Продолжение...
2
Вечером вернулся Тимур. Он виновато и хитро улыбался, но, видя у него в руке пакет с выпивкой и закуской, я обрадовался тому, что он вообще пришёл.
Пройдя на кухню, он начал рассказывать какую-то историю про то, почему он сразу не пришёл, где деньги и так далее.
— Ну, нам на дорогу хватит? — спросил я.
— Да, конечно, поедем как мажоры, — начал было убеждать меня Тимур, но я перебил его:
— Да похер вообще.
— Чё у тебя с рукой? — спросил он, кивая на мою перевязанную конечность.
— Да, так, ерунда, — мне не хотелось рассказывать, что тут было.
— Ты аккуратно дрочи в следующий раз, — пошутил он, и мы расхохотались. — Для таких случаев на зоне кумку себе делают.
— Что это? — спросил я.
И пока мы раскладывали продукты на столе, разливали и выпивали, Тимур рассказал, как, когда он сидел, для ананизма заключённые делали себе из поролона и полиэтилена кумку – имитацию влагалища. У каждого, естественно, была своя, индивидуальная. И был такой приватный уголок для мастурбации с порножурналами, где можно было уединиться.
Тимур весь вечер и полночи травил зоновские байки. Как я лёг спать, я уже не помнил. На следующий день мы проснулись и похмелились. Мы сидели на кухне и пили пиво; я поставил кассету Розенбаума: из колонок играла приятная мелодия и голос пел:
— Как часто вижу я сон, мой удивительный сон,
В котором осень нам танцует вальс-бостон
Там листья падают вниз, пластинки крутится диск,
Не уходи, побудь со мной, ты мой каприз…
На душе было как-то легко, хорошо, радостно. Во всём этом было какое-то состояние спокойствия. Ни проблем, ни тревог, ни обязательств. Не было чувства, что ты тратишь жизнь впустую, работая там, где всё равно ты не заработаешь столько, чтобы это решило твои проблемы, а только бессмысленно потратишь время своей жизни…
Я слабо верил, что что-то получится из этой поездки, Тимур всё-таки был не тот человек, которому можно доверять, но мне было всё равно интересно скататься в другой город, просто ради приключения. Во всём этом была какая-то романтика.
В итоге мы поехали в центральный порт и купили билеты на «метеор». Набрали с собой пива и всю дорогу пили и пугали пассажиров своим эпатажным видом: на нас были футболки с логотипами футбольных клубов, шорты, сланцы и тёмные очки.
Приехав к вечеру, мы пошли искать телефон-автомат. Взяли ещё пива. Тимур с кем-то долго болтал по телефону, потом мы прождали ещё час. Приехал человек на машине, и они что-то долго обсуждали, пока я стоял в стороне. По обрывкам разговора я понял, что он хотел кинуть своего компаньона по бизнесу, но, глядя на нас, он то ли не верил, что два пьяных шланга это смогут провернуть, то ли сам хотел кинуть нас потом — вид у него был неуверенный.
В конце концов он сел в машину и уехал, Тимур подошёл ко мне и сказал, что нужно прийти по адресу и там ждать. Он был уже пьяный настолько, что идти мог с трудом.
— Тимур, нахрена ты так напился? — спросил я его, когда мы отправились по адресу.
Тимур молчал, и лишь кривая ухмылка висела на его лице. Когда он напивался, он мог ходить, но разговаривать уже был не в состоянии.
— Да, мы с тобой дофига делов сделаем…
Мы отправились на место встречи. Когда добрались, была уже глубокая ночь. Это было старое двухэтажное офисное здание за забором. Свет в окнах не горел, как и во всех двух- и трёхэтажных зданиях вокруг. Мы находились в исторической части города с домами дореволюционной постройки, в которых размещались офисы и магазины. Недалеко был небольшой сквер со скамейками, где мы и расположились. Вокруг полная тишина — ни прохожих, ни машин. Несколько фонарей освещали улицу. У меня были сомнения, что сюда кто-то приедет — похоже, нас кинули, и, глядя на Тимура, который лежал на скамейке и сопел, я понимал, почему. По-хорошему нужно дожидаться утра и уезжать из города, но у нас не было денег.
— Блин, Тимур, вот ты меня подставил, конечно, — сказал я ему, но он только сопел, лёжа на лавке.
— Сам виноват, нахрен я сюда поехал, — бормотал я себе под нос и вдруг увидел, как в конце улицы из-за угла дома к нам приближалась толпа людей. В свете фонарей я насчитал около десяти человек. Судя по походкам, это были молодые люди около восемнадцати лет.
— Пойдём нахер отсюда, — я схватил Тимура за локоть и поднял с лавки, он послушно встал, и мы тут же пошли в противоположную сторону.
Увидев нас, они бросились бежать к нам.
— Эй, стоять! — услышал я голос и прошептал про себя:
— Всё, трындец.
Бежать не получится, Тимур пьян. Драться бесполезно — их много, затопчут. Я развернулся в их сторону и достал складной нож из-за пояса. Опустив руку, развернувшись левым боком к пробегающим парням и держа нож в правой руке для замаха, я стал ждать. Большой палец у меня лежал на кнопке. Я взглянул на Тимура, он по-прежнему блаженно улыбался и, судя по лицу, ни хрена не соображал.
Подбегая ближе, парни замедлились. У меня появилась надежда, что всё обойдется. Во-первых, у них не было в руках ничего — ни палок, ни арматуры. Во-вторых, они увидели, что я напрягся и в руке что-то держу, и это, видимо, их насторожило.
— Здорова, пацаны! Вы чё тут? — спросил один из них, по внешнему виду главный. Это был парень примерно восемнадцати лет, высокий, худощавый с короткой стрижкой, черноволосый и с чёрными глазами навыкате. Остальным было от шестнадцати до двадцати лет. Они встали полукругом с трёх сторон. Я подумал, что у нас всё равно нет шансов, но почувствовал, как во мне что-то закипает, какая-то злость. Если кто-то бросится, я был готов открыть нож и ударить.
— Привет, все нормально, парни, — ответил я, продолжая держать палец на кнопке, встав так, чтобы при замахе не задеть Тимура, который стоял у меня за спиной. Главный косился на мою руку, и видно было, что он не дурак лезть на рожон.
— А кто вы, откуда, куда идёте? — главный хотел завести разговор.
— Кто мы, откуда и куда идём — это неважно. У каждого своя дорога, верно, братан? — я старался говорить спокойно и уверенно, но меня уже слегка потряхивало.
Я понял, что эти молокососы только пробовали себя в такого рода деле. Ни говорить, ни действовать решительно они не умели. Или их подослали к нам, чтобы прощупать, или это вообще случайная банда, которая вышла на гоп-стоп.
— Сигаретки не найдётся? — вдруг спросил главный.
— Да, найдётся, — отвечаю я спустя пару секунд и достал из левого кармана джинсовых шорт пачку, открывая одной рукой, протянул ему.
Он достал сигарету из пачки. И у него, и у его дружков бегали глаза. Я смотрел только на главного и лишь краем глаза следил за остальными.
— А прикурить есть? — вновь спросил меня молокосос.
— И это найдётся, — я всё так же левой рукой достал из правого кармана зажигалку и дал ему. Он следил за моим движением и молчал. Все остальные переглядывались, но я смотрел только их главному в глаза. Он прикурил сигарету и вернул мне зажигалку. Прошло несколько секунд.
— Деньги есть? — вдруг дерзко спросил он. «Ну все — началось», — подумал я. Теперь уже похрен, что будет — нужно действовать грубо и решительно.
— С какой целью интересуешься, братан? — спросил я, немного понизив тон.
— Вы же не местные, правильно? — продолжил главный. — Поэтому выкладывайте сюда все деньги и валите нахер.
— А ты попробуй, возьми, — я говорил спокойно, но уже чувствовал, как адреналин начинает бурлить и подстёгивает меня к действиям.
В толпе послышались шёпот и смешки. Главный сделал шаг вперёд и все остальные тоже начали переминаться и чуть приблизились.
— Ты чё, охренел, б...? — главный повысил голос. — Мы тебя щас здесь растопчем нахер.
Я сделал шаг назад и нажал кнопку, в ночной тишине щелчок выскочившего лезвия произвел своё впечатление — толпа приостановилась. Я засветил нож, не поднимая высоко, но так, чтобы все видели.
— Согласен, вас много, нас двое, — пока возникла пауза, я начал говорить. — Но я тебе отвечаю: мне терять нечего, и кого-то из вас я порежу.
— Ладно, ладно, ты чё в з...у полез? — главный начал сливаться, глядя на нож. — Пошутил я.
Все остальные тоже сделали шаг назад. Напряжение спало.
— Валите нахрен из нашего города, — сказал главный, и они начали отступать. — Ещё раз встретим — запинаем..
Они обошли нас и ушли дальше по улице. Я проводил их взглядом и посмотрел на Тимура. Он стоял, и всё та же кривая ухмылка висела у него на лице, глаза ничего не выражали.
— Да, с тобой кашу не сваришь, — выдохнул я, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди, а во рту всё пересохло.
Продолжение следует...
Криминальная драма Псы Улиц. Автор Андрей Бодхи. Полная версия доступна по ссылке.
От автора:
События, описанные в романе, возможно, кого-то шокируют, но всё описано максимально правдиво. С тех пор прошло более двадцати лет, однако всё до сих пор живо в моей памяти. В этой истории нет позёрства или хвастовства. В ней больше боли, чем кажется. Нам было по двадцать лет, и мы хотели жить на полную катушку, но делали это как могли.
«Убивать себя», чтобы чувствовать себя живым, — вот, пожалуй, единственная точная формулировка того поколения, выросшего на криминальных улицах.
На первый взгляд читателю может показаться, что книга оправдывает культуру распада, маргинальную среду и блатную романтику, но мне хотелось показать эту историю глазами главного героя, у которого на глазах люди занимаются саморазрушением и теряют свою личность, а иногда и жизнь.
Книга специально написана нарочито упрощённым языком, чтобы показать мир глазами главного героя, в котором он видит отражение самого себя и пытается прожить каждый день как последний, беря от него всё.
Эту книгу я писал прежде всего для себя, и она не про меня — она про тех людей, которые навсегда останутся в моей памяти вечно молодыми.