыдают. Мужчины молча застывают у борта, понимая, что для них мест не хватит.
А она шутит.
Матросы схватили её почти силой и буквально забросили в лодку. Маргарет Браун не могла знать, что через несколько часов именно её голос будет единственным, требующим вернуться к тонущим. Именно её руки будут грести к спасательному судну, когда другие окоченеют от ужаса.
Но начиналось всё совсем не так.
В 1867 году в штате Миссури, в семье ирландских иммигрантов, родилась девочка Маргарет Тобин. Отец работал на шахтах. Мать управлялась с домом и несколькими детьми. Денег хватало на хлеб и крышу над головой.
Больше ни на что.
Когда Молли исполнилось восемнадцать, она поняла простую вещь: в Миссури её ждёт жизнь прачки, кухарки или работницы фабрики. Она собрала вещи и уехала в Колорадо. Устроилась продавщицей в универмаг.
Через год на воскресной службе в церкви она встретила Джеймса Брауна. Он занимался добычей полезных ископаемых. Происходил из таких же, как она — рабочий класс, грубые руки, никаких связей в обществе. Но был упорным. И умел мечтать.
Маргарет позже признавалась подругам: всегда надеялась выйти за богатого. Устроить жизнь. Забыть про нищету навсегда.
Но влюбилась в Джеймса.
Вышла замуж в 1886 году, выбрав чувства вместо расчёта. Родила сына Лоуренса и дочь Кэтрин. Жила в маленьком доме, штопала одежду, готовила на всю семью. А по вечерам помогала в бесплатных столовых для шахтёрских семей и выступала на собраниях за права женщин.
Голос у неё был громкий. Характер — ещё громче.
В 1893 году на участке Джеймса обнаружили золотую жилу. Одним утром Брауны проснулись бедняками. К вечеру стали богачами.
Купили особняк в викторианском стиле. Наняли прислугу. Маргарет заказала платья у модисток, которые раньше даже не впустили бы её на порог. Джеймс купил костюмы, карету, лошадей.
Казалось, всё сложилось.
Но высший свет Денвера смотрел на Браунов как на выскочек. Приглашали на приёмы из вежливости. За спиной называли нуворишами — разбогатевшими простолюдинами. На балах с ними здоровались сквозь зубы.
Аристократия помнила, откуда пришли Брауны. И не собиралась забывать.
Маргарет плюнула на светские условности. Деньги открыли ей другую дверь — в образование. Она поступила в нью-йоркский институт Карнеги. Стала одной из первых женщин, допущенных туда. Изучала немецкий, французский, русский языки. Ходила на лекции по искусству и истории.
Занималась благотворительностью. Открыла фонд помощи шахтёрам, которые получили увечья на работе. Собирала деньги для вдов. Устраивала бесплатные обеды.
Богатство не ослепило её. Скорее дало инструмент делать то, что считала правильным.
Но Джеймс не понимал. Он придерживался старых взглядов: жена должна сидеть дома, растить детей, принимать гостей. Не мелькать в газетах. Не устраивать скандальные выступления за избирательное право женщин.
Любовь, с которой они начинали, медленно умирала под грузом разногласий.
В 1909 году, после двадцати трёх лет брака, они развелись по обоюдному согласию. Тихо. Без скандала. Просто поняли: дальше дороги расходятся.
Маргарет бросилась путешествовать. Объехала Европу, Азию, Африку. Не сидела на месте больше месяца. Будто бежала от чего-то. Или искала.
В апреле 1912 года она находилась в Лондоне, когда пришла телеграмма из Америки. Внук тяжело заболел. Нужно немедленно возвращаться.
Маргарет бросилась в порт. Ближайший рейс в Штаты отправлялся через два дня. Роскошный новый лайнер — Титаник. Первое плавание.
Она купила билет первого класса.
Ночью четырнадцатого апреля Маргарет сидела в каюте и читала книгу. Услышала странный скрежет. Потом крики.
Выбежала в коридор. Людей охватила паника. Кто-то бежал к шлюпкам. Кто-то застыл в ступоре.
Маргарет начала помогать. Брала за руки женщин с детьми. Вела к спасательным лодкам. Успокаивала. Шутила, чтобы хоть немного разрядить ужас.
Матросы кричали ей садиться самой. Она отказывалась. Снова и снова.
Пока её не схватили силой.
В шлюпке оказалось всего двадцать шесть человек. При том, что влезало шестьдесят пять. Половина мест пустовала.
Маргарет сидела на скамье, кутаясь в меховое пальто. Рядом дрожал от холода пожилой мужчина. Она сняла пальто и накинула на его плечи.
Титаник медленно уходил под воду. В ледяной воде кричали люди. Сотни голосов. Молили о помощи.
— Нужно вернуться! — Маргарет вскочила. — Там гибнут люди! У нас полно места!
Старший по лодке, матрос Роберт Хиченс, схватил её за плечо.
— Сядьте. Они перевернут шлюпку.
— Но мы можем спасти хотя бы нескольких!
— Ещё слово — выброшу вас за борт, — прошипел Хиченс.
Маргарет медленно села. Сжала кулаки. Молчала.
Крики в воде постепенно стихали.
Когда на горизонте показалась Карпатия, спасательное судно, Хиченс опустил руки.
— Я больше не могу грести. Устал.
Маргарет молча взяла весло. Налегла изо всех сил. Другие женщины подхватили. Гребли к кораблю два часа.
На палубе Карпатии Маргарет не отдыхала. Бросилась помогать. Владела немецким, французским, русским — говорила с выжившими из разных стран. Составляла списки спасённых. Раздавала одеяла. Собирала деньги для тех, кто потерял всё.
Организовала сбор средств прямо на борту. За несколько дней собрала десять тысяч долларов.
Крушение Титаника не сломило Молли Браун. Она продолжала путешествовать. Морем, поездами, автомобилями. Не боялась ничего.
Когда началась Первая мировая, вступила в Комитет по освобождению Франции. Работала в госпиталях. Помогала раненым солдатам. Французское правительство наградило её орденом Почётного легиона.
Она основала Фонд спасшихся с Титаника. Лично вручила капитану Карпатии Артуру Рострону кубок от имени всех выживших. На церемонии говорила без бумажки. Твёрдым голосом.
Газеты называли её Непотопляемой Молли. Она усмехалась.
— Просто делала то, что должна.
В 1932 году Маргарет Браун умерла во сне от опухоли мозга. Ей было шестьдесят пять.
Её особняк в Денвере сегодня музей. На стенах фотографии. Молодая Маргарет в простом платье. Молли в роскошном наряде первого класса. Пожилая женщина в военной форме медсестры.
Все разные. Все — она.
Женщина, которая выбрала любовь вместо денег. Потом получила и деньги. Которую не приняло высшее общество. Но которая не прогнулась. Которая могла спастись первой, но помогала другим до последнего.
Титаник утонул. Молли — нет.
Не тогда. И ни разу после.