История выдумана с начала и до конца. Все схожести случайны.
Глава 1.
Софья жила обособлено. Вроде в центре города и в многоквартирнике, но ни с кем не общалась. Самое большее кивок на приветствие и быстрее пройти мимо. Вокруг много людей, все заняты своими делами, вот и она всегда занята чем-нибудь, лишь бы не почувствовать одиночество. Трудно пересечь линию и сблизиться с кем то, когда боишься предательства и потерь. Груз прошлых отношений лежал на ее сердце огромным булыжником и пока этот булыжник не желал исчезать.
Правда на работе она общения не избегала, но и близко к себе не подпускала. Тут все заняты делом и вечером разбегаются по домам к своим семьям и по своим делам. Только молодёжь кучковалась и в их компании кипели страсти. Тут Софья была рада, что ей за сорок и этот жизненный этап, где все горит синим пламенем, уже за плечами. Но все же было интересно наблюдать за этим со стороны и немного ощущать себя в гуще событий.
Работу свою Софья любила. У видеомонтажера на телевидении в службе новостей всегда есть работа и нужно как пазл собрать сюжет иногда из «ничего». Из-за хорошей зрительной памяти и режиссерских навыков Софья была хорошим профессионалом. Она могла смонтировать так, что никто и не заметит, что чего-то недоставало.
Все шло своим чередом: дом-работа-дом-работа. Неделя была трудная, т.к. шеф-редактор, работающий в эту неделю, держал коллектив в напряжении и моральном давлении. Все уставали за неделю дежурства Лиллианы Никифоровны. И не просто уставали, а были на грани эмоционального срыва. И срывы случались, много слез было пролито молодыми еще неопытными журналистами. И даже стулья летали по ньюс-руму. Коллективу приходилось выполнять часть задач шеф-редактора помимо своих прямых обязанностей, потому как текущий шеф-редактор не обладал всеми талантами для этой должности.
Больше всего коллектив злило, что Лиллиана Никифоровна считала нормой то, что за нее работают другие, а возможно даже не замечала этого. В защиту Лиллианы Никифоровны скажу, что она в свое время прошла через тоже самое, когда была молодой журналисткой, и хлебнула прилично негативного опыта. Другой схемы общения у нее не было в опыте и даже при желании вряд ли появилась бы. Потом на следующей неделе сменится шеф и коллектив немного придёт в себя.
Приехав на работу, Софья почти бегом неслась с парковки до своего кабинета. Чем быстрее она придет, тем больше шансов успеть смонтировать все что нужно к эфиру. Там уже в поте лица работали два монтажера Елизавета и Александр. Оба пришли недавно, были молодыми, сообразительными и хотели работать, так что уже являлись полноценными сотрудниками.
- Всем привет! Как обстановка? «Есть «завал»?» —спросила Софья, раздеваясь на бегу. Три монтажных кабинета объединял общий коридор с диванчиком, на котором журналисты дожидались своей очереди, если все монтажеры заняты. В это утро диван был пуст.
- Пока завала нет, но он есть. Времени уже мало, и много не смонтированных материалов – сказала Елизавета, сделав глоток чая из кружки.
Значит еще не готовы материалы для монтажа, будет аврал, - подумала Софья и пошла к себе в кабинет настраиваться на рабочий ритм.
- Вроде началось – откликнулся Александр – мне дали задание.
Пол часа до прямого эфира, а в верстке еще три не готовых материала.
- Софья, можно к вам? Вы свободны? - в дверь просунулась голова Луизы.
- Конечно заходи, что у тебя?
- Сюжет.
Луиза подошла к микрофону, Софья запустила звукозаписывающую программу и скомандовала:
- Можно.
Пока Луиза начитывала текст, Софья уже быстро создавала проект и искала исходники для монтажа. И тут ей становилось все понятней и понятней, что сюжет большой, раздробленный и в нем много повторений и маленьких кусочков. После чистки звукового файла, собирая сюжет, Софья спросила:
- Мы можем убрать повторы? В первом и втором закадровом тексте одна и та же информация?
- Нет, Лилиана Никифоровна сказала, что это все важно.
- Ладно, раз сказали — делаем.
Софья «включила самую большую скорость», Луиза быстро диктовала тайм-коды кусочков. И тут раздался звонок.
- Слушаю.
– Что делаете?
- Сюжет с Луизой.
- Аааа…, хм...
- Лиллиана, говори быстрее, нам некогда, что хотела?
- А кто делает другой сюжет?
- Не знаю, спроси в других монтажках.
Софья положила трубку и начала опять брать разгон, время было упущено и это усложняло задачу. Через пару минут опять раздался звонок.
- Какая «рыба»?
- Рыбы еще нет, мы тебе позвоним сами. Не отвлекай, пожалуйста.
И опять переключение на монтаж. И вот «рыба» была собрана.
- Луиза, звони шеф-редактору, говори длительность, а я пока буду крыть видеоряд, чтобы время не терять.
Луиза набрала номер, сообщила длительность и тут из трубки посыпались ругательства. Лиза побледнела. Сюжет был слишком длинным и по мнению шеф-редактора виноват был журналист, хотя весь текст был переписан и изменен Лиллианой Никифоровной.
- Так, спокойно — сказала Софья — сейчас порежем.
Луиза кивнула, хотя было видно, что она в состоянии близком к шоковому.
- Давай сокращать. Ты автор и тебе решать, как это сделать и что важно. Для начала уберем повторы.
Опять звонок, в трубке звучали отборные ругательства.
- Ты почему на меня кричишь? - спросила Софья.
- Быстрее делайте...
- Не мешай нам, мы теряем время на разговоры.
- Старайтесь...
Софья бросила трубку и приступила к работе. Нужно было преодолеть нервное напряжение, как бы забыть про него, хотя бы на время монтажа. Осталось пять минут, а еще много работы.
- Луиза, соберись. Забудь про Лиллиану Никифоровну.
Луиза вышла из «ступора» и с горем пополам сюжет был сделан и отправлен на эфир. И опять звонок.
- Что вы вырезали?
Луиза стала объяснять и опять послышались крики и фразы про тупость журналиста и что выкинуто то, что важно и нужно это вернуть. Софья не выдержала взяла трубку из рук журналиста:
- Больше нет времени, мы сделали все что могли. Сюжет отправлен на эфир. Эфир уже начался. Правки уже не сделать. Можно переделать сюжет на следующий выпуск, - Софья положила трубку и посмотрела на Луизу. Та была белая как мел.
- Ну вот эфир пошел, главное мы успели, послезавтра будет уже другой шеф-редактор, осталось сегодня и завтра продержаться, выпей чаю или кофе, - сказала Софья и пошла наливать чай, нужно было выдохнуть после такого эмоционального трэша и самой тоже успокоится.
Через некоторое время в монтажках появилась Лиллиана Никифоровна с извиняющейся улыбкой и стала обнимать ошалевшую Луизу. Видно было, что журналистка еле сдерживается, чтобы не оттолкнуть своего шефа. Терпит.
К Софье Лиллиана Никифоровна не пошла, знала, что накосячила и просто так обнимашками тут не обойтись.
- Как же тяжело быстро работать, соображать, выдерживать эмоциональный натиск от шеф-редактора одновременно, да еще журналиста приводить в чувства, выводить из ступора, - сказала Софья сев на диван, когда в монтажках остались одни монтажеры. Пора получать корочки психолога.
- У нас такая же история, - отозвались молодые монтажеры, - постоянные звонки, и разговоры, отвлекает очень.
- Иногда мне кажется, что Лиллиана Никифоровна не хочет, чтобы мы успели.
- Как она успевает всем позвонить и всех достать?
- Никто этого не знает и поэтому она лучшая,- сказала Софья ухмыльнувшись и пошла в свой кабинет.
В ньюс-руме кипели страсти. Там образовалась накладка со сьемками, которые распределяет шеф-редактор. Съемочная группа приехала на съемку не потому адресу. Лиллиана Никифоровна, позвонила и отругала журналиста Адриана и по привычке свалила всю вину на него. Съемочной группе пришлось ехать на другой конец города в час пик. Позже в ньюс-руме состоялась перепалка Адреана с Лиллианой Никифоровной, и она была послана эмоциональным молодым парнем немного дальше, чем могла пойти.
Вечером на монтаж всей толпой пришли журналисты-стажеры. Их тексты долго вычитывались и правились. Со слезами на глазах и сильно в ощущениях своей никчемности и бездарности, молодёжь пыталась отработать последние сюжеты для вечернего эфира.
К концу рабочей недели эмоциональное напряжение коллектива в адрес Лиллианы Никифоровны наросло и достигло максимального предела.
Продолжение следует...